НекроХаник

Борисов Олег Николаевич

— Когда за билет в будущее просят всего лишь деньги, не стоит жадничать. Надеюсь, отобьется.

Закончив заполнять бумаги, вербовщик встал, одернул мундир и торжественно произнес:

— Поздравляю с зачислением в Добровольческую бригаду, господин Макаров! Надеюсь, вы не посрамите славу русского оружия и проявите себя с лучшей стороны!.. Вот квитанция для железной дороги. С ней вас обязаны пропускать без очереди на любом вокзале. Сейчас народу много ездит, можно и опоздать где. Предъявите

городовому, он поможет.

— За Бога, царя и Отечество! — ответил Сергий и, развернувшись через левое плечо, вышел на улицу. Теперь предстояло нагнать добровольческую команду номер шестьдесят четыре. И уже в ее рядах отбыть в Африку. Подальше от излишне пристального интереса местной церкви и в надежде на новое будущее.

Позади краткое прощание с Пелагеей и Стефой. Отправленные письма Агафону и старому Малахию Венедимовичу. Больше в Великом Новгороде молодого некроманта ничего не держало. Его ждала дорога.

Придерживая недовольного беготней Федора, Сергий нагнал кативший мимо трамвай и вскочил на подножку. Передал кондуктору за проезд и улыбнулся. Почему-то в душе крепла уверенность, что все будет хорошо. И сделан первый шаг в выполнении данного обещания — удалось пробудить дар. Значит — за первым шагом будет второй, третий. И так — пока не выполнит данное обещание. Ведь это хорошая привычка — держать данное слово. Всегда.

Эпилог

— Господин гауптман, подходим!

Под прикрытием завесы военных кораблей транспорты благополучно достигли берегов Африки. Бенгази — единственный не разрушенный за время мятежей и волнений порт в этих краях. И, как сообщили по радио, здесь германские войска уже должны встречать. Русские умудрились подсуетиться и две роты добровольцев перебросили на крейсерах, обеспечив безопасность высадки.

— Я тебя слышу, Дирк. Не стоит слишком драть глотку, не на параде.

Фон Шольца мутило. По дороге попали в небольшое волнение и гауптман неожиданно для себя понял, что ему куда проще резать глотки на земле, чем болтаться в железном корыте посреди безбрежных волн. Счастье еще, что шторм прошел севернее и зацепило лишь чуть-чуть. Но ничего — скоро уже встанут на разгрузку и здравствуй африканский берег.

— Это что, чайка? А почему черная?

Оглянувшись, Август заметил крупную птицу, которая на бреющем промчала мимо борта, распугав по дороге заоравшую от испуга пернатую мелочь.

— Рабе, ворон. Странно, вроде не их место гнездования. Но — добрый знак. Нибелунги использовали воронов как почтальонов. Так что и нам не помешает…

На причале стояли четверо, разглядывая медленно вырастающие громады

кораблей. Добровольческую роту раздергали по всему Бенгази, а встретить союзников доверили вахмистру Кизиме. Встретить и передать на борт каждому торговцу детальные планы местных закоулков и намеченные места полевых лагерей. Его полусотню пластунов разместили рядом, сам же неугомонный казак вызвался прогуляться в порт. Очень ему нравилось все новое. Вот и озадачили, приказав попутно командовать тройкой рядовых, надерганных из разных подразделений. Один на немецком хорошо говорит, другой карты читает и бумажки составлять горазд, а третий умудрился с собой ворона протащить и наглая птица во время строевого смотра злобно нагадила на погоны господину капитану, который орал на добровольцев утром с похмелья. Так что хозяину крылатой гадины теперь отдуваться в бесконечных нарядах и в беготне по городу.

— Ну что, Сергий, плывут басурмане?

— Идут, Анисий Лазаревич. Моряки по воде ходят, я слышал. А плавает у них только дерьмо за бортом… Но торопятся, через полчаса уже точно первый швартовы отдавать станет.

— Идут, так идут. Ты у нас ученый-моченый, голова как цельный университет. Ладно, ткни штабного, а то на солнышке сомлел. Будем собираться и встречать гостей дорогих. И если кто пакеты перепутает, того сначала господин штабс-капитан живьем съест, а потом и я остатки плеткой пошевелю. Чтобы о порядке не забывали.

Каркнув, на плечо хозяину сверху спикировал Федор. Взмахнув крыльями, поднял ветер и вцепился когтями в бурый погон. Погладив верного друга, Сергий забросил на другое плечо лямку вещмешка и пошел вперед, разглядывая название первого торговца.

— Степаш, ищи «Карла Великого» в пакетах, он быстрее всех добрался. И не перепутай, а то Кизима в самом деле горячих пропишет.

Наступил первый день операции «Великий Африканский поход», как его назвали в генеральном штабе Германской Империи. Первый в череде долгих кровавых дней и ночей, о которых пока еще не догадывались ни в Российской Империи, ни в Великом Рейхе. Время страшной войны, на которой правит бал смерть.

А что неживое, то подвластно лишь некроманту. И эту простую истину придется познать на собственной шкуре Сергию Макарову, рядовому второго добровольческого батальона. Познать, принять и переплавить в бесценный опыт.

Здравствуй, Африка. Мы пришли к тебе, незванные гости.

Господи, спаси и помилуй нас, грешных…

Конец