Неистовый зверь

Грез Регина

Так пусть благоверный себе работает, копит денежки на коттедж к пенсии, а Марина из сказки вернется, соберет вещички и подыщет другое жилье. Хватит ждать у моря попутного ветра, пора самой браться за весла!

«Уж лучше голодать, чем что попало есть и лучше быть одной…» Нет, Славка, конечно, не «кто попало», были у Марины с ним приятные дни и даже ночи, но ей нужен рядом человек, который хотя бы не против детей, и при этом сможет поддержать ее на период декрета.

«Чего долго думать – рожу для себя! Не хотят мужики – не надо, сама воспитаю, руки-ноги есть, голова на месте, мама поможет, сестры тоже, мне бы вот только пару годиков продержаться, а потом снова буду

работать, заберу в свою группу в детском саду, наша директриса поймет. Переживем… Зато будет у меня малыш, будут обнимать меня родные маленькие ручки.

Эх, видел бы Славка, как детки радуются, когда их родители вечером забирают, какие у них мордашки восторженные: «Мамочка! Ура, за мной мамочка пришла! Папа, смотрите – это мой папа!»

Вот если бы этот самый Белый Рыцарь был способен… м-м-м… я бы даже от него родила, даже в этом сказочном мире. Мужчина вроде приличный, вежливый, при доме опять же, правда, тут надо бы еще порядочек навести, видно, что служанки все запустили в холостяцком жилище, никто ими толком не руководит… ничего, осмотрюсь, торопиться некуда, у меня же отпуск".

Глава 2

Поместье Тарлей

Первую неделю пребывания в средневековом замке Марина отчего-то была твердо уверена, что ровно к началу сентября, то есть к тому моменту, когда надо будет возвращаться на работу, она непременно окажется в своем привычном мире. А как же иначе?

Если представить, что до конца дней придется чистить закопченные стены главного зала в башне, трясти пыльные гобелены и перестилать сгнившую солому на полу спальни, недолго и захандрить.

Дни мелькали один за другим, сменяясь с невероятной скоростью, а уборке не было видно конца. Марина успела снизу доверху изучить унылое жилище Никоса, познакомиться со всеми его немногочисленными обитателями и тщательным образом обследовать окрестности полуразваленного замка. Сказочка-то получалась не-ахти…

С первого взгляда все, что положено средневековому сеньору Никос имел: замок расположен на холме и обнесен высокими каменными стенами, правда, речушка вокруг порядочно обмелела и мост, ведущий к главным воротам, не поднимался уже добрый десяток лет, густо оброс мхом и болотными травами.

Рассмотрев вблизи ржавые цепи и покореженные решетки, Марина не удержалась от праведного возмущения:

– Налетай разбойничья шайка, грабь, что хочешь, из защитников только старый конюх, парочка бондарей да мальчишка при кухне "подай-принеси", сынок скотницы. Правда, скота не видно, с десяток куриц ковыляют по двору, кормятся, чем придется. Хорошо хоть яйца не забывают нести.

Никос стыдливо морщился и робко утешал гостью:

– Скоро арендаторы соберут зерно и привезут мою долю. В первые морозы крестьяне начнут забивать свиней и варить колбасы, зиму продержимся. Должен признать, я и раньше был не слишком рачительный хозяин, а после войны совсем потерял интерес к поместью. Вот, помню, дядя Лизаре страстно любил лошадей, при нем здесь была большая конюшня. А я поздно заметил, как сосед наложил латную перчатку на половину земель, будто бы пеню за давнее оскорбление де Верта.

– Как же ты позволил Брайану захватить собственные деревни? – ахнула Марина. – Это же твоя земля и твои люди! А ты у них вроде как барин, причем добренький и покладистый, они же на тебя молиться должны!

– Де Верта уже и замок-то считает своим, поскольку уверен, что до конца года я не женюсь, а тем более дети… Не на что мне надеяться, Марин, остается лишь самому лишить себя жизни в день изгнания, чтобы взойти в Чертог Предков!

– Ага! Предки тебя пинком под зад из своего чертога за упадническое

настроение! Ты что задумал? Пусть Брайан выделит тебе теплую каморку в замке и оставит в покое, здесь хоть и бардак, но места достаточно, пусть перевозит сюда своих домашних, раз так неймется… Кстати, у вашего дальнего родственничка хоть дети есть?

– Двое, – грустно вздохнул Никос, – сыновья служат в Королевской Гвардии, один уже посвящен в рыцари. Они часто ссорятся, им нужно это поместье, понимаешь? Тарлей, конечно, требует переустройства, но если хорошенько приложить руки… Земля бедновата, но местный народ трудолюбив и никогда не жалуется. Эти края были пожалованы нашему роду еще при Короле Маркосе Первом и Последнем, мы чтим его милость… и уже который век покорно осушаем болота.

– Я, конечно, понимаю, старые традиции и связь поколений, – задумалась Марина. – Но ведь это очень грустно, что ты не можешь никуда переехать, получается, ты намертво «привязан» к своему имению, пусть даже оно будет разорено.

– Именно так. По заветам предков, – за одну лишь слабую улыбку Марина готова была его расцеловать. Как многострадального друга, конечно.

За прошедшие семь дней они здорово подружились, Белый Рыцарь искренне нравился Марине – спокойный, чуточку даже меланхоличный, никогда голос на прислугу не поднимет, вообще, чудак не от мира сего. Ему бы еще усики и бородку, вылитый Дон Кихот.

Шлем – надтреснутое блюдо,Щит – картонный, панцирь жалкий…В стременах висят, качаясь,Ноги тощие, как палки.Для него хромая кляча —Конь могучий Росинанта,Эти мельничные крылья —Руки мощного гиганта. (с)

Кстати, с башенной стены Марина разглядела деревенскую мельницу на соседнем пригорке и черные фигурки работников на полях. Пользуясь хорошей погодой, крестьяне усердно жали пшеницу или ту самую рожь, из которой получались вкусные лепешки.

С Мариной Никос держался приветливо и несколько церемонно, всячески старался угодить, чувствуя за собой некоторую вину. Например, в первый же вечер предлагал отдать ей собственную спальню, поскольку это была самая светлая и более-менее уютная комната, всего-то с одной трещиной на половину стены, зато с медвежьей шкурой у камина.

От такого рыцарского жеста Марина отказалась и добровольно заняла комнату поменьше. «Эту каморку я хотя бы за пару дней отчищу! Плюс уборная рядом…».

Туалет в самом деле находился сразу за дверью спаленки и представлял собой закуток с красноречивой дырой в полу. Если в нее заглянуть, можно увидеть узенькую ленивую речушку в обрамлении живописных зеленых кустов.

Осознав, куда именно будут сбрасываться нечистоты, Марина в ужас пришла, но служаночка Лисса успокоила, объяснив, что к дырке можно приспособить бочку на веревках и опорожнять ее раз в неделю за пределами проточного водоема. Одним словом, канализация в замке требовала экстренных реформ, Марина планировала обсудить этот вопрос с Никасом, а пока пришлось стричь ветошь для полной экипировки личного сортира, бумага-то стоит дорого. Хорошо хоть с тряпицами не было проблем.