Негатор
Шрифт:
– С того, что конструкцию, которую он заказал, я бы сделал втрое легче и вдвое дешевле, разреши он использовать с пяток кристаллов. Но нет. Он просто не знает, как механик может использовать кристаллы.
– Имея такой пробел в знаниях – как он может быть превосходным механиком? Вы сами себе противоречите.
– Вовсе нет. Все то, что я делаю с помощью кристаллов, он делает без них, к тому же остроумно и изобретательно. Лишнее доказательство того, что он прекрасный механик. А магов-механиков, повторяю, не бывает.
– Вы таких не знаете, допускаю. Но это еще не доказательство.
– А вы изучите списки
– Можете не сомневаться, ваши слова будут проверены. И еще вопрос: имя заказчика?
– Он не назвался сразу, а я не спрашивал.
– Мы и это проверим.
– Сколько угодно.
– Я вижу, что вы не горите желанием помочь дознанию, уважаемый Фарад-ир.
– А вы, господин дознаватель, ни единым словом не упомянули, что вы вообще проводите дознание. К тому же вы не предъявили мне никаких документов об этом. Какие у меня могут быть основания помочь тому, чего нет?
– Мы еще увидимся, уважаемый Фарад-ир.
– Я в этом не уверен, господин дознаватель.
На следующий день дел было выше возможного. Для начала мне надо было в город. Со мной увязался Тарек – он хотел перевезти в замок ту вдовушку, за которую он меня просил. Я отметил, что тогда ему надо брать телегу – как раз на двоих взрослых, ребенка и имущество. Мне же достанется двуколка.
Мы с Тареком сговорились заранее, где будем встречаться. Но до дома вдовы нам было по пути. А мне хотелось самому составить впечатление о новом человеке в замке.
Впечатление получилось несколько смазанным. Едва Тарек остановил экипаж у дома, из двери выскочила блондинка и с радостным визгом «Ты вернулся живой!» повисла у бравого офицера на шее. Блондинка была неплохо (по местным меркам) одета, у нее были курносый носик, веснушки и серые глаза. На вид – четыре годика, как Тарек и говорил. Вслед за девочкой показалась и мама. Не знаю, как насчет этой женщины, но вот в ее дочку мой лейтенант явно влюблен. Надо будет учесть. Удивляться не приходится – я бы и сам в такую влюбился. Тем более что она похожа на мою старшую в том же возрасте. Эх, тоска…
Тарек тут же взял инициативу в свои руки:
– Илона, это мой командир. Командир, это Илона, а это Ханата, или просто Ната.
Я поклонился. Женщина ответила таким же поклоном. Девчурка застеснялась и юркнула за материнскую юбку.
Я постарался составить впечатление. Вдова была высокого по здешним меркам роста – вровень с самим Тареком, – но явно шире его в бедрах, талии и, похоже, в плечах. Почему-то язык не поворачивался назвать ее толстухой – скорее эта женщина тянула на звание монументальной. Или по меньшей мере основательной. Лицо с крупными и резкими чертами; встреть я ее на Земле, сказал бы, что в ее предках татары точно были. При надлежащей одежде и макияже ее у меня на родине сочли бы «интересной». Взгляд я бы охарактеризовал словом «хозяйский». Это понятно, даже при жизни мужа она была полноценной хозяйкой в доме – тот наверняка много времени проводил в разъездах. Ну в хозяйственности ничего плохого нет. Допустим, будет она полностью распоряжаться в доме Тарека – и что? С моей стороны вмешиваться во внутренние дела даже Великобритании было бы по меньшей
– Прошу прощения (поклон), мне нужно отбыть. Тарек, встречаемся… ну, ты знаешь.
Ладно. Еще «будем посмотреть».
Теперь к кузнецам.
– Уважаемый, у вас найдется железная коробочка примерно такого размера (показываю пальцами дюймовый квадрат).
– Есть, но побольше…
Кузнец шарит на полке и протягивает мне найденное. Ну да, коробочка со стороной два дюйма.
– Тоже подойдет. Хочу вам заказать такую работу: я положу в эту коробочку кристалл, и надо нагреть его…
А вот температуры-то я и не знаю. А если бы и знал – термометра все равно нет.
– …ниже красного каления, но точно я сам не знаю. Мне нужно будет следить за состоянием кристалла.
– Два сребреника – и свободный горн в вашем распоряжении.
Мы сторговались на полутора. За это меня снабдили не только горном, но и учеником, который обеспечивал дутье.
Я положил желтый топаз в коробочку и, подхватив ее клещами, поставил внутрь горна. Ученик начал качать меха. Время от времени я вынимал коробочку и глядел на кристалл.
Металл даже не достиг стадии красного каления, когда кристалл полностью обесцветился. А мне того и надо было – для обесцвечивания топаза достаточно нагрева до 130 градусов.
– Господин получил все, что хотел? – осведомился кузнец. Судя по обращению, он принял меня за мага.
– Вы ошибаетесь, уважаемый, я не маг, я алхимик. Да, реакция прошла правильно. К вам я обратился потому, что у меня в лаборатории нет нужного мне горна.
– Милости прошу обращаться ко мне, если еще возникнет подобная работа, – с плохо скрытой надеждой в голосе отвечал мастер. Еще бы – полтора сребреника за полчаса работы для ученика!
– Всенепременно, мастер.
Впрочем, мне пришлось еще полчаса подождать – надо было дать коробочке с кристаллом остыть. Охлаждать с помощью воды, разумеется, было нельзя: кристалл мог просто расколоться.
Одно дело сделано, теперь к купцу Морад-ару.
Приказчик на входе узнал меня мгновенно и, бросив: «Я немедленно доложу о вас, уважаемый», чуть ли не бегом скрылся в глубинах дома.
Через пару минут он пригласил меня в кабинет хозяина.
– Доброго вам дня, уважаемый Морад-ар.
– И вам.
– У меня несколько необычное деловое предложение.
Чугунная отливка удивилась бы больше.
– Если не ошибаюсь, у вашего торгового дома есть представительства и в других городах?
– Разумеется.
– Вы вполне доверяете вашим представителям?
– Я не только доверяю, но и проверяю.
– В таком случае вот суть моего предложения. Я хотел бы, чтобы последующие кристаллы были проданы не здесь, а в другом городе, на ваш выбор, но от лица вашей фирмы. Условия почти те же: вы получаете двадцать три процента, остальное мое. Прочие два условия вы уже знаете.