Неизвестный Гитлер
Шрифт:
Необыкновенный нацизм
В начале тридцатых Гиммлер лично поднялся на скалистую вершину Экстернштайна. Ему показали нишу с алтарем и продолбленное в скале круглое отверстие. С придыханием сопровождающий рассказывал, что дырка точно ориентирована на ту точку, где в день летнего солнцестояния над горизонтом показывается светило. Забывший о Солнце Правды рейхсфюрер СС был поражен!
В день солнцеворота 1935 года вдоль Любекского залива запылало около 800 гигантских костров. «Зимой того же года на горе Броккен, издавна считавшейся местом сказочным и мистическим, был зажжен титанический костер, от которого как бы цепочкой в шести направлениях проследовали другие, более мелкие, костры, едва
74
Однажды эсэсовский журнал «Черный корпус» опубликовал очень символичную карикатуру. На ней был изображен огромный костер, в котором горели английские города, а германский бог Тор низвергал на них огонь с небес… Нацистские газеты пестрели устойчивыми словосочетаниями, где «выжигали гнойники общества» и «выметали нечисть огненной метлой».
Огненный праздник в день зимнего солнцестояния символизировал общение с вечностью. Гиммлер как-то сказал: «Как дерево засыхает, потеряв корни, так и народ обречен на гибель, если не помнит своих предков. Важно, чтобы немецкий народ вновь вернулся в вечный круговорот прошлого, настоящего и будущего, круговорот исчезновения, бытия и возникновения, круговорот предков, живущих и потомков».
Некоторые ученые считали, что в Экстернштайне находился идол Ирминсул — колонна, олицетворяющая Мировое Древо. То самое, что в вагнеровских «Нибелунгах» именуется Ясенем Мира и что сжигается по приказу Вотана в момент гибели богов.
Для язычников эта сакральная вертикаль пронзает подземный, человеческий и небесный миры, соединяет людей с прошлым и будущим.
Культ такового древа, видимо, нес в себе отблески древнейших провозвестий о Спасителе. О Его Кресте, о каплях жертвенной Крови, которые упали с него и достигли костей праотца Адама; о том, что через покаяние и крест праведник попадет на Небо… Нет, отказавшиеся от Креста члены «Наследия предков» носили значки со стилизованным изображением другого древа — Ирминсула. Гиммлер планировал, что после войны идол Ирминсула, как знак религии новой эры, будет восстановлен.
Эсэсовский приказ о праздновании летнего солнцестояния
А костры разгорались уже в тридцатые годы. Они должны были навевать «величественные» мысли во время празднеств. Пламя становилось связующей субстанцией вечности. Не молитвенная, а огненная связь поколений устанавливалась. Страшен вечный огонь! Он полыхает в аду. Нацизм не был обычным политическим явлением. Он был магическим. Необычным. И его главной стихией стал огонь. Он распространялся вширь — по праздничным площадям немецких городов и деревень, — он шел в глубь истории и сливался с ритуальными кострами языческих предков. Раскаленной струей он вырывался из эсэсовского огнемета, лавиной катился по миру и испепелял не только страны, но и души людей.
Статья Юлиуса Эволы «Фашистский режим»
Гитлеризм провел генеральную репетицию конца времен. Все действительно было словно в русле сюжета «Гибели богов», когда по приказу Вотана поджигается священный Ясень Мира. И вот корни, которые во мраке прошлого, ствол, который в настоящем, крона, которая в будущем, — пылают. «Можно сказать, что кровь людей течет из корней, уходящих глубоко в землю, на которой сидят крестьяне и из которой они продолжают черпать свои жизненные силы, определяющие их особенность и характер». Слова вождя имперского крестьянства Вальтера Даре выражают суть его концепции «кровь
Эсэсовская приписка по поводу статьи Юлиуса Эволы
Каждое родовое древо посажено Господом и тянется к источнику своей жизни — Солнцу Правды. Если оно оказывается во мраке неверия, то начинает болеть. И тут подходит некто. Подбирает упавший плод. Тьфу, кислятина! Да еще червивый! Вокруг появляются «специалисты». Один норовит отпилить сухую ветвь; другой поливает какой-то научной отравой; третий подкапывается под корни, чтобы пересадить на другую почву; четвертый прививает черенок от древа познания. Он ведь точно знает, каким было райское яблоко на вкус.
У всех вроде бы благое намерение: дерево должно приносить только отборные плоды…
В начале сороковых известный итальянский философ-традиционалист барон Юлиус Эвола писал о Гиммлере с придыханием и даже подобострастием. Его рукопись, обнаруженная нами в трофейном архиве, воспевает усилия рейхсфюрера СС по созданию новой элиты. Для этой элиты характерно подчинение инстинктов воле и чести, упорядочение сексуальных энергий. Рейхсфюрер лично дает разрешения на браки. Таким образом, в отличие от рыцарских орденов прошлого, СС должен превратиться в орден-род, связанный кровными узами. Это гарантирует возрождение не только физическое, но и моральное. В этом контексте Гестапо — не просто тайная полиция, а организация, занимающаяся вопросами нордической этики. СС в целом, пишет Эвола, вобрал в себя замечательных персонажей — от дипломатов до выдающихся деятелей культуры. Гиммлер создал специальную организацию Аненэрбе («Наследие предков»), являющуюся чисто культурной. Ее задача — восстановление традиции. Самому рейхсфюреру приписывается цитата: «Народ живет в настоящем только тогда, когда сохраняет верность предкам».
Орденское государство Гиммлер видел таким: «Бургундия станет независимым государством в рамках европейского рейха, имеющим собственные законы, собственную армию и правительство, собственную валюту, почтовые марки и награды… Бургундское государство будет устроено так, чтобы полностью устранить противоречие между богатством и нищетой, на чем строит свою пропаганду марксизм. Таким образом, новая бургундская нация окажется единым социальным сообществом… Цель всех этих мероприятий — превратить Бургундию в образцовое государство, пример для прочих стран мира».
Итак, в отличие от древних орденов, СС должен был стать одним племенем, одной кровью, одним родом.
Источником этой идеи было известное высказывание Гитлера о том, что главная сила евреев — в чистоте их крови. Да, чистота достигалась обособлением, однако, глядя на худосочных и нередко больных выходцев из гетто, эсэсовские экспериментаторы нервничали. Справедливо опасались негативных результатов возможных близкородственных браков между арийцами.
Приказ Гиммлера об изучении наследия предков
В мире науки изучение биологических процессов, возникающих в изолированной среде, традиционно финансировалось Фондом Рокфеллера. Этот миллиардер, а также семейные кланы Леебов, Кунов, Гарриманов оплачивали и далеко идущие евгенические проекты. До самого конца гитлеровской эры они поддерживали возглавляемые штурмбаннфюрером Эрнстом Рудином Институт психиатрии кайзера Вильгельма и Институт антропологии, евгеники и человеческой наследственности. Вот такие альянсы складывались! Еврейский капитал и нацистская наука трудились над проблемой «чистоты крови» рука об руку. Не случайно глава тибетской экспедиции Шеффер «поставил перед экспедицией и задачу общебиологического плана, рассчитывая обнаружить в Тибете, изолированном от внешнего мира, сохранившиеся реликтовые растения, уникальных насекомых и животных… Как многозначительно говорили в узком кругу гестапо, эта «программа схожа с исследованиями ученых евреев» [40].