НекроХаник
Шрифт:
Возвращаясь в коляске в пансион, Гарнер про себя усмехнулся: неплохо живет господин старший инженер. Не сказать, какой это табель о рангах, но в тысячу наиболее богатых и уважаемых людей города явно входит. Прислуга, личный выезд, обновленный особняк в историческом центре. Главный же итог визита — гость успел осмотреть все, что его интересовало. Древностей на виду нет, по словам хозяина, все вывезли в местную церковь и музей. От Зевеке в доме лишь большие старинные часы и пара картин с видами на Ильмень озеро. Значит, можно переходить к активизации поиска в других локациях. Церквями займется Бурдаков,
— Интересный господин. Вежливый, язык хорошо подвешен, но границы знает. Наши бы купцы половину ужина пытались на контракты и выгоду совместную завернуть. А мистер Смит только красивые бумаги оставил.
— Но глаза у него холодные, — задумчиво ответила Бахрушину супруга, заканчивая разбирать кровать. — Так что и хорошо, что больше в гости не позвали.
— Это за него в управе просили. Зато теперь смогу скидку для строительства заводской столовой в банке получить. Сама понимаешь, как это при князе работает. Ты кому-то услугу оказал, тебе в ответ помогли. В итоге производство без сбоев работает и годовая премия… Куда в этот раз поедем летом? В Ниццу или Карлсбад, пещеры посмотреть?..
***
— А ведь нам очень повезло, что вся эта история с темными демонами мимо прошла.
Господин урядник стоял на крыльце и разглядывал яркие звезды над головой. Кучер обещал подать коляску минут через десять — что-то ему там у задней оси померещилось, вот и возится. Но подышать свежим воздухом после тяжелого рабочего дня — самое то.
Стоящий рядом старший городовой согласился:
— Ваша правда, Федот Тихонович, против шерсти князь уже второй день народ причесывает. Что тогда зверье в больничке ухлопали и концов не нашли. Что сейчас купца задрали. Как бы наши соседи постов не лишились.
— Вот не хотелось бы. А главное, первый случай на окраине, второй почти рядом с детинцем. В следующий раз самого князя за пятку тяпнут. Поэтому ты народишко чуть потряси, чтобы глаза раскрыли и про любую возможную неприятность нам доложили еще до того, как это реально проблемой станет.
Запахнув шинель, урядник поежился и спросил уже о другом:
— Как там строитель поживает? Вроде Саламон доволен им?
— А с чего бы ему быть недовольным? Парень в библиотеке вечерами пропадает, книжки зубрит, к экзамену готовится. Два дня на выходных у нас сидел, бумаги разбирал. Считает ловко, что ему объясняют, в тетрадку пишет и переспрашивает, если вопросы появляются. Думаю, к лету Пименович на него часть рутины сбросит. Только непонятно, как мы при любой проверке отвечать станем. Все же чужой человек, без образования.
Но эта мелочь совершенно не беспокоила начальника полицейского участка.
— Если бы мы ему зарплату платили или в табель вписали — это другой разговор. А так — наш бухгалтер учит будущего студента, готовит к поступлению. Куда там сейчас модно у разночинцев поступать?
Задумавшись, старший городовой с некоторой толикой сомнений предположил:
— Курсы
— Вряд ли столь шустрый малый на курсы пойдет. У него же — «дело» вот-вот будет. Приказчики в Южном Посаде учатся, там им кто-то счисление читает. Экзамены на лицензии там же сдают, кстати. Вот пусть и разведает, что и как… Маловат по возрасту, правда, но так и придержать можно, чтобы не бежал впереди паровоза. В остальном с ним проблем нет?
Аристарх Гвидонович расправил плечи — судя по тону, близкое к панибратству общение заканчивается, пора соответствовать:
— Никак нет, Федот Тихонович. У бригады новый начальник, держит всех в ежовых рукавицах. Да и хозяин стройки баловать не дает. За два месяца собираются закончить все, чтобы к первому июня лабаз с лавками и магазины открыть. Как раз будут чествовать Дмитрия Донского и возврат Нижнего Новгорода под княжью руку. Так что купцам надо из шкуры вывернуться, а все закончить. Вот строители и не пьют, не гуляют, стараются.
— Пусть стараются. У нас район тихий, пусть так и будет. Ладно, вон мою коляску подают, домой поеду. Ты сегодня за старшего. А завтра-послезавтра шаромыжников все же тряхни, пусть между своих тухлятину поищут. Потому что птичка мне шепнула, что очень уж странный убитый торговец оказался. Хоть документы настоящие, а никто про него ничего среди купцов и не слышал толком. Человек из ниоткуда. Приехал, в городе поболтался и ночью тварь его сожрала. Так что — вдруг кто разнюхать сумеет чего-нибудь интересного…
***
В этот раз император закончил работу с бумагами заполночь. Мало того, рядом с ним сидел и Великий Князь Николай Иванович. Оба сводили воедино подготовку будущего визита в Варшаву, подбивая огромное количество аналитических записок, планов, предложений и всего того, о чем приходится думать радеющему за свою собственность хозяину. Тем более, что на кону стояла возможная кровопролитная война с соседом. И если есть возможность избежать, переправив раскаленный мяч на чужую сторону и пустив ежей за шиворот тем самым «доброжелателям», то надо воспользоваться возможностью.
— Вроде вчерновую сверстали, — Великий Князь отложил последнюю просмотренную папку на гору ей подобных и устало потянулся. — Завтра это все в личный секретариат передам, пусть проверяют и выстраивают основу возможного договора.
— Что с хлебными поставками? — на секунду оторвался от своих бумаг император. — Астраханцы уже ответили?
— Да, сто тысяч пудов они готовы продать по закупочной цене. С нас — снятие налогов на продажу осетровой игры на год.
— Рыбу не выбьют под это дело?
— Нет, договор лишь на то, что уже на складах. Там четыре семьи, кто на складах скопил изрядное количество соленостей, хотят в Азию это все отправить. Распробовали соседи, большим спросом теперь икорка пользуется. Так что большую выгоду астраханцы получат. А мы — не так много на сборах потеряем, зато цены на хлеб не взлетят во время закупок.
Через пятнадцать минут кратко обговорили оставшиеся детали и решили сворачиваться. Впереди предстояла еще как минимум неделя сложной и кропотливой работы. Но, прежде чем уйти к себе, Николай сказал: