Не влюбляться...

Корр Кристина

Люди свободные. Улыбающиеся. Они другие совершенно! Без нахмуренных лиц и деловых костюмов. Лёгкие, вот точное определение. И жизнелюбивые.

По пути всё же остановились у магазина, точнее магазинов: пять километров манящих витрин. Идти пришлось самой. Камень сослался на то, что нельзя оставлять собак одних в машине, даже на двадцать минут.

Выбирала игрушку по принципу: качественно, хорошо звучит, приятная на ощупь, яркая. Рядом заскочила в цветочный магазин и купила для Марии симпатичный букет цветов. Какая

девушка не любит цветы?

Камень покосился, но промолчал.

Дом наполовину греческой наполовину русской семьи, которых занесло в Испанию, располагался не так далеко от проспекта Колумба, да-да, именно его, и недалеко от моря. Выйдя из машины, Аня сразу почувствовала его запах и вдохнула полной грудью.

– Не вздумай стонать, - пригрозил вредный супруг, доставая из багажника вещи.

Из симпатичного кремового двухэтажного дома, за высокой белой оградой, вышла... точная копия Кирилла. Женского пола.

«Удивительная...» - подумала Аня, засмотревшись на то, как тёмно-русые волосы развиваются при быстрой походке. Лицо Марии лучилось улыбкой, а голубые, как у брата, глаза блестели от радости.

Мария создавала впечатление тёплой и домашней женщины: её хотелось обнять, как любимую подушку или обожаемую бабушку.

– Рада, что вы добрались!
– она быстро поцеловала брата в щеку, тот мужественно это стерпел, мимолётно наградила лаской собак, и порывисто обняла Аню.

– Ну как? Держишься?
– серьёзно спросила она, заглядывая в глаза, чем окончательно к себе расположила.

Аня приглушённо рассмеялась и проникновенно ответила:

– Держусь, - и протянула букет.

– Вот и отлично. Спасибо за цветы!
– она улыбнулась и понюхала букет.
– Пойдёмте скорее в дом, полагаю Кир долго не сможет держать Алекса, - она помчалась вперёд маленьким ураганчиком.
– Муж боится собственного сына, - доверительно шепнула, дождавшись Аню на лестнице.

– Думаю, это временно, - улыбнулась она в ответ.

Кирилл молча в тащил чемоданы, А Мария забрала собак, в обмен сунув несчастные цветы.

– На заднем дворе им будет лучше. В доме эти громилы всё разнесут. Был у нас печальный опыт...
– и бросила многозначительный взгляд на брата.

Дальше всё закрутилось колесом.

Их знакомили. Их кормили. Вкусно кормили: национальной испанской и греческой едой. Аня улыбалась робкому и молчаливому Алексу: смуглому и курчавому с греческим носом отца, потом его унесли спать, а их - долгожданных гостей, отправили располагаться, мыться и отдыхать.

Всё отлично, но комната была одна. Одна комната. Одна кровать, не сильно широкая надо сказать, одна ванная комната смежная с туалетом...

– Ну?
– скептически спросила Аня.
– Кто первый?

– Уступаю, - устало бросил супруг и втащил чемоданы.

Аня пожала плечами и полезла за сменной одеждой, бельём и

прочими банными принадлежностями.

Она мылась недолго. Переоделась в сарафан. А когда вышла, застала Камня спящим. Прямо в той одежде, которой был, и лежал он только на половине кровати, свесив ноги на пол. Чемодан полуразобранный стоял у распахнутого шкафа.

– Кто-то сильно утомился, - улыбнулась Аня и прикрыла тяжёлые шторы, чтобы солнце не пекло. В комнате воцарился уютный полумрак.

Аня подсушила волосы полотенцем, расчесалась и прилегла на свободную половину кровати. Просто полежать. Полчасика...

Когда из-под тебя уезжает матрас - это печалит.

– Куда-а... нам же было так хорошо вместе...
– зевая, протянула Аня, ещё толком не проснувшись, пытаясь удержать жаркий и твёрдый...

– Кирилл?!
– опешила она, распахнув глаза. Острые локти впились Камню в грудь. Он тихо поморщился, зашипев.

– Спать на мне, входит у тебя в привычку, - проворчал он, осторожно сгружая всё ещё недоумевающую Аню.
– Я в душ, - буркнул, пытаясь поправить мятую рубашку, схватил какие-то вещи, вряд ли он отдавал себе отчёт какие, и умчался.

Дверь в ванную захлопнулась, возвращая Аню в реальность.

– Зачем ему моя пижама?
– удивилась она. Хмыкнула, пожав плечами, и поднялась. Ей-то что? Ей не жалко...

Глянула на себя в зеркало, расширила от ужаса глаза, и причесалась. На лице отпечаталась рубашка супруга, и эти отпечатки как не три, сразу сходить не собирались.

В дверь вежливо постучали.

– Вы уже встали?
– раздался осторожный голос Марии?

– Угу, - Аня открыла и виновато улыбнулась.
– Устали. Надо чем-нибудь помочь?

– Да, - скромно потупилась Мария.
– Кир сбежал по делам, а мне бы ужин приготовить...

– Понянчится с Алексом?
– без труда догадалась Аня, засияв.
– Это мы мигом, только хоть зубы почищу.

– Юзо-ва!
– раздался грозный крик из ванной.

– Решил примерить мою пижаму, - доверительно шепнула она, изумлённой Марии.
– А по фамилии зовёт, от большой и чистой любви, - быстро закрыла дверь и тут же открыла.
– Через десять минут буду.

Мария кивнула и пошла в сторону лестницы, а Аня полезла в чемодан.

Схватила мужские трусы, носки, и подобрала что-то попроще. Правда все, что там попроще нашлось, это рубашка-поло с коротким рукавом и джинсовые шорты. Хоть что-то...

Громко постучала в ванную. Дверь приоткрылась: высунулась рука в облаке пара.

– И незачем так кричать, - спокойно протянула вещи.
– Это не я убежала, прихватив мои штаны. Как тебе фиолетовый? Нравится?

– Очень смешно, - хмыкнул Кирилл, забирая одежду.
– Спасибо...

– Мария попросила приглядеть за Алексом, у нас десять минут, - проинформировала она.