Нечто
Шрифт:
– - Ничего удивительного, скоростная выносливость у него дай бог каждому. Я сегодня наблюдал за ним с горы, когда он плыл под водой.
– - Нет, это невозможно, недостижимо для человека.
– - Да что мы спорим? При встрече спросим, за хвост какой рыбины он держался, -- неожиданно серьёзно сказал Андрей.
– - После купания я чувствую во всём теле необычайную лёгкость, такое ощущение, что парю над землёй. Куда подевалась сила тяготения?
– - сказал Николай Петрович, и глаза его излучали радость бытия и счастья.
– - Что-то подобное я ощущал
– - Андрей, ты по возрасту совсем молодой человек, поэтому я желаю тебе проявлять больше оптимизма и быть ближе к реалиям жизни. Сегодня я, как начальник экспедиции, не проявил должной твёрдости. Но это я сделал намеренно, чтобы дать всем время акклиматизироваться, осмотреться и поразмыслить. Завтра мы должны встать рано и перед восходом солнца быть на горе, чтобы наверстать время, потраченное сегодня в праздности.
– - У меня буквально чешутся руки.
– - Я понимаю тебя, -- Николай Петрович улыбнулся и покровительственно положил руку на его плечо.
Прихватив сандалии своего коллеги, они направились в лагерь. Когда они подошли к палатке, Николай Петрович сразу обратил внимание на усталое, сильно изменившееся лицо Виктора, сидящего за столом. Рядом с ним сидела Лида.
– - Виктор, ты своим необъяснимым поведением заставил меня изрядно поволноваться. Растолкуй, пожалуйста, что за причина заставила тебя в воде резко сменить направление и каким образом тебе удалось так быстро проплыть это расстояние?
Виктор равнодушно посмотрел на начальника экспедиции и сказал: -- Эти эпизоды почему-то выпали из моего сознания, и я не могу вспомнить последовательность своих действий. Но я чётко и ярко помню такую картину, что я нахожусь на песчаном берегу океана, среди пальм. По лианам прыгают обезьяны, и я слышу призывные звуки слонов.
– - И отвечаешь им по-тарзаньи, -- Николай Петрович улыбнулся.
– - Вы слышали меня?
– - Я слышал твои крики дважды, -- сказал Андрей.
– - Да, я кричал, когда бежал в тропическом лесу навстречу слонам.
– - Я в тот момент при самой необузданной фантазии не мог даже представить, что ты находишься в тропическом лесу Африки.
– - Андрей стал неудержимо хохотать под укоризненным взглядом Лиды.
Ни один мускул не дрогнул на лице Виктора, в его глазах была полная отрешённость от всего происходящего.
"Его сознание было в далёких, но ярких детских воспоминаниях и фантазиях, основанных на фильмах и книгах о Тарзане. Но почему произошёл такой сдвиг в его сознании именно здесь, что за причина?" -- задавался вопросом Николай Петрович.
– - Ещё я видел...
– - Голова Виктора склонилась к столу.
– - Что с ним? У него начался бред. Его надо уложить в постель, помогите мне, --
Мужчины взяли Виктора под мышки и приподняли со стульчика. Придерживая с обеих сторон, они повели его в палатку. Он шёл заплетающейся походкой. Его уложили прямо на спальный мешок, и он мгновенно заснул.
– - Я побуду с ним, -- сказала Лида.
Солнце уже скрылось за линией горизонта, и только отдельные лучи местами прочёркивали небосклон. Через несколько минут исчезли и они. Постепенно заалела вечерняя заря.
Мужчины сидели за столом крайне озадаченные происшедшим. Было странно видеть Виктора вялым и апатичным, который ещё час назад выглядел
жизнерадостным, пышущим силой и энергией.
– - Значит, завтра наша работа на морене под угрозой срыва, -- сказал расстроенный Андрей.
– - А я почти уверен, что утром он встанет как огурчик. Крепкий здоровый сон сотрёт в голове все его фантазии, ведь физически он вполне здоров.
Из палатки вышла Лида.
– - Ну, как он там?
– - тихо спросил Николай Петрович.
– - Спит, дыхание ровное.
– - Лида, не волнуйся, всё будет хорошо. Со мной в прошлом году случилось что-то подобное, но сейчас, как видите, я в своих действиях вполне адекватен.
Андрей не стал уточнять, что случилось с ним и при каких обстоятельствах.
– - Я думаю, что это следствие физического переутомления. Работа по устройству лагерной стоянки, затем этот непонятный дальний заплыв. Сон для него будет самым эффективным лекарством, -- сказал Николай Петрович.
– - Завтра он встанет со зверским аппетитом, и от ухи точно ничего не останется, -- улыбнулся Андрей.
Эти слова подействовали на Лиду настолько позитивно, что она заулыбалась и тихо сказала: -- Дай бог, дай бог.
– - И вдруг озабоченно произнесла: -- А ведь оставшаяся рыба в мешке пропадёт до утра.
– - Совсем забыли, надо было сделать это сразу после ужина. Но ещё не поздно. Андрей, бери лопату и перчатки, и быстро за дело.
Они выбрали место в низине, где был сырой супесчаный грунт, и выкопали ямку метровой глубины. Нарвали крапивы и устлали ею дно. Куски стерляди слегка присолили и уложили в десятилитровый котелок, прослаивая их крапивой, и закрыли крышкой. С окунями и щуками произвели такие же действия, уложив их в пакет. Котелок поставили на дно ямы и на него положили пакет. Сверху устлали ветками черемухи и крапивой. И всё это засыпали грунтом. На грунт Андрей положил тяжёлые камни.
– - Это от ночных воров, -- сказал он, вспоминая свои прошлогодние приключения.
Довольные проделанной работой, мужчины вернулись к палатке и сели под тентом. Полная луна поднималась над лесом и своим отражённым рассеянным светом хорошо освещала вершину морены с одинокой сосной. Оба смотрели в ту сторону, и каждый по-своему размышлял о том, удастся ли им завтра приступить к работам. Без участия Виктора вряд ли они могут справиться с грандиозными планами по исследованию пещеры, если она существует, в чём был уверен один и сомневался другой.