Нечего прощать [СИ]
Шрифт:
Сам Андрей в это самое время поднимался на скоростном лифте в обществе Анастасии. За спиной его мелькали перекрытия и город. Озерск отсюда был виден очень хорошо, и этому способствовала отличная солнечная погода. Андрей смотрел на всю эту красоту и не мог ей наесться досыта:
— Все таки Озерск по–своему красивый город, — сказал он.
— Что значит «по–своему». Озерск самый красивый город.
— Хорошо, хорошо, Крестная. Всяк кулик свое болото хвалит.
— Не говори штампами, фу, — возмутилась Анастасия, — тебя твой друг за это
— Как прикажете, повелитель. Полизать вам ботинки?
— Что?! — они и этому тебя уже научил? — Анастасия стояла в шоке.
— Ничуть. Я думал это мои фирменные фразы. Оказалось нет, он у кого то в Интернете их подцепил, — Андрей и не заметил того, насколько иной интонацией голоса он произнес эти слова. Похоже, что любой разговор об Антоне менял его настроение, а заодно и голос очень необычно. И для Анастасии это было уже очень явно.
— Слушай, — серьезно сказала Анастасия, — меня же мои бабки съедят. Что у тебя с моим племянником?
— Знаешь, мы друзья. Никогда бы раньше не сказал так о человеке, которого знаю сутки, но он меня понимает, и что самое главное — я прекрасно его понимаю, вижу то, чего он хочет, что ему интересно.
— Потому что тебе интересно то же самое, — закончила Анастасия. Она хорошо относилась к племяннику, но когда замечала в Андрее этот возникший неприкрытый восторг от него, это начало ее напрягать. Естественно, она не догадывалась, что сам Антон уже успел вогнать в аналогичный ступор свою мамочку Клару. Причем в отличие от Андрея, у младшего Гордеева это получилось гораздо более резко. Он просто принес в стирку постельное белье от чего Клара воскликнула:
— Ты САМ вытащил одеяло из пододеяльника? Ты же вопил, что больше всего на свете это терпеть не можешь.
— Мама, — оборвал ее Антон, — мне нужен чистый комплект в шкафу на тот случай, если крестный тетушки снова придет ночевать.
— И ты конечно будешь предлагать свою комнату.
— Нет, мама. Он мой хороший друг. Я буду настаивать.
Клара так и застыла посреди прачечной, пока не появился Тимофей и не вернул ее на Землю, чтобы не расслаблялась:
— Тетя, можно это постирать? — сказал он протягивая пять белых рубашек, — а то меня на кафедре не пустят экзамены принимать в синей.
— Когда на это смотрели? — отмахнулась Клара.
— Я пошутил, — сказал Тимофей и услышал звонок во внешнюю дверь.
Все утро он проболтал с Надей по телефону в поисках телефона Риты (поскольку тот, что она дала вчера не отвечал) и совершенно забыл о том, что еще вчера пригласил эту девушку для знакомства с Антоном. Подойдя к домофону он включил видео, увидел Надю и на полном автомате ляпнул:
— О! Привет, а ты чего?
— Как? — сконфуженная Надя, которая потратила три часа на приведения себя в наилучшее состояние так и застыла перед камерой, не понимая ничего, — мы же договаривались вчера, — в полном шоке произнесла Гнидова.
— Ой. Открываю, прости, Дюш.
Тяжелая «калитка» отворилась и Надя проникла в сад. Тимофей встретил
— Вот это — Рита, которую Тимоха искал? — удивлялась Марина, которая отличалась хорошим зрением. Ирина же не могла рассмотреть ее поближе и потому лица не видела, — на ней же как на той, о которой я на кухне говорила — одни волосы, а все остальное — скучно, как собрание сочинений Тургенева.
— Тебе хорошо, — ворчала Ирина, — я ничего кроме волос не вижу. Ужас просто, пойду за очками.
— Не надо. Тимофей ушел. Он сюда идет.
Вскоре Тимофей появился в гостиной и Ирина попыталась узнать кто эта девушка. Ответ удовлетворил женщин:
— Это Надя, моя ученица. Она с Антоном пообщаться приехала.
Дамы синхронно выдохнули. Марина, потому что она считала эту девушку некрасивой, а Ирина еще и потому, что ее к Антону, оказывается, притащили.
— У них дела по учебе? — спросила Ирина.
— Бабушка, — весело сказал Тимофей, — ну какая разница какие у них дела. Хватит подслушивать под дверью и засыпать от скуки, — и побежал по лестнице.
Марина повернулась к Ирине:
— Так ты заснула под дверью у Антона ночью?
— Да, — опустила глаза Ирина, — и меня разбудили Женя и Тимоха. Я им ляпнула какую–то чушь, но они и так догадались.
Тем временем Тимофей добивался помощи от Антона. Тот снова пребывал в объятьях «Биохимии» и не собирался покидать комнаты. Узнав, что у бассейна его поджидает та самая Надя, о которой он уже достаточно слышал от Тимохи, причем преимущественно в довольно резком ключе:
— Я не понял, — возмутился Антон, — я что должен идти к бассейну и развлекать эту Волосатую кобылу?
— Слушай, — уговаривал его Тимофей, — я просто пообещал ей тебя с ней познакомить в обмен на телефон Риты.
— Ах вот оно что, — разозлился Антон, — сдал брата ради своей Риты, которая сбежала с вечеринки?
Тимофей встал, опустив руки в карманы:
— Ну я тебя очень прошу. Я тебя не уговариваю с ней общаться, просто скажи здравствуй, и потом делай что хочешь.
— Ловлю тебя на слове!
Антон осторожно положил книгу на подушку, предварительно заложив ее закладкой.
Братья спустились к бассейну. Надя очень быстро пошла им навстречу и постаралась сделать самое милое лицо, самую приятную маску, которая была ей знакома:
— Антон, это Надя, одна из моих лучших учениц, — какого черта я это говорю, думал Тимофей.
— Очень приятно, — холодно сказал Антон медленно смерив взглядом эти 180 сантиметров туловища и кубический метр волос в придачу. В голове его почему то возник Андрей и его потянуло в его общество. Еще до того как Надя открыла рот и хоть что то сказала.