Небосвод мечей
Шрифт:
Малинда взяла свиток и прочитала его: еще один титул пэра, еще три сотни тысяч крон. Несколько месяцев дохода королевской казны.
– Кто этот человек?
– Ох, прошу прощения, миледи. Его недавно назначили командиром Йоменов Дома. Как я понимаю, он закадычный друг лорда Гренвилла. Он сообщил маршалу Сурису, что поддержит ваше высочество за определенное вознаграждение.
– В самом деле? Маршал Сурис наемник, всегда готовый служить тому, кто больше заплатит, а констебль Йоменов Дома, насколько мне известно, приносит присягу
Одлей вздохнул.
– Не все воины связаны Узами, как Клинки, ваша милость.
– Да, не все. – Она поняла, что больше не верит маршалу Сурису. Он тоже был закадычным другом Гренвилла, и, несомненно, все трое страшно веселились над ее попытками переманить на свою сторону их кружок. Подкуп командира Йоменов Дома расценивается как государственная измена.
Она вздохнула и передала свиток Одлею, вместе с печаткой, чтобы скрепить договор.
– Малинда! – раздался шепот. – Леди Малинда! Ваша милость!
Она неохотно повернула голову и увидела маленькую фигурку в белой одежде, мерцавшей в сумраке.
– Минутка? Сестра?
– Они собираются. Я чувствую их.
Понимание пришло через пару секунд, и Малинда быстро вскочила, словно проснулась в постели, полной муравьев. Минутка имела в виду духов смерти.
Дыхание Амби прервалось, возобновилось, снова прервалось… каждый вздох походил на стон раненого кота.
– Позови целителей!
– Они не могут… Да, ваша милость. – Минутка исчезла в темноте.
Он дожил до рассвета, но так ни разу и не пошевелился. Дыхание становилось все более и более неровным. Остался всего один седобородый лекарь, который то и дело наклонялся к маленькому тельцу, как будто никто в комнате не слышал жутких грудных хрипов. Наконец даже он удалился, бормоча что-то насчет приготовления нового зелья.
– Амби! – позвала Малинда. – Амби, Амби!
Несколько сбивчивых вдохов… тишина… снова хрипы… тишина… вдох…
– Амби!
Молчание. Стон, хрип…
Комната наполнялась людьми. Четыре зеленых камзола встали около постели – Одлей, Абель, Винтер… Ох, дорогой Пес, почему я не сказала тебе ни слова с тех пор, как мы уехали? За зелеными камзолами – стенка бледно-синих, входивших в комнату на цыпочках. Слова утратили значение; время пришло. Конечно, это Дуб с рукой на перевязи. А это Марлон? Сколько времени она здесь?
Остались только Клинки.
Она и Амби в комнате, полной Клинков. Это все Клинки? Их осталось так мало?
Пес протянул ладонь, чтобы помочь подняться с постели, обнял ее огромными руками. Они стояли, тесно прижавшись друг к другу, и смотрели, как маленький человечек делает последние в жизни вдохи. Все остальные опустились на колени.
Огромные глаза… Хрип… Тишина…
Тишина.
Мучительная тишина.
Малинда наклонилась, прикрыла распахнутые глаза, и веки остались неподвижными.
Пес откинул голову назад, и комната
Малинда тихо плакала на плече у Пса, пока вокруг нее царило бурное веселье, и клич отражался эхом, множился, несся на лошади в Грендон и во все уголки Эйрании…
Король умер! Да здравствует…
Да здравствует кто?
Глава 31
Сначала посчитай своих друзей.
– Можете ее и дальше носить, – сказала она. – Мы вам полностью доверяем.
Сэр Доминик уже опустился на колени перед новым монархом и держал в руках перевязь командира.
– Ваше величество, такова традиция… – Он пытался изобразить смущение, что требовало большой ловкости от человека, стоящего на коленях. – Не вашей рукой… Я хочу казать, я с радостью отдам свою жизнь на защиту вашей милости, но, когда король умирает, миледи, принца… то есть наследника…
Духи! Слеза на щеке ее брата еще не успела высохнуть, наверняка снаружи ждет целая армия, чтобы ее арестовать – а скорее зарезать всех присутствующих здесь, – а они продолжают бессмысленный спор! Одлей, совсем еще мальчишка, изо всех сил старался скрыть обуревавшие его чувства и никуда не смотреть…
– Сколько лет вы служите в гвардии, сэр Доминик?
– Почти одиннадцать, ваше величество.
– В обычное время сэр Одлей был бы еще кандидатом в Айронхолле, наверняка даже не старшим.
Он по-прежнему возражал:
– Такова традиция… Смена караула, ваше величество.
– Пламя и смерть! – рявкнула Малинда, но смущенные лица напомнили ей, что все эти люди в течение ближайшего часа могут отдать за нее жизнь. Если им нужно соблюсти свои драгоценные традиции, то она просто обязана это сделать.
– Ладно. Сэр Одлей, я назначаю вас командиром Королевской Гвардии – при условии, что сэр Доминик станет вашим заместителем и вы будете обо всем ему докладывать и прислушиваться к его советам. – Новоназначенный командир опустился на колено и поцеловал ей руку. Малинда добавила: – Сэр Доминик, я приказываю вам в случае несогласия с каким-либо решением или действием сэра Одлея немедленно сообщать об этом мне. Понятно?
Понятно или непонятно, однако на лицах засияли ухмылки и даже раздался смех, когда два гвардейца поднялись и Доминик надел серебряную перевязь на грудь Одлею.