Некромаги

Татьмянина Ксения Анатольевна

— До свидания, Фортен, и… от всего сердца скажу: какой же ты красивый. Как бог. И воротит, и любуюсь, что сил нет. Береги себя во славу Великого Морса.

— Взаимно… обаяшка.

Некромаг сдержанно, но тепло улыбнулся. И мы разошлись каждый в свою сторону.

Глава девятнадцатая

Ночь. В северной холодной столице она совершенно не такая, как на юге в его полных, но все же уютных городах. В последних было больше темных и глухих подворотен, больше опасности, но даже та иная по ощущениям, чем

здешняя.

Добиралась назад с осторожностью — какую-то часть необходимо было пройти пешком, если конечная цель станция. Я могла бы уехать на метро до корпуса, и несколько минут колебалась — спуститься туда и привлечь внимание дежурных патрулей, особо бдительных к редким ночным пассажирам, или потратить на два часа больше, дойти и добежать поверху своими ногами, пожертвовав сном? Выбрала последнее. И пожалела, когда внезапно почувствовала на себе взгляд.

Сработало и чутье, и навык замечать периферийным зрением нечто, что выпадало из ожидаемой картинки. Мне попадались по пути и параллельно идущие куда-то фигуры, и компании из ночных клубов, и парочка дельцов, скрывшихся в тени одного из зданий ради обмена или переговоров.

Насторожилась, как поняла, что максимально скрытые тень и подвижность за моей спиной случились дважды в разных местах. Замерев на грани тротуара и газона с линией стриженых кустов, ощутила внимание на себе. Я была в кедах, в свободных брюках, на бедре только поясная сумка, которая не помешает бегу, а темно-синяя водолазка не стесняла совсем. Продержав еще несколько шагов в хорошем походном темпе, улучила момент, и нырнула в проулок — за углом дома рванула так, как будто собиралась поставить рекорд на скорость. Эта часть, как тоннель, узкая и длинная, но, если выиграть время и успеть ее пересечь — там открывались ходы в несколько направлений. А соглядатай мог прозевать — куда беглянка исчезла после отрыва.

Пять минут — лавирования, укрытия в узких тенях, передышки и передвижения почти на четвереньках за боками припаркованных машин, — не помогли. Некто не отстал, неразличимое, но чувствующееся присутствие опять возникло, едва я застыла в глубине дверного портала какого-то закрытого заведения.

Куда бежать? Как? И знать бы от кого — может, наоборот, мое спасение взять и выскочить на патруль, моля о помощи? На свет, к людям! Неужели секта? Проклятая Валери?

Я не подозревала, что это некромаг привел на встречу крыс. Задумал свою игру и это они теперь кусают за хвост, догоняя меня для отлова, или затравливая в западню. Тогда кто и зачем прицепился? Если просто понравилась стройная девочка, гуляющая в два ночи — уже или напал бы, или отстал. А этот — преследует, но не проявляется.

Сигналить команде? Звонить? Опоздаю с решением, то может быть поздно…

И все-таки «sos» отложила, решив испытать последнюю удачу: скользнула дальше, добралась до угла дома и собиралась оббежать его, вернувшись на свой же путь, только в обратную сторону… и наткнулась на тупик с пристроем в два этажа, который, оказывается, давно спаял проулок между двумя зданиями. Новый план — на бетонные перила, там, зацепившись и подтянувшись, на козырек подъезда, и выше! По железной пожарной лестнице! Кто полезет за мной на крышу, тот будет вынужден себя выдать — там не

спрячешься. А я, если что… А что я? Драться не умею, перепрыгну с края на край — рядом, слева, довольно близко вровень стоял другой дом. Глухая стена к глухой стене.

Поднявшись, посмотрела вниз — человека не было. Теней и движения тоже. И плевать, выжидать не буду. Крыша для меня ведь тоже может стать ловушкой, и нужно сигать сейчас, пока не мешают!

Я проверила визуально расстояние, отошла, продышалась и рванула с точным расчётом… вскрикнула…

Человек железной хваткой перехватил поперек живота и груди обеими руками на последнем шаге и пружинном толчке. Вскрик вышел жалкий, как у зайчонка, попавшего хищнику в зубы.

— Ты не держишь обещания, не умеешь бегать и правильно рассчитывать силы. Если бы сейчас прыгнула — разбилась. Ты давно учуяла опасность, почему не позвонила?

В этот миг я могла выскользнуть, потому что взмокла холодным потом от несгоревшего адреналина и испуга. Но вместо этого обмякла от резкой слабости. Мой преследователь был — Нольд…

— Выдохни, Ева. Присядь сюда.

— Зачем ты за мной следил?

— Не следил, а сопровождал. Куда тебя понесло на ночь?

Я-то присела, оперевшись спиной о полуметровое ограждение, и зябко передернула плечами — холодный ветерок на взмокшую кожу показался почти зимним. Тело успокоилось, но раздражение только поднялось:

— Ты что, каждую ночь за мной так смотришь теперь?

— Успокойся. Совпало, что хотел вызвонить из корпуса, но увидел, как ты куда-то выходишь. Стало любопытно.

— Мне сутки от микроинфаркта залечиваться.

— Потому что ты неграмотно пользуешься силой. Хорошо, но не идеально. Почему не позвонила? Не усвоила урок в «скалах»?

— Исправлюсь… не просто переделать многолетние привычки махом. Пойми.

Если сидеть, то Нольд со своим ростом рядом превращался в исполина. Он сдал на пару шагов, а я, глядя на ноги, удивлялась — как можно было в городской обуви и в обычных брюках быть таким бесшумным и ловким? Осмотрела выше — еще и в светлой рубашке, со светлой головой, таким незаметным? Бесплотный призрак, а не человек.

— На свидание бегала?

Я кивнула. И глубоко выдохнула — все, даже недовольство отгорело, а вместе с тем и укол упреком, осталась одна расслабленность.

— Так чего ты хотел, что-то по делу? Задание срочное?

Он развернулся и сел рядом, прислонившись спиной к ограждению, как и я.

— Нет, задания нет. Просто узнать, все ли в порядке? Ян тебя никакими разговорами не стращал, не уговаривал все бросить и уехать?

— Советовал, — а про себя улыбнулась аккуратному вопросу и тону, каким он был задан, — но я не из пугливых.

— Мужчина на мосту — кто?

Я не про себя, а в открытую улыбнулась — уж не ревнует ли он?

— Некромаг. Больше ничего пока не скажу.

— Больше можешь ничего и не говорить.

В молчании между собой и в звуках городского пространства мы просидели несколько минут. Нольд ничего не делал — не пытался приобнять, не заговаривал, сидел, прикрыв глаза, и дышал воздухом. Для того, похоже, и приезжал — побыть рядом и увидеться, только в этот раз даже предлога что-то передать не придумал.