Не тяни леопарда за хвост

Питерс Элизабет

— Нет ее там, миссис Амелия! Она уже неделю как пропала!

— Невероятно. А вы откуда это знаете?

— Один приятель... человек... э-э... друг ей написал. Письмо вернулось с пометкой, что мисс Минтон в Лондоне по такому-то адресу. Адрес вы знаете, миссис Амелия. Хозяйка сказала, что не видела девушку с пятницы.

Дверь снова открылась.

— К вам мистер Уилсон, мадам!

— Какого... Этот что здесь делает?! — возмутился О'Коннелл.

— Может, с визитом приехал? Такое случается, знаете ли. Добрый день, мистер Уилсон, рада

вас видеть. С мистером О'Коннеллом вы, полагаю, знакомы.

Юный Уилсон небрежно кивнул Кевину. Ирландец ответить не соизволил.

— Заехал поинтересоваться вашим здоровьем, миссис Эмерсон, — объяснил наш коллега. — И здоровьем профессора, разумеется. Мне рассказали о его вчерашнем ранении.

— Очень мило с вашей стороны. Сама я, как видите, невредима. Профессор... профессор чувствует себя гораздо лучше. Я что-то вас вчера не заметила, мистер Уилсон.

— А я был... так сказать, на задворках, — улыбнулся юноша.

— Очень жаль. Многое пропустили. Откинув со лба прядь волос, Уилсон продемонстрировал багровую ссадину:

— Не совсем. Столкнулся со «жрецом»... точнее, с одним из них. И вот результат.

Я поахала, как положено в подобных случаях, выразила сожаление и т.д. О'Коннелл, чье судорожное дерганье достигло уровня эпилептического припадка, выпрыгнул из кресла.

— Пойду, пожалуй, — протянул он, бравируя ирландским акцентом. — Волка ноги кормят. Желаю вам удачи, миссис Амелия.

— Нет уж, будьте любезны сесть, Кевин. Думаете, я про вас забыла? Ошибаетесь. Задайте-ка лучше мистеру Уилсону тот самый вопрос, с которым вы пришли ко мне. Он ведь добрый друг мисс Минтон...

— А что с мисс Минтон? — насторожился юноша.

— Она исчезла. По крайней мере, как утверждает мистер О'Коннелл, никто ее не видел с пятницы.

— Но она же гостит у своей бабушки, вдовствующей герцогини!

Хладнокровный ответ Уилсона взбесил репортера.

— Нет ее там, и точка! И близко не было!

— А вам не приходило в голову, — ледяным тоном процедил Уилсон, — что мисс Минтон не желает общаться с кем попало? Состоятельная молодая леди...

— Да ты еще больший идиот, чем кажешься! — взвыл О'Коннелл. — Какая там состоятельная! У нее ни пенни за душой. Бабуля-то питается воздухом и родовой спесью! Морковку в саду выращивает!

Уилсон, похоже, был изумлен не меньше моего. Длинное лицо вытянулось еще сильнее, глаза округлились.

— Не может... не может этого быть! — прохрипел он. — Мисс Минтон... она же получила место в «Миррор»...

— "Получила"! — ехидно передразнил ирландец. — Добилась собственным талантом, дубина ты стоеросовая. — Казалось, он был готов наброситься на Уилсона с кулаками, но я-то знала, что это выплескивается гнев на самого себя. — Может, старушка и замолвила словечко. Связи-то остались, но... но... Ах, черт! Чтоб у меня язык отсох, и точка! Крошка зарабатывает на хлеб насущный... как и я... бедна как церковная мышь... куда ей податься... ни друзей, ни денег...

Он резко

отвернулся.

Белый как стена Уилсон кусал дрожащие губы.

— Но... если это правда...

— Правда, не сомневайся, — бросил через плечо Кевин.

— Но... если мистер О'Коннелл прав... тогда... Господи, что же с ней случилось? В Лондоне...

Само собой, я не пропустила ни слова из этого любопытнейшего диалога, бедный Эмерсон! Сначала аристократия вмешалась в дело, теперь еще и «распроклятая романтика»...

Бедный Эмерсон?... Если он там... одним словом, там... этот день бедный Эмерсон и на смертном одре будет вспоминать!

Однако сейчас не время предаваться мечтам о мести. Прежде нужно решить нашу небольшую проблему. Молодые люди изнывали от беспокойства, и продлевать их муки с моей стороны было бы бесчеловечно.

— Думаю, я знаю, где можно найти мисс Минтон.

Кевин резко обернулся. Уилсон взвился из кресла.

— Где? Что? Почему?... — хором завопили соперники.

— Повторяю. Думаю, что знаю. Если я права, а я редко ошибаюсь, беспокоиться не о чем. Во всяком случае, вам, джентльмены. Что же касается самой мисс Минтон... Вот что. Отправляйтесь-ка по своим делам и предоставьте мне...

Избавиться от них оказалось не так просто, но я непреклонно отмела все вопросы и мольбы.

— Ни один из вас не имеет права требовать, чтобы я раскрыла чужую тайну, поэтому отвечать я отказываюсь. Но обещаю сообщить вам, если мое предположение подтвердится. Договорились? Чем скорее вы уйдете, тем лучше для... мисс Минтон.

До двери я их довела, однако не дальше. Но в любом случае — разошлись ли джентльмены или остались нести вахту у ворот — свободу действий я получила.

В прихожей ко мне присоединился Рамсес.

— Почему-то мне кажется, что ты разделяешь мои подозрения, Рамсес.

— Не совсем, мамочка. Я не подозреваю, я убежден.

— Понятно. Уж и не знаю, поздравить тебя с тем, что ты наконец научился держать язык за зубами, или же наказать... за то же самое.

— Я только вчера узнал, мамочка. Она старалась не попадаться на глаза, изменила внешность...

— И превратилась в одну из тех, кого мы привыкли не замечать. Папа твой, конечно, исключение... но не умеет делать выводов. Помнишь, как долго мисс Дебенхэм водила его за нос?

Дворецкий, топтавшийся в сторонке с изумленно разинутым ртом, не утерпел:

— Позвольте спросить, мадам...

— Позже, Гаргори. Дети в гостиной. Будьте любезны, попросите их вернуться в свои комнаты. Виолетта, думаю, уже подчистила на столе все съестное.

Горничную я нашла в нашей спальне. Сидя на корточках, она разжигала камин, услышав же, что дверь открылась, быстренько подхватила корзинку с углем, промычала что-то невразумительно-учтивое и бочком засеменила к двери. Так и не подняв головы.