(Не)учебный роман
Шрифт:
— Вольская Алеся Игоревна.
Я лишь улыбалась в ответ, хотя в душе царапали кошки. Да не кошки даже, а настоящий кошачий приют. Мне казалось, что в любой момент дверь распахнется и в зал войдет Он. Возьмёт меня за руку, улыбнется своей фирменной улыбкой, а затем скажет: "Что ты здесь делаешь, Лисёнок? Идём со мной!". И я бы пошла, не раздумывая, не сомневаясь и секунды. К груди его прижалась, отгораживаясь от целого мира. И плевать, что мир был бы против нас, ведь для меня он и был целым миром. Только мужчина моих грез не торопился почтить своим присутствием.
Решила в дамскую комнату пойти, чтобы освежить лицо. Только направилась в нужную сторону, как чья-то рука обвила мою талию в тугое кольцо. Знакомые спазмы пронеслись по телу, и я улыбнулась, зная, кто был владельцем капкана на моей талии.
— Малыш, идём со мной, — прошептал его низкий голос прямо над ухом.
— Я хотела в дамскую комнату, — попыталась возразить, но он не дал закончить предложение.
— Просто. Идём. Со мной, — произнес каждое слово отдельно, наполняя фразу каким-то подтекстом.
И я пошла, не смея перечить мужу. Свадьбу мы праздновали в гостиничном комплексе, а потому заказали отдельный номер, чтобы я смогла сменить второе платье. В спешке добрались до нужной комнаты. Тимур провёл картой-ключом, а затем мы просто ввалились в спальню. Целоваться начали, жадно терзая губы.
— Ты не представляешь, как я мечтал сорвать с тебя это платье, девочка моя, — хрипел его голос от заметного возбуждения. — Ты же не сильно расстроилась, что мы убежали от гостей?
— Нет. Думаю, они и не заметили нашего отсутствия, — ответила я улыбаясь. — Тем более, мне нужно было сменить платье.
Но платье я так и не сменила в скором времени. Лишь успела на несколько минут зайти в ванную комнату. А потом Тим едва с ума не сошел, осыпая жаркими поцелуями каждый сантиметр моего тела. Тот раз был очень горячим. Не знаю, может всему виной был мой новый статус в жизни Вольского, но такого страстного секса у нас с ним ещё никогда не было. Обычно, молодожены с нетерпением ждут брачной ночи, томясь, целый день в предвкушении. Но у Тимура был другой ход мыслей. Он не стал ждать, когда пьяные гости проведут жениха и невесту после полуночи, а решил воспользоваться своим супружеским правом задолго до назначенного времени.
Я лежала на мужской груди, играясь пальцами с темными завитками волос, а Тимур гладил меня по бедру, посвящая в далеко грядущие планы.
— Сколько бы ты хотела детей? — Неожиданно спросил Тим.
— Двое, — ответила не раздумывая. — А ты?
— Не знаю. До встречи с тобой я вообще об этом никогда не задумывался. А сегодня утром проснулся и понял, что хочу от тебя ребёнка, девочка моя.
— Вот прямо-таки сразу, как проснулся? — Мой голос принял ироническую интонацию, от чего Тимур не упустил возможность легко ущипнуть за бицепс.
— Язва ты редкостная, Вольская. Стебешься над мужем, совсем не краснея.
— А тебе больше по душе мои слезы, муж?
Тим встрепенулся, услышав последнее слово. Обхватил двумя руками овал моего лица, устремляя взгляд в области губ:
— Скажи ещё раз "Муж".
Я удивлённо повела бровями на странную просьбу, но "муж" всё-таки сказала,
— Как же я люблю тебя, Вольская, — шептали его губы в промежутках между поцелуями.
Одним разом всё не обошлось. Второй раунд начался, стоило мне только подняться с постели, а затем обессиленные, но, кажется, счастливые, мы решили вернуться к гостям спустя полтора часа.
На удивление, но нашему длительному отсутствию никто не предал значению. Свадьба была в самом разгаре, несмотря на пропавших виновников торжества. Ближе к ночи я решила выйти покурить во внутренний двор. Взяла у Кононовой сигарету и направилась под общий шумок в одну из пустых беседок.
По привычке раздавила зубами ароматизированную капсулу на фильтре, а затем подожгла сигарету. Сделала глубокий вдох таблицы Менделеева и блаженно закрыла глаза. Мне всегда нравилось курить в одиночестве. В такие моменты можно поразмыслить над смыслом жизни и построить планы на будущее. А в планах, как раз, было много чего интересного. Во-первых, я намеревалась бросить курить. Вот прямо сразу после свадьбы. Собрать волю в кулак и сказать: "Ты больше не куришь, Соболева". Смеяться громко начала вслух, а внутренний голос так и крутил у виска: "Вольская. Отныне только так".
— Вольская, — в голос произнесла, смакуя каждую букву новой фамилии.
Интересно стало, а чтобы было со мной сейчас, не встреть я два года назад на новогоднем корпоративе Тима? Познакомились бы мы когда-нибудь в другой день? И как всё так получилось, что мой муж влюбился в меня задолго до нашего знакомства, а я до сих пор не могу открыть ему дверцу в свое сердце?
Пока я размышляла о прошлом и будущем, за спиной послышались чьи-то шаги. Знакомые шаги до самых болезненных импульсов по всему телу. Сначала я подумала, что слишком замечталась в своих грезах, но потом я почувствовала его запах. Этот запах не спутаешь ни с чем. Он один такой на целом свете. Нет, это не дорогой парфюм или одеколон. Да, и, вообще, не имеет значение название бренда, когда речь идет об уникальном аромате, который мог принадлежать только одному единственному человеку.
Едва не вскрикнула от неожиданности, когда из темноты показался его силуэт. Высокий рост, широкие плечи, узкий таз. Нет, это был не мой муж, однозначно. Тим заметно худее, и в плечах гораздо уже. Эти плечи могли принадлежать только одному человеку.
Так и села на ближайшую лавочку, когда раздался тембр его голоса:
— Привет, Лисёнок.
Земля ушла из-под ног. Голова закружилась, а сердце едва не выпрыгнуло изнутри. Не ожидала. Остолбенела просто, увидев его в день своей свадьбы.
— Ты? — Только и смогла произнести, когда первые эмоции позволили промолвить хоть одно слово.
— Я, — на лавочку рядом присел. Вытянул перед собой длинные ноги, а я едва в обморок не хлопнулась, ощущая, как его плечо касается моей кожи.
Тысячи мурашек поползли по позвоночнику. Лоб покрылся испариной, а пальцы принялись выбивать барабанную дрожь. Так и не докурила сигарету, забыв обо всем на целом свете.
— Зачем ты пришел? — Мой голос точно хрипел, будто я сорвала его от громкого крика.