Недотепа
Шрифт:
Налив воду, Трикс стал негромко считать до двадцати. В приготовлении горного кофе очень важно было выдержать правильную температуру – не слишком высокую, но и не слишком низкую. Произнеся «двадцать!», Трикс высыпал порошок в воду и быстро размешал ложкой.
Жидкость вначале стала серой, потом бурой, потом малиновой, а потом, будто смирившись с неизбежным, белой как молоко. Верный признак, что температура правильная и кофе удачный.
С булочкой было проще – Трикс выбрал одну из корзины с хлебом, разрезал на две половинки, подержал их над кипящим чайником, чтобы черствый хлеб хоть слегка размягчился. И почему маг не велел покупать
Джем на булочку Трикс намазал прямо пальцем, который потом тщательно облизал. Не потому, что мальчик считал, будто так вкуснее. Просто джема оставалось совсем чуть-чуть, на стенках горшка, и доставать его пальцем было удобнее всего.
Кофе и булочку на блюдце Трикс поместил на поднос и отправился в кабинет Щавеля: на один этаж выше. К счастью, тут пользоваться подъемником не требовалось, имелась и обычная винтовая лестница.
Будучи наследником пусть половинчатого, но все же герцога, Трикс не испытывал пиетета ни перед книжниками, ни перед библиотекарями, ни даже перед магами. В детстве он частенько бывал в рабочем кабинете их придворного мага Кемура – человека доброго, остроумного, пускай и не слишком-то преуспевшего в своей профессии.
Да и в отцовском кабинете, помимо свода королевских законов в толстом кожаном переплете и целой полки ежегодников «Свежие новости», имелся специальный стол с письменными принадлежностями. Нет, не с теми, обычными, которыми отец подписывал указы и распоряжения. А с изящными писчими приборами (ручка из древесины вяза с пером феникса), которыми, по общему мнению, только и подобает записывать магические заклинания.
Но рабочий кабинет великого мага Щавеля решительным образом отличался от всего, что Триксу доводилось видеть. Вместо чинных шкафов с переплетенными в кожу и сафьян книгами – ровные стены, обитые кремовой тканью. Роскошное кресло, в котором так удобно развалиться за рабочим столом, заменял жесткий стул с высокой спинкой. И сам стол из древесины белого дерева и горной березы – простой, без ящичков и каких-либо украшений. На столе – яркая масляная лампа, зажженная, несмотря на солнечный день; стакан с остро очиненными карандашами и стопа хорошей белой бумаги.
Только одна деталь нарушала аскетическое убранство – акварель на стене. Картина изображала юную деву в прозрачных одеяниях, которая выходила на затянутую туманом опушку леса. На тоненькой ниточке дева вела белого единорога с печальными глазами. Триксу нравился единорог, а еще больше – дева, но все-таки такую картину ожидаешь увидеть в женском будуаре, а не в кабинете могущественного мага.
– Господин Щавель, кофе, – сказал Трикс.
Щавель стоял у окна. Хмурился, проглядывая густо исписанный листок.
– Кофе! – сказал Трикс погромче.
– Кофе… – задумчиво повторил маг, не оборачиваясь.
– Хороший, ароматный! – похвалил Трикс. – Только десять ягод за серебряную монету. И, говорят, дорожать будут.
– Хороший, ароматный… – Щавель задумчиво взял кружку. Отхлебнул. Требовательно кивнул на кресло: – Садись! Садись и слушай!
Обрадованный и возможностью посидеть на рабочем месте настоящего мага, и тем, что сейчас ему предстояло что-то узнать, Трикс поспешно устроился на стуле.
– Это… – Щавель откашлялся. – Ну, пока еще недоработано… надо править… В общем, это заклинание для вызывания летающего огненного демона в закрытых помещениях.
Трикс заерзал на стуле и стал внимательно слушать.
– Вначале раздался писк – тонкий, на самой границе слуха, будто комариное пение в ночи, – сказал Щавель. – Потом волны жара поплыли по комнате, заставляя пот проступать на встревоженных лицах. А тревога все яснее и яснее проступала на лицах…
Он запнулся. Недоуменно посмотрел на листок.
– Что-то не так, господин Щавель? – спросил Трикс. Ему казалось, что он уже слышит этот тонкий писк, да и температура в комнате явно поднялась.
– Конечно! – Щавель склонился над столом, карандаш забегал по листку, яростно вычеркивая и исправляя. – Подряд, в соседних строчках, «пот проступать» и «тревога проступала». Отвратительно! Школярская, непростительная ошибка! Ну какого демона привлечет такой текст? Вот! Слушай заново!
Трикс кивнул и начал слушать заново.
– Вначале раздался писк – тонкий, на самой границе слуха, будто комариное пение в ночи, – торжественно начал Щавель. – Потом волны жара поплыли по комнате, заставляя пот проступать на встревоженных лицах. А тревога все сильнее и сильнее охватывала окружающих. И вот уже смутные тени забегали по стенам…
Трикс с восторгом и испугом понял, что в ушах звенит, на горячем лбу выступил пот, а по стенам носятся неясные отсветы.
– …будто предвещая появление того, кого призвал великий маг…
Щавель замолк. Покачал головой:
– И где были мои глаза? «Того, кого…» Паразитная рифма. Отвратительно! Омерзительно! Правда, мальчик?
– Верно, – согласился Трикс. – Скверно.
– Текст должен литься сам собой, нигде не цепляя слушателя, – бормотал Щавель. – Лишь тогда слова обретут магическую силу… Начали заново!
– Вначале раздался писк – тонкий, на самой границе слуха, будто комариное пение в ночи. – Щавелю явно нравилась первая строчка. – Потом волны жара поплыли по комнате, заставляя пот проступать на встревоженных лицах. А тревога все сильнее и сильнее охватывала окружающих. И вот уже смутные тени забегали по стенам, будто предвещая появление того, кто был призван великим магом. «Явись передо мной, Гоэлрон, демон огня и молний! Служи мне до тех пор, пока сама смерть не унесет тебя или меня! Даю тебе три правила: не совершай действия или бездействия, которое приносило бы мне вред, повинуйся любому моему приказу, если это не противоречит правилу первому, и оберегай себя в той мере, которая не противоречит первому и второму правилам!» И вот, пространство с душераздирающим стоном лопнуло, выпуская на свет демона Гоэлрона – комок огня с черными глазами-угольками и клыками, сотканными из языков пламени…
Радион замолчал, выжидая.
Трикс затаил дыхание.
Ничего не происходило.
– Что-то не так, – вздохнул Щавель. Похоже, маг уже и сам не ждал удачи. Положив листок на стол, он снова взял свой кофе, отпил глоток. Раздраженно пояснил: – Три недели корплю над заклинанием призыва фамильяра! Знаешь, что такое фамильяр?
Трикс пожал плечами. Он знал, но магу явно хотелось самому все рассказать.
– Фамильяр – это магическое существо, призванное из другого плана бытия. Оно не просто повинуется магу, но и становится его ближайшим другом и соратником. У него даже могут быть свои магические способности. Большая удача и честь для мага – иметь фамильяра, пусть даже неказистого… Нет, ну что же мешает? Почему фамильяр не возник?