Недотрога
Шрифт:
– Вот сегодня и успею. А что, какие-то проблемы? – Фыркает в ответ.
Я только бегаю взглядом между ними, не понимая этой грызни. Это они из-за Влада тут спорят? Не может быть… Действительно, а когда они успели?
– Это мы ещё посмотрим, – говорит Лора, берёт бумажный стаканчик со стола и выпивает его почти залпом. Маша крутит свой напиток в руках. Я молча попиваю чай, наблюдая за ними.
– А кто это? – Решаю подыграть им. Если это Влад, значит, они его не рассмотрели у клуба со мной.
– Один одинокий красавчик, – говорит Лора, подчёркивая слово
– Он будет моим, – настаивает Маша.
– С чего ты взяла?
– Потому что он пришёл ко мне на день рождения.
– Ну и что? Получила свой подарок, вот и радуйся.
– Девочки, да успокойтесь вы, – пытаюсь прекратить этот глупый спор.
Я снова смотрю на мужчину, из-за которого мои подруги разгорячились настолько, что готовы испортить многолетнюю дружбу.
Мужчина опускает руку.
Это он.
Влад.
Глава 10
Ева
Ревность пронзает моё сердце острой иглой. Мои лучшие подруги делят мужчину, о котором я сама думаю всё время. Хочется тоже в истерике начать орать: нет, он мой! Но я этого делать не стану. Он принадлежит только сам себе. И он сам решит, Маша, Лора, или…
Его зелёные глаза сосредоточены на нас. Такое ощущение, будто он всё это время смотрел именно на меня. Даже на расстоянии я вижу мерцание в глубине его тёмных зрачков. Или же я окончательно сошла с ума. Он на самом деле может смотреть на любую из нас троих. Вот только из нас троих у меня наименьшие шансы, потому что я ничего не могу ему дать. Даже себя.
Трудно жить, не зная, что такое банальная человеческая ласка. Трудно быть не такой, как все. Быть изгоем, чем-то неправильным, неприемлемым, непонятным. Кто-то случайно к тебе прикасается, а ты превращаешься в жертву медузы Горгоны. Кто-то тебя обнимает, а ты дрожишь в лихорадке. Вокруг толпа сжимается плотной стеной, и ты бьёшься в эпилептическом припадке.
Я не могу так больше жить. Я хочу быть такой, как все. Ненавижу свою жизнь. Ненавижу тех, у кого есть всё то, чего я по неизвестным причинам лишена. За что мне это? Чем заслужила такое жестокое наказание? В этот момент безумно захотелось напиться, слиться с толпой, стать похожей на моих подруг, быть уверенной и раскованной.
Так хочется снова почувствовать прикосновение его рук, пусть даже через одежду, почувствовать его губы на своих губах, увидеть огонь в его зелёных глазах и обворожительную полуулыбку…
Выхватываю бумажный стаканчик из рук Маши, случайно задев её пальцем. Вздрагиваю от прикосновения и несколькими жадными глотками выпиваю содержание. Девушки ошарашенно смотрят на меня.
– Ты же сказала, что тебе нельзя, – говорит Лора.
– Я передумала, – отвечаю коротко. – За тебя, – добавляю, бросая взгляд на Машу.
Мне нужна ещё одна порция анестезии. А ещё дамская комната, чтобы умыться и прийти в себя.
– Я отойду на минутку, – говорю девчонкам.
– Всё хорошо? – Спрашивает Маша взволнованно.
Или притворяется, что волнуется.
– Да. Просто в туалет
По дороге в уборную беру ещё один стаканчик. Иду, несколько раз останавливаясь и отпивая маленькими глотками напиток. Легче не становится. Только усиливается ощущение одиночества и безысходности. Возле двери останавливаюсь, чтобы отпить ещё, но не успеваю поднести стаканчик к губам, как его кто-то перехватывает. Прикосновение к моим пальцам заставляет вздрогнуть, разгоняя мурашки по коже. Тело пронзает словно током, а мозг вспыхивает отчаянным сигналом тревоги. Но тревогой вспыхивает только мозг, а вот остальные части тела реагируют приятной слабостью.
Резко разворачиваюсь, упираясь спиной в дверь. Нащупываю дрожащими пальцами ручку и вваливаюсь спиной внутрь помещения, пятясь от угрозы, уверенно надвигающейся на меня. В его глазах вспыхивает голодный блеск, будто он собирается порвать меня на части. Мужчина закрывает за собой дверь. На замок. И я оказываюсь запертой в туалете один на один с Владом. Опустошив стаканчик, он выбрасывает его в мусорное ведро, продолжая походкой хищника, загнавшего свою добычу в тупик, идти в мою сторону.
– Привет, маленькая лгунья, – его губы изгибаются в лукавой улыбке.
Мужчина продолжает наступать на меня, пока не настигает, прижав к стене. Его руки ложатся на мою талию и мягко сжимают. Он подхватывает меня неожиданно. Успеваю только пискнуть, как оказываюсь на мраморной полке возле рукомойника. Что-то упирается в мою поясницу и больно давит.
Надо же, но это единственное, что меня сейчас беспокоит. Не то, что передо мной практически незнакомый мужчина, хоть он мне и очень нравится. И не то, что он ко мне прикасается и это вызывает совершенно иного рода дрожь. И даже не то, что я не знаю, что он собирается здесь со мной делать, а чёртова ёмкость с мылом, давящая мне в спину!
– Подожди, сейчас помогу, – говорит он мягким, бархатным голосом.
Боже… Он наклоняется ко мне вплотную, дышит в мой открытый от волнения рот, убирает это долбанное мило… Но даже и не думает отстраняться. Так и нависает надо мной, опираясь ладонями о полку возле моих бёдер.
– Я же говорил, что ещё встретимся. Соскучилась? – Низкий голос с волнующей хрипотцой выводит меня из состояния небытия, но только для того, чтобы погрузить меня в новый круговорот безумия.
Это невозможно объяснить и никак не понять. Почему моё неправильное тело таким странным образом реагирует на него? Почему не боится этого мужчину? Почему даже фобия пятиться перед его натиском, забившись в дальний угол?
Слишком близко, слишком опасно, слишком волнительно. Отвожу взгляд, поворачиваю голову в сторону, но чувствую его жар всем своим телом. Дрожу, вдыхая на полную грудь, но мне всё равно не хватает воздуха.
– Нет, – еле слышно. Пытаюсь его оттолкнуть, робко упираясь ладонями в твёрдую грудь. А ведь так хочется наоборот, ухватить за кожаную куртку и притянуть к себе ещё ближе.
– Конечно же нет, крошка. Если бы было «да» – это было бы слишком скучно, – говорит он, но я его не понимаю.