Недосягаемые
Шрифт:
— А кто будет крестным? — внезапно решаю спросить.
За столом сидят только Ян, Люся и Миша. Васю давно уложили спать, а Варя уснула следом, за просмотр мультика.
— Ян, конечно, — заулыбавшись пуще прежнего, заявляет подруга.
На секунду забываю, как дышать, переглянувшись с ним. Кажется, он расстроен этой новостью.
Как реагировать? Не знаю. Мне грустно. Я никогда не думала о том, что у нас с Яном ещё может что-то получится. Все это осталось в далеко прошлом. Только сейчас, когда понимаю, что это будет точкой
— Ну да, — говорю, опуская взгляд. — Кто же ещё.
Ближе к десяти собираюсь домой. Хорошо, что пешком идти минут двадцать. Варю решаю не будить и оставить здесь. Погода не настолько благоприятная, чтобы шастать там с мелкой. По рассказам Люси, она часто болеет.
Варя вообще часто остаётся ночевать у них. Моей благодарности к подруге нет предела. Она стала для Вари настоящей сестрой. Кажется, они пытались заменить друг другу моё отсутствие. При этом, оказалось, что Люська всегда рассказывала мелкой обо мне и о нашей дружбе. Выходит, она вообще не держала на меня зла?
— Я провожу тебя, — неожиданно говорит Ян. Его голос звучит уверенно и твёрдо, только в глазах читается вопрос.
Я просто киваю. Не могу ничего произнести в эту минуту.
Попрощавшись с Люсей и Мишей, мы оказываемся на прохладной осенней улице.
Любоваться дорогой через любимый парк — оказывается это так важно. В душе ноет от приятного и одновременно тягучего чувства.
— Мы должны поговорить, — заявляет Ян, остановившись.
Приходится снова кивнуть. Я боюсь сказать хоть что-то.
Ян присаживается на лавочку, а я следую его примеру.
Интересно, можно ли считать знаком то, что это та самая лавочка, на которой я сидела в ту самую новогоднюю ночь?
— Я долго думал об этом, — признается он. — Кажется, уже глупо вычеркивать друг друга из жизни. Общие друзья — веский повод для этого шага. И не вздумай снова кивать, я хочу услышать от тебя что-то.
— Что-то, — неожиданно развеселившись, протягиваю я.
И в этот момент внутри меня будто что-то с треском ломается. Напряжение сходит на нет, а сердце начинает биться чаще.
— Ты неисправима, — его губы растягиваются в улыбке, а рука легко взъерошивает волосы.
— Я не думала, что находясь рядом с тобой смогу испытывать такую лёгкость, — неожиданно признаюсь, будто сама себе. — Мне было сложно каждый раз, до сегодняшнего дня. Кажется, я больше не живу прошлыми обидами.
— Что думаешь насчёт крестин? — внезапно спрашивает Ян, взглянув на меня серьёзно.
— Это ведь здорово, — вру, наглейшим образом. На самом деле, на душе кошки скребут. — Может, это станет началом нашей дружбы?
— Глупая, Щербакова, — сердце резко трепыхается от этой привычной и такой родной фразы. — Пойдём.
Он встает и направляется вперёд, а мне нужно ещё несколько секунд, чтобы сердце перестало отбивать этот бешеный ритм в
— Пока, — я смущённо махаю рукой и забегаю в подъезд, как только мы добираемся до точки назначения.
Он не успевает ничего сказать. Знаю, что поступила по-детски, но что поделать. Как ни крути, воспоминания в этом городе глушат мою, выработанную годами, стойкую психику. Чувство, будто вернулась в те времена, когда Ян провожал меня, а следом случался длительный и напористый поцелуй.
— Девочка моя! — мама, хлопая в ладоши, кидается мне на шею.
Кажется, я могу привыкнуть к тому, что всё лезут обниматься. Как говорится — каждый человек нуждается в физическом прикосновении, чтобы почувствовать себя хорошо. Сегодняшних объятий хватило для того, чтобы почувствовать себя самым счастливым человеком во всей вселенной.
Здесь, дома, уже никто не сдерживает слёз, пытаясь задушить, и зацеловать друг друга. Похоже, даже папа взгрустнул: видно по его влажным глазам.
— Простите меня, — обессилено прошу, почувствовав огромную вину.
Всё-таки, и правда, глупая Щербакова.
Утром мы снова собраемся дома у Люськи и Миши. Варю забрали родители, когда завозили меня.
— Ну, привет, красавица, — распахивая руки, проговаривает Тим.
Не раздумывая, бросаюсь к нему. Он возмужал и стал более мускулистым, подтянутым.
— И тебе здравствуй.
Сейчас мой взгляд падает на низкую, миниатюрную девушку, которая смущённо стоит возле стены.
Её тёмные вьющиеся локоны спадают на хрупкие плечи, а яркие зелёные глаза бегают по комнате.
— Знакомьтесь! — громко восклицает Тим. — Тася, — он притягивает девушку к себе. — Моя невеста.
— Приятно, — скрыв своё поражение, я широко улыбаюсь.
— Тась, это — Лера, — он гордо произносит моё имя. — Умница, красавица, комсомолка.
— Тима много рассказывал о тебе, — она обворожительно улыбается.
— Да, — подтверждает друг. — Говорил, что вы можете поспорить кто занимает первое место по неловким ситуациям, которые случались.
Не совсем понимаю, как жизнь Тима сложилась именно так. Неужели, с Сашей всё — таки ничего не сложилось? Он ведь так любил её. Жаль, не могу спросить у него напрямую. Подставила бы Люсю, которая поведала мне его историю.
Тася мне понравилась. Добрая, бесконечно милая, напоминает ангела. То, с какой нежностью она прижимается к руке Тима, как обнимает его каждое возможное мгновение, касаясь щекой его груди… Всё кричит о том, как сильно она увязла в своей любви.
За всей суетой я совсем упускаю то, как быстро мы оказываемся в церкви. А следом и то, как проходит такой важный для меня обряд.
Теперь я стала крестной мамой Василисы. И, обещаю, что никогда не оставлю эту малышку. Кажется, вселенная даёт мне шанс наверстать упущенное время.