Не влюблены

Хейзелвуд Али

– Ты действительно встречаешься с новой женщиной каждую пятницу?

« Почему это вдруг меня испугало? Какое вообще мне дело, если... »

– Извините, – кто-то прервал нас, и мы мгновенно отступили друг от друга на несколько шагов, восстанавливая дистанцию, которая заметно сократилась в танце. Это была женщина средних лет с фотоаппаратом в руках. – Могу я сфотографировать вас? Это для пенсионного альбома мистера Соммерса.

Мысль о том, чтобы участвовать в какой-либо

части жизни Эрика Соммерса, отталкивала меня на интуитивном уровне. Эли, по-видимому, тоже.

– Вам не нужна наша фотография, – дружелюбно сказал он. – Мы оба познакомились с мистером Соммерсом десять минут назад. Вы зря потратите на нас место в альбоме.

Фотограф нахмурилась, затем взяла себя в руки.

– Вы просто такая красивая пара.

Она ушла к более отзывчивым гостям, и Эли снова прижал меня к себе.

– Она права, – тихо пробормотал он.

– Насчет чего?

– Ты действительно прекрасно выглядишь, – в его голосе не было радости по этому поводу.

– Все дело в платье и в макияже.

– Нет. Это не так, – он ненадолго задержал на мне взгляд.

Я не могла выносить тишину.

– Может быть, мы рассердили бога-шутника случайного секса, и он не перестанет сводить нас вместе, пока не принесем жертву на его алтарь.

– Я не думаю, что это то, чего он от нас хочет, – пробормотал Эли себе под нос. – И почему бог случайного секса – шутник?

– Не знаю.

Мы обменялись удивленными взглядами. Пауза затянулась. Настала моя очередь отвести взгляд и сменить тему.

– Значит, вы пытаетесь настроить совет директоров против Флоренс?

– Нет.

– Ты уже признался в этом.

Когда Эли пожал плечами, я почувствовала, как перекатываются мышцы на его предплечьях.

« Кто-нибудь, убейте меня... »

– Как ты думаешь, для чего нужно правление?

Этим утром я задала Ниоте тот же самый вопрос и получила лишь слегка пренебрежительный ответ. Или, может быть, Ниота просто показалась более милой по электронной почте.

– Они контролируют. Принимают стратегические решения.

– Ты узнавала. Мило.

– Такой покровительственно тон.

– Нет, я... – он удивленно посмотрел на меня. – Прости. Это не входило в мои намерения. Но у меня сложилось впечатление, что ты не интересуешься ничем, связанным с административными вопросами. – Мне не понравилось, как точно он меня охарактеризовал. Меня интересовала только наука, а все эти «Игры престолов» были выше моего уровня оплаты. – Независимо от того, что ты думаешь о «Харкнесс», – мягко продолжил Эли, – нельзя отрицать, что руководителям компаний нужна подотчетность и надзор со стороны людей с соответствующим опытом.

– «Клайн» – компания Флоренс. Она знает, что для нее лучше. Такие люди, как Эрик Соммерс, ничего не смыслят в науке.

– Нет. Но дело теперь не только во Флоренс и ее чашах Петри, не так ли? Штат «Клайн» насчитывает триста шестьдесят четыре человека.

– И?

– Одно неверное решение может лишить зарплаты триста шестьдесят четыре семьи.

Я

не могла с этим спорить. Но я также знала Флоренс, чьи действия были рациональными и хорошо продуманными. Я хотела бы, чтобы она была здесь и перечислила их для Эли.

Мой телефон завибрировал.

– Извини, – сказала я Эли, вытаскивая его из кармана.

Сообщение было от Флоренс, она словно бы почувствовала мой призыв на расстоянии.

Флоренс: Ты в порядке? Я застряла с Соммерсом и его женой. Пожалуйста, скажи, что Эли Киллгор тебя не преследует.

Рута: Я в порядке. Мы с Эли просто ведем светскую беседу.

Флоренс: Просто извинись и отойди от него. Ему НЕЛЬЗЯ доверять.

«Знаю», – подумала я, и внезапно в зале стало удушающе жарко.

– Мне нужно подышать свежим воздухом, – сказала я.

Эли указал на что-то, что я не могла толком разглядеть. Я заколебалась, и тогда он положил руку мне на поясницу и направил сквозь толпу к каменному балкону. Он выходил в небольшой внутренний дворик, к бассейну и чему-то похожему на...

– Гребаные поля для гольфа, – пробормотал Эли.

Смех вырвался из меня, прочищая голову. В кои-то веки температура воздуха была терпимой, ночь ласкала мою кожу ароматом и прохладой. Приглушенная стеклянными дверями, даже музыка казалась почти приятной. Я прислонилась к стене, запрокинув голову, чтобы полюбоваться звездным небом. Эли сделал то же самое оперевшись на высокие перила, повернувшись ко мне лицом. Он выглядел скучающим, но я знала, что это не так, и его ответы на обязательные вопросы в приложении вспыхнули у меня в голове. На вопрос, готов ли он к сексуальным экспериментам и играм, он ответил: «По договоренности».

Я умирала от желания узнать обо всем этом побольше. Но Флоренс была права - ему нельзя было доверять.

– Твой брат отстал от тебя? – спросил он.

Я кивнула.

– У тебя есть план действий на случай, если он появится в твоей квартире, или в «Клайн», или в твоем спортзале? – его голос был грубым, словно жалел, что спрашивает, но ничего не мог с собой поделать.

– Не могу поверить, что я обманула тебя, заставив думать, что я любитель спортзалов. – Это была слабенькая попытка поддразнить. В первую нашу встречу Эли хорошо на них реагировал, но выражение его лица было серьезным. Строгий руководитель лаборатории, требующий объяснить, почему культура моих бактерий внезапно распространилась огромными каплями по всему городу. – Я узнала у знакомого юриста, какие у меня есть варианты. Но четкого плана у меня нет.

– Продумай, – приказал он. А потом покачал головой, потер глаза и повторил более мягко: – Может быть, тебе стоит его подготовить.

– Все не так просто.

– Тебе нужно кому-нибудь позвонить, если...

– Как насчет того, чтобы я позвонила тебе? – пошутила я.

– Да, пожалуйста. Пожалуйста, черт возьми, сделай это. Дать мой номер сейчас или? … – он уставился на меня, ожидая ответа, а затем его взгляд смягчился. Между нами пронесся ветерок, а он продолжал смотреть, смотреть, смотреть…