Нефтяник

Рыжая Соня

Когда рядом Левин моя разумная половинка теряется в сияющих огнях фейерверка чувств, и уже точно знаю, он будет моей погибелью. Все мои попытки пробудить взаимные чувства к Максу отправлялись на свалку ненужных надежд. Все бесполезно, как рой пчел сладким нектаром лепили соты, так мои мысли о любимом мужчине все большую часть разума обволакивали сладостью.

Каждый раз бросая свое уставшее тело на постель, думала, усну мгновенно без сновидений, но картинки где Левин каждую ночь с новой девицей прогоняли сон, а успокаивалась лишь к утру. Такими темпами я скоро попаду в больницу или того хуже в аварию.

Пыталась пить снотворное, но меньше проблем

не стало — сны эротического характера, где мы с ним ночи на пролет любим друг друга, заставляли просыпаться мокрой от возбуждения и приходилось удовлетворять себя самостоятельно. Нет, с этим надо что-то делать, и лучшее решение — это переспать с Максом.

Сегодняшний вечер показал, что не смогу позволить другу до себя дотронуться, не говоря о том, чтобы заняться сексом. Нет тех чувств что испытываю к Мансуру. Нет искорки в груди, которая с каждой секундой, рядом с желанным мужчиной, разгорается в бушующее пламя. Поверти, я пыталась перебороть в себе ненормальную безответную любовь, но не могу — надежда греет душу, что когда вернется, у нас все будет хорошо. Последние слова в коридоре ресторана и поцелуй наполненный — не похотью, а нежностью, заставляют мечтать. Что я и делаю лежа в кровати.

Звонок застает врасплох. Не понимаю, кто в такое время решил напроситься в гости, или это воры решили ограбить мой дом. «Лана что за глупости тебе лезут в голову? Бандиты ходят тихо, а не сообщают громогласно о визите».

Трясущимися руками пытаюсь надеть халат, когда слышу очередную трель, нетерпящую ожидания. «Да, что случилось там с другой стороны дверного полотна?» Задаюсь мысленным вопросом.

Когда открывала дверь совсем забыла о осторожности и не посмотрела в глазок. Каково было мое шокированное состояние рассказать сможет лишь макушка Левина, так как он стоял на пороге, рассматривая отражение своего лица в туфлях, до блеска начищенных. На нем костюм тройка, белая сорочка, пальто чуть выше колен и галстук, весь его шикарный вид говорил мне — парень только со светского приема, и явно там ему не давали скучать. Предатели картинки, как надоедливые мухи, сразу облепили разум.

Вздрогнула от удара закрывающейся двери, но даже это не привело меня в чувство самосохранения. Его слова, как острые ножи в спину, я понимаю, он наиграется и бросит, как не нужную игрушку, но ни чего не могу с собой поделать хочу только этого подонка.

Вцепилась зубами в его губы — наказывая за все мои мучения.

Стою в коридоре, спиной чувствуя прохладу зеркала, а грудь горит огнем от прикосновений Мансура, тяжелеет от желания быть обласканной его губами, в то время как мое сердце бьется с громкостью тамтамов. Он сбрасывает пальто, а я следом его пиджак, пуговицы на рубашке не поддаются, и я пытаюсь выдирать их живьем, галстук тянет через голову и он летит в неизвестном нам направлении. Мы вокруг не замечаем ничего, только наши прикосновения, поцелуи, желания обладать друг другом. Слова не нужны — наши тела орут криком признаний.

Мансур отрывается нехотя от моих губ, достает из карманов брюк ключи и бумажник, бросает на комод и поворачивается лицом ко мне. Снимает туфли, не отводя от меня глаз. Мы пристально смотрим друг на друга изголодавшимися взглядами, тяжело дыша. В тусклом свете на его лицо падают тени, но я вижу блеск желания и нежность в таких любимых очах. Это заставляет мой желудок сжаться, а низ живота изнывать от пульсации. Почти готова кончить только от прикосновения.

Продолжая любоваться мужчиной, тяну руку, прикладывая к щеке, которую уже тронула щетина,

и пальцы покалывают от прикосновения, если бы мы были в темноте, скорее всего искры летели как от бенгальской палочки.

Прижимается ко мне, наклоняясь целует шею, скулу, добравшись до ушка шепчет, языком играясь с мочкой.

— Лана, что ты делаешь со мной? Я превратился в послушного щенка, который готов облизать тебя всю. Я безумно соскучился. — Подхватывает под ягодицы, вжимая в свой готовый к победам пах, а я не выдержав стону ему в губы.

— Где спальня? — Задыхаясь, хрипит. — Хочу тебя больше всего на свете! Рябина моя сладкая я сейчас умру если не почувствую себя в тебе.

Указываю по лестнице наверх, он быстрым шагом вносит в комнату и садится на кровать. Эта поза заставляет меня стонать в голос его рычать как дикого льва.

— О Боже, Мансур я сейчас взорвусь. — Молю его о помощи.

Продолжаем наслаждаться безумными поцелуями, готовые поглотить друг друга. Языки танцуют свой танец страсти, а я не могу спокойно сидеть на его коленях, трусь о ширинку готовую трещать по швам, а молнию безжалостно дергаю руками. Ремень взлетает к потолку и брякает железом где-то на полу. Моя кружевная комбинация летит через матрас, и я чувствую, как приближаюсь к небесам.

Его властные губы господствуют на моей груди, прикусывает соски, поочередно доводя до кульминации, чувствую внутри себя миллиарды вспышек молний пронзающих живот и ноги. Кричу его имя, закидывая голову вверх, выгибаясь в спине, а следующее что происходит, взрывает еще раз, но эта ядерная волна трясет меня в лихорадке. Он резко входит на всю длину, врезается в ту самую точку максимального удовольствия, и мне кажется, задевает матку. Такого я не испытывала ни когда. Два раза подряд это что-то фантастическое.

— Малышка, мы только начали. Мне кажется я ни когда не на сытюсь тобой. — Рвано дышит в губы, продолжая двигаться, последние два толчка сопровождаются его рычанием, и он изливается в меня. Господи он же не надел презерватив — приводит в чувство меня мысль.

— Мансур ты без защиты, а я не пью таблетки. Как мы допустили такую неосторожность? — Хнычу ему в шею.

— Не переживай, если что готов нести ответственность, но с первого раза не всегда получается. У тебя когда был цикл? — Спокойно говорит, как будто мы встречаемся давно.

— Три дня как закончились. — Краснея от смущения.

— Вот видишь это безопасное время. Мне безумно нравиться, как ты смущаешься, готов вечно целовать твои розовые щеки. Знать, что пометил тебя собой — сравнимо запуску ракеты в космос. Ты моя не забывай об этом никогда.

— Что будет, когда ты наиграешься? Ты понимаешь, что я умру от боли, когда ты уйдешь, бросив меня. Не смогу собрать разбитое сердце. — Серьезно, прямо в темно-зеленую бездну глаз.

— Я не смогу бросить тебя, ты слишком глубоко забралась под кожу и в руке держишь мое сердце. Целует каждый сантиметр моего лица, а я таю в его руках, от услышанных слов моя душа наполняется счастьем.

— Чувствуешь, что со мной творишь, я до сих пор хочу тебя, и эта ночь для нас только началась. — Хитро улыбаясь, рычит в рот, засасывая мой язык губами.

Просыпаюсь от того, что чувствую себя под палящем солнцем — жарко, душно, тесно. Первая мысль, прокравшаяся сквозь усталый мозг и насытившееся тело — заснула на пляже. Смотрю на окно напротив кровати, а на улице день во всю играет с солнцем в догонялки. Чувствую, что-то упирается мне в ягодицы, и кто-то крепко прижимает, да еще, и ногу на мое бедро закинул.