Недотрога для босса
Шрифт:
— Ты явно устала, — мягко говорит. — Ложись, поспи… Или пошли в кино. Хочешь? Сто лет не был…
— Хочу, — отвечаю ему.
Почему бы и нет?
— Тогда собирайся. Через полчаса выезжаем.
Вернулись домой, когда уже стемнело. Такой странный, романтичный день. Просто вырвались из нашей обычной, стандартной жизни и отдохнули. Гуляли по городу, сидели в кафе, сходили в кино… Правда, Матвей арендовал целый зал, поэтому фильм мы смотрели только вдвоем…
Он отключил телефон и, как он признался,
И завершением этого восхитительного, волшебного дня была ночь, полная страсти и нежности…
На следующий день проспала непозволительно долго. Видимо, бессонная ночь дала о себе знать… Встала в десять часов и застала Елену Викторовну и Марию на кухне. Они воодушевленно делали заготовки для праздничного обеда, который должен был плавно перейти в ужин. К н и г о е д . н е т
— Доброе утро! Чем помочь?
Поймала на себе мягкий, какой-то нежный взгляд мамы Матвея:
— Ксюшенька, доброе утро! Ничем, дорогая… Мы сами все сделаем. Ты лучше отдохни, погуляй на свежем воздухе…
Странное предложение, особенно, если учесть, что я только проснулась. Все же навязалась к ним в помощницы. Но много мне не дали сделать, быстро отправили отдыхать.
А меня почему-то все больше преследуют мысли, что я обманщица. Все так хорошо ко мне относятся, а я нагло вру… Еще и этот торжественный обед, куча поздравлений…
А я вру…
От этой мысли становится не по себе. Но я обещала Матвею, и я сдержу обещание…
Время пролетело быстро. Матвей смог вырваться с работы прямо к обеду. Александр Евгеньевич приехал почти сразу же после него с двумя шикарными букетами. Один вручил мне, а второй — маме Матвея…
Если бы не знала их историю, и то, что они в разводе, то можно было бы подумать, что он проявляет ей знаки внимания…
Еще пришли Марат с Евой. Очень тепло поздравили нас и прошли в столовую. Все разместились за шикарно накрытым столом. Даже Мария присоединилась к нашему мини-празднику.
Смотрю на всех этих людей с их теплыми, доброжелательными взглядами, и хочется плакать.
Ксюша, соберись! Ты чего? Мысленно пытаюсь себя взбодрить. Но это мне не особо дается. Еще не хватало расплакаться прямо за столом.
Матвей сидит рядом и мягко, подбадривающе сжимает мою ладонь. Кидает на меня теплые, нежные взгляды…
Легкая беседа, куча поздравлений, тосты, пожелания… И чем больше они говорят, желают нам счастья, любви, долгих совместных лет вместе, много детей, тем больше я впадаю в панику и уныние.
Они такие искренние, добрые, а мы их обманываем. Не будет всего этого, что они нам желают! Не будет! Мы разведемся через шесть месяцев, и все…
— Нет… нет… нет! — внезапно шепчу я.
Приступ паники просто накрывает. Не могу!
Все замолкают и с удивлением смотрят на меня.
— Ксюшенька, что случилось? — аккуратно уточняет мама Матвея.
— Нет, я так больше не могу, — шепчу, понимая, что еще чуть-чуть, и расплачусь. — Извините…
Выпалив все это, я вскакиваю и быстро выхожу из столовой. За спиной — звенящая тишина…
63
Ксюша
Иду из столовой. Хотя нет, не иду, а уже бегу. Еле сдерживаю слезы, которые наворачиваются на глазах.
На улицу… Хочу на свежий воздух. Такое чувство, что ещё немного, и задохнусь от этой лжи и фальшивого счастья, которое мы изображаем перед всеми. Хотя счастье-то не фальшивое, и это вообще сбивает с толку…
Но выйти мне не удаётся. Матвей нагоняет меня возле двери и преграждает путь.
— Пусти, — чуть не плача, прошу я.
Смотрит хмуро:
— Что случилось? — практически рычит на меня.
— Пусти, — пытаюсь его обойти, но он не даёт мне это сделать.
— Нет. Пока ты не объяснишь, что с тобой случилось, не пущу, — хмуро сообщает. На скулах начинают ходить желваки.
— Что со мной случилось? Ты, правда, хочешь знать, что со мной случилось?
Кажется, истерика уже на подходе…
Щурит свои серьезные серые глаза.
— Да, хочу знать, — цедит.
— Я не могу так больше! Не могу обманывать этих людей! Они замечательные! Твои родители, твои друзья! Я не могу врать им! Они, правда, верят, что мы вместе и счастливы!
Только сейчас понимаю, что кричу все это.
— А мы не вместе и не счастливы? — рычит он, надвигаясь на меня.
— Мы… — и осекаюсь.
Счастливы ли мы? Да, я счастлива. Но это счастье так зыбко…
— Это все договор, — тихо говорю. — Через пять месяцев всё закончится…
Отворачиваюсь, потому что предательские слезы уже рвутся наружу, и одна стекает по щеке.
— Так все дело в договоре? — хмуро уточняет.
Ничего не отвечаю. Хочу, чтобы он оставил меня в одиночестве. Мне надо собраться с силами.
— Идём, — решительно говорит и поворачивается ко мне спиной.
— Нет, — шепчу. — Я хочу на свежий воздух…
Поворачивается и сверлит меня недобрым взглядом. В один шаг подходит ко мне и, не успеваю ничего понять, как он уже закидывает меня к себе на плечо.
— Отпусти! — возмущаюсь и пытаюсь вывернуться из его сильного захвата.
— Утихомирься, — рычит. — Всё равно не отпущу.
И несёт меня куда-то. Открывает какую-то дверь. Понимаю по полу и обстановке, которую вижу из своего странного положения, что это кабинет. В следующую секунду опускает меня попой на стол и отступает на шаг.