Неболейка
Шрифт:
– Эй, сюда, Хлюпе плохо!
– неожиданно позвала друзей Даша.
Глава 31
Луч совсем не виноват
Прихрамывающий Недотепа влез Сахарку на спину, устроился рядом с Разиней, и конь повез их к тому месту, где шустрая Ахля уже хлопотала вокруг Хлюпы.
– Как же так? Что произошло?
– спрашивала она у Даши.
– Это все Солнечный Луч! Играли мы играли, вдруг он как стукнет Хлюпу по макушке. Тот и упал.
– За что ты его?
– рассердился Петька.
– Он тебя что, трогал? И вообще, так сильно
– Я нечаянно, я не хотел, - начал оправдываться Луч.
– Не хотел, не хотел! Думать надо!
– забубнил, как всегда, хомяк.
– Не ругайте его! Хлюпа сам виноват, - с этими словами к друзьям подошел незнакомец, чрезвычайно похожий на Хлюпу. Только Хлюпа был зеленый, а этот бесцветный, прозрачный и, когда шел, слегка позвякивал. Казалось, падает где-то рядом веселая весенняя капель.
– Мой брат очень небрежен и непослушен, - продолжил незнакомец, опускаясь на колени.
– Ему много раз говорили, что нельзя играть с Солнечным Лучом без кепки, и вот случилась беда - солнечный удар. Надо лечить, - Хлюпин брат положил больному на голову влажную холодную косынку.
– Ой, Ашдваока, - прошептал Хлюпа, открывая глаза.
Ашдваока провел рукой по груди зелененького и мохнатенького.
– Ты опять плескался в болоте?
– спросил он, глядя на свою ладонь.
Хлюпа сел, шмыгнул носом и стал ковырять пальчиком ямку.
Тут уже Даша бросилась его защищать.
– Он все понял, больше не будет, - затараторила она и спросила: - А почему нельзя в болоте плескаться?
– Болото - место страшное, - Ашдваока дал Хлюпе стакан воды. Он попил и совсем пришел в себя.
– В болотную трясину можно провалиться и не вылезти. Вода там грязная, тухлая, пить её вредно.
– А как же Хлюпа сказал, что живет в болоте?
– Недотепа слез с коня, подошел к Ашдваоке и заглянул в его большие голубые глаза.
Все молча посмотрели на зелененького и мохнатенького.
– Это я раньше жил, теперь переехал, буду с Ашдваокой по реке на пароме плавать.
– Хлюпа совсем смутился и стал ещё усерднее ковырять ямку.
– Ты выдумщик и грязнуля, - укоризненно сказал Ашдваока.
– Вы, наверное, думаете, - спросил он у друзей, - что Хлюпа всегда такого цвета? Нет, он просто давно не мылся по-настоящему, с мылом и мочалкой.
– Не хочу с мочалкой, не надо мыла! Ушки мои бедные! В них пузыри попадут!
– завопил Хлюпа, собираясь бежать.
Но его схватили. Ахля моментально намылила зелененького и мохнатенького, Киселев растер мочалкой, а Петька с Ашдваокой подняли и понесли к реке.
Из реки на бережок вылезла деревянная старуха и начала приговаривать:
– Аккуратно заходите, не поскользнитесь, дно вообще-то чистое и коряг нет, если я на берегу, но ям много. Окунайте его, голубчика, поглядим, какой в| после мытья станет.
Когда Хлюпу отполоскали, с него сошла вся зелень. Он стал такой же чистый и прозрачный, как Ашдваока.
| - Какой хорошенький, какой симпатичненький!
– продолжала приговаривать старуха, оглядывая его со всех сторон.
– Можешь теперь валиться В мне на голову, когда захочешь.
– Э-э нет, - возразила Ахля, - хватит с нас приключений у реки. Я сейчас поставлю на берегу щит, а на нем напишу правила поведения у воды, и все должны будут их выполнять.
Ахля сказала это так строго, что и Петя, и Даша сразу поняли - речь идет об очень серьезных правилах.
Сестра милосердия махнула рукой, и с парома, на котором совсем недавно приплыл Ашдваока, соскочил деревянный старичок.
– Братец, дорогой!
– опять закричала деревянная старуха.
– Пнюшечка! Как мы давно не видались!
– Это ж надо!
– удивился Петька.
– То братцы, то сестрицы. Прямо какой-то семейный праздник! Только салата не хватает и чаю с коврижкой.
– Я такую сестру ни за какие коврижки знать не хочу, - проскрипел Пнюшечка, вытаскивая на берег большой щит.
– Не нужны мне родственники, которые на дне реки затаились и, вместо того чтобы делом заниматься, на ныряльщиков наскакивают. Отойди, Коряжка, с дороги и не подлизывайся.
– Так где ж дело-то взять? Кому я, старая, страшная коряга, нужна? деревянная старуха вдруг горько заплакала.
– Не плачь, Коряжка, не плачь! Ты очень даже красивое произведение природы. Я знаю, где ты нужна!
– стала утешать её Даша.
– Если тебя подсушить и поставить в раздевалке, то на твои сучки можно будет вешать шапки.
– А шляпки?
– всхлипнула Коряжка
– И шляпки, и панамы, и кепки, - заговорили все сразу.
Солнечный Луч выглянул из-за дерева. Ему было стыдно. Конечно, Хлюпа виноват, что бегал без кепки на солнцепеке, но и играть нужно осторожно. Силу рассчитывать.
"Сделаю что-нибудь хорошее, - подумал Луч, робко подбираясь к друзьям.
– Подсушу-ка я мокрую старуху".
Так он и поступил. И вдруг произошло чудо!
Вместо плачущей черной коряги перед путешественниками возникла золотистая красавица. Ее сучки и ветви причудливо изгибались. На стволе поблескивали коричневые круги, красноватые разводы разбегались в разные стороны, образуя замысловатые узоры.
Все столпились вокруг Коряжки, разглядывали её и восхищались. Только Хлюпа, натянув до самых ушей кепку, носился по поляне, переливаясь под солнцем всеми цветами радуги.
Глава 32
Потерялась!
Паром отплыл. Разиню положили на матрац, а его больную ногу подняли повыше, устроив на одном из сучков Коряжки. Если нога повреждена, её надо поднять повыше. Ахля налила в резиновую грелку холодной воды и приложила к больной ноге Разини.
– Грелка-холодилка, - сказал Недотепа, у которого уже все прошло и он теперь бегал по парому вслед за Хлюпой.