Недоучка

Изотова Наталья Сергеевна

— Прошу прощения, что прерываю ваш разговор, — не выдержав, вмешался Копейщик, до этого терпеливо ожидавший, пока закончится беседа старых знакомых. — Но ты что, маг? И идешь в Пустошь?

— Да, он был магом, — ответила Эльфийка. — Но он хороший, он идет спасать кого-то, кто попал в это ужасное место… Кого, кстати? Твоего друга?

— Не совсем, это девушка.

— Твоя невеста?! — нахмурилась Эльфийка.

— Нет.

— Ты что, блаженный? — предположил Копейщик, на что получил почти одновременный возмущенный ответ:

— Нет!

— Неважно, —

продолжила Эльфийка. — Если ты веришь, что оно того стоит, мы отправимся в Пустошь. Только обещай, что больше никогда без разрешения не заберешь мою силу.

— Обещаю. И она нужна нам прямо сейчас, чтобы построить убежище на ночь.

Эльфийка оглянулась по сторонам — они стояли посреди болота, ни одного относительно сухого и ровного места рядом не было.

— Можно сделать раскидистое дерево, на вершине нас никто не достанет. — Она робко улыбнулась. — Поможешь мне? А ты, мальчик, встань сюда, если не хочешь на дерево карабкаться.

Копейщик раздраженно фыркнул и встал на указанное место. Маг и Эльфийка прикоснулись ладонями к земле, произнесли заклинание — и кочки под ними вздыбились, прорываемые мощными ветвями, взмыли вверх вместе со всеми троими. В мгновение ока на пустом болоте выросло огромное дерево, чья крона сложилась на манер просторного гнезда.

— Ого, эта коротышка не только царапаться умеет! — воскликнул Копейщик, все еще обиженный на "мальчика", оглядываясь по сторонам. Болото было как на ладони.

— Кого ты назвал коротышкой?! — возмутилась Эльфийка.

— Ну, ты не очень высокая, как для эльфа, — пожал плечами Копейщик.

В ответ послышалось тихое рычание.

— Хватит, — Маг, уже жалея, что набрал с собой столько народа, положил руку на плечо Эльфийке, и та мигом смолкла. — День был тяжелый, путь завтра долгий, идите спать.

Копейщик спорить не стал, но невольно передернул плечами от холодного и сырого ветра, гулявшего в кроне. Заметив это, Маг поднял руку, поставил легкий купол, способный защитить от непогоды и сохранить тепло.

— Ты стал сильнее, — улыбнулась Эльфийка.

— Не думаю, — Маг устроился на самом краю, отвернувшись ото всех. Он не был уверен, что поступает правильно, позволяя им идти с ним, но решил, что оба достаточно взрослые, чтобы отвечать за свою жизнь самостоятельно.

Посреди ночи кто-то легонько потряс его за плечо. Маг, ловивший каждую секунду спокойного сна, сделал вид, что ничего не заметил, и понадеялся, что от него отстанут. Однако, затрясли сильнее, лицо защекотали длинные волосы склонившейся над ним девушки.

Маг открыл глаза и недовольно посмотрел на Эльфийку.

— Что случилось?

— Ты не мог бы усилить щит и опустить его до самой земли? — нерешительно попросила она.

— Зачем? — садясь и растирая глаза, спросил Маг. На другом краю "гнезда" от их разговора проснулся Копейщик, зевнул, глянул на болото и закричал, вскакивая на ноги.

— Сюда пол леса мчится, они дерево снесут!

— Вот

поэтому, — указывая в его сторону, спокойно подытожила Эльфийка.

Маг быстро поднялся, посмотрел на темную волну с десятками горящих глаз, захлестнувшую горизонт. Он уже ощущал, как завибрировала почва под их деревом от ударов лап и копыт.

— Попробую, но не уверен, что смогу. Огороди нас чем-нибудь.

Эльфийка кивнула, и по ее знаку вокруг дерева возник живой частокол, а Маг попытался опустить щит ниже. Как он и предполагал, дерево было слишком высокое, и тот не доставал.

— Может, они нас просто оббегут… — пробормотала Эльфийка.

Копейщик, живший на краю леса и видевший животных в панике, ошарашено посмотрел на нее.

— Ты точно эльф? Да они нас за миг опрокинут!

— Но там опасно! — воскликнула Эльфийка. — А он едва удерживает две стрелы!

— Ну спасибо, что напомнила, — процедил Маг. Если б не эти двое, он бы сейчас сладко спал на постоялом дворе, предварительно сытно поев, а не выслушивал перебранки.

Он поспешно слез вниз, посмотрел на уже различимое за зеленой изгородью стадо и, понимая, что надежды мало, поставил щит. Грохот, вой и рев наполнили ночь. Живой поток ринулся на них, ударяя по забору и почти моментально разнося его в щепки, кинулся на Мага; и тот, увидев в паре шагов от себя обезумевшие глаза, пену у оскаленного рта, колотившие по воздуху копыта, зажмурился, выставляя руки вперед. Что-то навалилось на него, пытаясь сбить с ног, вдавливая в ствол дерева за спиной, но Маг даже не открывал глаза и не слышал ничего, кроме гулкого биения собственного сердца. Оно еще бьется — значит, он жив, значит, дерево еще стоит. Руки дрожали, ладони пекло от напряжения, а пальцы понемногу начинали неметь. Сила, впервые избавленная испугом от установленных разумом границ, высвобождалась быстрее, чем он привык и был готов удержать.

Внезапно давление прекратилось, вибрация почвы стала затихать и удаляться, и Маг приоткрыл глаза: звери умчались прочь, взрыв всю землю, кроме зеленого круга вокруг дерева. Он их удержал. Маг посмотрел на свои ладони, где на коже проявилась красноватая сетка, потом устало прикрыл ими лицо и вздрогнул — стоило ему пошевелиться, как раскалившийся меч обжег бедро прямо через плотную ткань.

— Ты жив, у тебя получилось! — спрыгнувшая сверху Эльфийка бросилась ему на шею, но роста хватило лишь обнять поперек груди. — Ты не ранен?

Маг не ответил. Он медленно сползал на землю, теряя сознание и ощущение дикой усталости, с блаженством ныряя в спокойную и теплую мглу.

— Я буду… — знакомый голос прозвучал на самой границе сна, и Маг различил легкий силуэт, уносящийся в серые сумерки.

— Подожди! — он кинулся вслед, сел — и только потом проснулся и открыл глаза.

Неподалеку застыли Копейщик и Эльфийка, так и не донеся до рта какие-то овощи.

— Да мы тебе оставили, не волнуйся так… — растеряно пробормотал Копейщик.