Недовольное Пламя
Шрифт:
— Бессмертных нет, — отрезал Огами, и, обратившись к стоявшей за его плечом девушке, приказал, — Тэн, проводи мисс Сакуракодзи. А я смотаюсь по делам.
Подойдя к девушке, уже разговаривающей с почтительно внимающими ей полицейскими, я спросил:
— Обстановка!
— Сэр, все под контролем! Мы ведем преступника. Скоро его местоположение будет выяснено. — Вытянувшись в струнку, на глазах удивленных копов, четко отрапортовала та. — Приказы, сэр?
— Капитан Огами, — представился
— Хитоми — хороший Крушитель… был им, — продолжила она, отойдя со мной подальше от посторонних ушей, — но в современных реалиях он разбирается плохо. Улицы города уже давно забиты множеством камер слежения, а он передвигается только большими и людными — отрывается от погони старыми способами.
— Хорошо… продолжай слежение. В контакт с ним не вступать. Повторяю: ни в коем случае не вступать с ним в контакт. Как только он остановится — сразу же доложить мне! Вы ему не противники, а я не хочу терять агентов….
— Спасибо, хозяин, — улыбнулась Канда, словно ей сделали комплимент, — мы приложим все усилия.
Через пару часов, добившись чтобы Четвертый с Сакурой и моей второй помощницей отправились в какое-нибудь надежное укрытие охранять еще бессознательного премьера пока все не успокоится, я сидел, наслаждаясь спокойствием в одной из многочисленных летних кафешек. Вскоре предстояло разбираться с бывшим Первым, а это, судя по его личному делу, должно быть очень непросто. Да и его Сила… еще в прошлой жизни я встречал нескольких посвященных Молнии и, должен признать, весьма сильные противники. Тот же Хайке по способностям был очень похож на рыцарей Веры, но не по характеру. Те ребята владели Силой Света на очень высоком уровне, но и платили за это немалую цену, следуя своему Кодексу любое отклонение от которого грозило им очень тяжелыми последствиями.
В этом мире довольно удивительный разброс по способностям, словно некий Санта пролетел над континентами, раскидывая плюшки, которые достались абсолютно случайным людям. При всем этом — абсолютно бесплатно! Никому из них не приходилось добывать силу тяжелыми усилиями или развивать ее, да даже тренироваться им было не нужно. Она была с ними с самого рождения и осознавалась как неотъемлемая часть себя. Как известно — сила развращает, а дармовая сила — развращает абсолютно. Именно поэтому, несмотря на все усилия властей поставить Пользователей, по-другому их и не назовешь, под контроль, среди них было так много убийц, ни во что не ставящих жизни обычных людей, и эксцентричных личностей, плюющих на общество и мораль.
Зазвонил телефон, прервав созерцательное настроение.
— Слушаю.
— Пора, хозяин. — Голос девушки был необычно серьезен.
Подтверждая ее слова, около здания остановились два черных джипа с наглухо тонированными стеклами. Из распахнувшихся дверей выскочили здоровые мужики в черных костюмах и солнцезащитных очках. Оставив купюру на столике, я поднялся, направившись к оцепившим машины и сканировавшим напряженными взглядами окружающее пространство агентам.
— Сэр, объект отслежен, согласно вашим инструкциям в контакт не вступали. К операции готовы! — Доложил
— Погнали, — ответил я, сев в ближайшую машину.
Захлопали дверцы и с боков меня подперли крепкими плечами два бойца. Взвыв мигалками, машины взяли резкий старт, обгоняя шарахавшиеся авто законопослушных граждан и иногда выруливая на встречную полосу, мчась на предельной, для густонаселенного города, скорости.
Вывалившись из транспорта, прибыв в какой-то укрытый вечерней тенью район на окраине города, скомандовал:
— Построились!
Глядя на мгновенно организовавшуюся шеренгу из агентов с Кандой во главе строя, продолжил:
— На этот раз инструктаж проведу я. Сейчас вы похватаете самые мощные пушки, что есть в наличии и оцепите здание, в котором засел объект. Кто снайпер?
— Я! — Сделал шаг из строя один из парней, — агент Тадзу, сэр!
— Что у тебя самое мощное?
— Винтовка Steyr AMR 5075, сэр!
— Самое то для нашей цели. Выберешь позицию по вкусу и лупишь по появлению. Патронов не жалеть. Встать в строй.
— Есть! — шагнул обратно снайпер.
— Остальным позиции укажет агент Кей, — слегка кивнул я девушке, — открывать огонь на поражение при зрительном контакте. В рукопашную не вступать. Ближе ста метров не подходить. Ваша задача — вылить на него как можно больше свинца. Разрешаю использовать взрывчатку. Вопросы? Нет вопросов. Тогда приступаем.
Посмотрев как агенты быстро разбирают, из знакомого микроавтобуса, стволы среди которых нашлось пара пулеметов и один ручной гранатометный комплекс, я направился к указанному заброшенному зданию, предназначенному под снос, на одном из этажей которого разместился бывший Крушитель. Достав пистолет и короткий нож, аккуратно приоткрыл дверь, заглянув в получившуюся щель шагнул внутрь. Никого. Неужели не ожидает? Или уверен, что справиться и так?
Поднимаясь по крепкой и сохранившей цивилизованный вид лестнице, прижимаясь к стене и держа под прицелом следующий лестничный пролет, я оценивал окружающее пространство: следы в пыли, отпечатки грязных ботинок, сдвинутый мусор, отпечаток на перилах. Труп какого-то человека, видимо оказался не в том месте и не в то время.
Остановившись около двери, к которой вели следы — задумался. Как его завалить? Подходить к нему нельзя — все равно, что лезть голыми руками в трансформаторную будку. Стрелять бесполезно — очевидно он генерирует какое-то магнитное поле отклоняющее пули. Похоже придется раскрыть способности и атаковать силой на полную. В таком случае есть шанс на победу.
Уже замахнувшись с целью выбить дверь с ноги, я остановился и, подумав, легонько постучал.
— Войдите, — раздался голос Хитоми.
Бывший крушитель обнаружился прислонившимся к стене у окна, без особого интереса смотрящим сквозь грязное стекло.
— Добро пожаловать в мою скромную обитель, — зевнув, поприветствовал он, — не ожидал, что ты заявишься сюда лично. Думал, пришлешь Канду с агентами. А как же охрана мистера Фудзивары?
— С этой задачей справятся и без меня, — лениво повертев пистолет в руках, ответил я, — а натравливать на тебя агентов… только в пустую переводить ресурсы. И девушка теперь моя, а я терпеть не могу когда уничтожают то, что принадлежит мне.