Нечто

Муравьёв Юрий Иванович

Мужчины кивнули головой, согласившись с начальником без слов. Лида обиженно отвернулась. Но они были явно сконфужены, невольно чувствуя за собой вину.

Мужчины подходили к горе не спеша, поскольку сытный обед и духота не располагали к быстрой ходьбе. Каждый мысленно был уже в пещере, предвкушая новые открытия.

Они вошли в пещеру. Первым шёл Андрей. Он остановился напротив ниши, освещая захоронения. Скелеты людей, лежащих в открытом захоронении, произвели сильнейшее впечатление на друзей.

Вот они, доисторические люди. Кто

знает, может быть, от этих охотников ведётся их родословная через сотни поколений. Виктор представил себе, что он стоит на горе. Перед его взором в долине и на склоне горы тянется и извивается цепочка людей, идущих друг за другом на расстоянии двадцати -- двадцати пяти метров, означающего время в годах, когда появляется каждое новое поколение, и теряется где-то в дымке за горизонтом, в глубине двадцати -- тридцати тысячелетий.

– - Мужчина моего роста, не меньше, а силой наверняка превосходил меня, -- с уважением сказал Виктор.

– - Это уж точно, если справлялся с такими хищниками-монстрами.
– - Андрей усмехнулся и перевёл луч фонаря вверх, осветив голову льва и гиены.

Виктор тоже направил туда луч своей мощной лампы. Теперь новые посетители чётко увидели, что обе головы подвешены на длинных бивнях мамонта.

– - Виктор, освети своей лампой сначала захоронение, а потом бивни с головами, а я последовательно сфотографирую, -- попросил Андрей.
– - Вот так, хорошо, -- говорил он каждый раз, щёлкая затвором, фотографируя с разных сторон.

– - А бивни надо обязательно замерить, -- сказал Николай Петрович, прикладывая конец ленты рулетки к месту крепления бивня в стене.
– - Виктор, подтяни ленту к концу бивня и посмотри метку.

– - Вот это да!
– - удивлённо воскликнул Виктор.
– - Четыре метра двадцать пять сантиметров.

– - Эти бивни мамонта бесспорные рекордсмены. Я предполагаю, что древние охотники не случайно представили такие бивни на обозрение своим сородичам, потому что мамонты с такими гигантскими бивнями встречались нечасто, скорее как исключение, -- прокомментировал Андрей.

– - Осмотрев скелеты ещё раз, Виктор сказал: -- Я всегда считал, и это было общее мнение, что древние люди были мелковаты. Не верится, что такие высокие люди, как эти охотники, были повсеместно. Может быть, они были исключением?

– - Отнюдь нет, -- сказал Андрей.
– - Таких людей назвали кроманьонцами по месту находки в гроте. Они характеризуются высоким ростом, широким лицом и низкими глазными орбитами. Эти признаки заметны даже на скелетах, если присмотреться внимательно. Они пришли на смену неандертальцам, которые были особой ветвью в эволюции человека, не получившей дальнейшего развития.

Неандертальцы были небольшого роста и уступали кроманьонцам в интеллекте. Считается, что они не выдержали конкуренции с кроманьонцами и вымерли, по расчётам историков и археологов, около тридцати тысяч лет назад.
– - И без плавного перехода к новой теме сказал: -- А теперь ознакомимся с наскальной живописью.

Тоном

голоса и театральным жестом руки он шутливо представил себя гидом.

Они прошли дальше вдоль стены. Андрей остановился и осветил фонарём картину, изображавшую сцену охоты на бизонов, которая, однако, не произвела особого впечатления на друзей.

Виктор передвинул луч лампы влево и с удивлением воскликнул: -- Да, здесь целая художественная галерея!

На картине была изображена сцена охоты на мамонта, попавшего в яму-ловушку. Из ямы торчали концы тонких стволов деревьев и пучки длинной травы, повисших на краях ямы. Вся эта конструкция, сделанная охотниками из тонких жердей и покрытая слоем травы, замаскировавшая яму, рухнула под тяжестью многотонного животного, когда он ступил на неё, привлечённый травой -- любимым лакомством мамонтов. Над ямой возвышалась огромная голова с длинными бивнями и колоннообразные передние ноги, выступавшие над краем ямы. Со всех сторон на обречённого животного падал град камней, а острые дротики и копья вонзались в толстую грубую шкуру, похожую на кору дуба, не причиняя ему смертельных ран, но постепенно лишая его сил из-за потери крови.

Видно, что не обошлось без жертв со стороны людей. Один неосторожный охотник, очевидно, в пылу борьбы оказался очень близко к яме и был схвачен длинным хоботом гиганта и теперь обречённо извивался в его стальных мышцах.

Огромные глаза мамонта, крупно выписанные художником, выражали одновременно удивление, смертельную тоску и злость.

Андрей сделал шаг вперёд, ближе к стене, и с сочувствием рассматривал выразительные глаза животного, а потом сделал снимок глаз крупным планом.

Это самое крупное животное на земле никогда не нападало на двуногих,

не обращало внимания на человека из-за его хрупкости, не видя в нём опасности для себя, мирно пасясь на бескрайних лесотундровых просторах, поедая в огромном количестве траву и лишайник. У него не было врагов в мире животных, если не считать пещерных львов и гиен, которые иногда нападали на мирно пасущееся стадо гигантов, отбивая у них маленьких детёнышей.

Мамонт на картине был удивлён, почему эти хрупкие двуногие существа причиняют ему большие страдания. Люди вскоре уйдут, израсходовав весь охотничий арсенал и пыл, оставив животное в яме, зная по предыдущим охотам, что мамонт умрёт через несколько дней и ночей от полученных ран, без пищи и воды.

У первобытных людей, очевидно, не возникало чувства сострадания к умирающему мамонту. Наоборот, они радовались, что теперь их племя будет обеспечено этой горой мяса на долгое время.

Так рассуждал Андрей.

– - Даже в наше время эту сцену охоты можно считать шедевром живописи, -- сказал Николай Петрович.

– - Уже в каменном веке среди древних людей был свой Леонардо да Винчи, -- уточнил Андрей.

Виктор перевёл луч лампы дальше по стене.

– - А вот и наши смелые охотники!
– - воскликнул Андрей.