Не тронуто

Тарабанов Дмитрий

Они шли в хвосте колонны, направляющейся на восток, и гипертропическое солнце золотило голостэнд с броской алой надписью:

"НЕ ТРОНУТО ЛАПАМИ ЧЕЛОИДОВ".

* * *

"О смиренный Ольшвяхь, почему так жарко?" - вздохнул Рольнеть и остановил свою молитву на Четвертом Слоге Песни Шлотьшликя. Звуки труб и флейт из гло-дерева, потеряв голосовое сопровождение, переключились на финальные такты и затихли, будто оркетр уволокли прочь от микрофонов, а тот еще продолжал играть.

– Извините,

что прерываю ваше единение с Внутренней Сущностью, смиренный Рольнеть, но у меня к вам весьма откровенное сообщение. Если же я действительно отвлек вас от погружения в глубины разума, то можете казнить меня своим молчанием, - голос звучал отовсюду, отражаясь от заледеневших стен.

– Нет, смиренный Мозг Машины, ты как раз вовремя. Я готов выслушать твои вести, какую направленноть они бы не носили. Мое настроение находится в нейтральной точке. Почти. Я готов пожаловаться, но говори сперва ты.

Рольнеть взъерошил белонежный мех на груди, и пот еще больше въелся в шерсть.

Затухающий и снова вспыхивающий фонарь с циклом в удар челоидного сердца, освещал каюту паломника, которая походила на настоящую ледяную пещеру-комнату с родной Щитьни.

– Благодарю вас, мой брат по разуму и поиску, - продолжил компьютер, медленно и устойчиво произнося слова, - Мой виртуальный визит к вам заключается в потребности доложить о близящейся посадке на долгожданную леденящую твердь.

Семь минут назад мы вышли на орбиту Гольшлиря, а через девять с половиной минут приборы автопилота начнут работу над навигацией в атмосфере. Поэтому приготовтесь к небольшой тряске. Думаю, вам лучше вернуться в коллоидную ванну, а поcле высушить покровы ультразвуком.

Рольнеть положил в рот питательную сосульку и, разжевав, проглотил. Этого ему должно хватить до конца дня. Если, конечно, температура не повысится.

– Мне показалось или нет - вы на что-то хотели пожаловаться, продолжил компьютер после завершения поломником трапезы, - Я весь в вашем распоряжении.

И подумайте, прошу вас, над тем, чтобы вернуться в коллоидную...

– Не беспкойтесь, смиренный Машины Мозг. Я не проигнорировал ваших предупреждений и советов, просто мне почему-то кажется, - Внутренняя Сущность подсказывает, - что все обойдется.

– Не смею спорить с Умением Предвидеть. Извините, что перебил. Продолжайте.

– Жалоба моя, брат по разуму и поиску, состоит в том, что температура в каюте подскочила на десять градусов и теперь составляет, - Рольнеть сверился с термометром, - шестьдесят градусов ниже температуры замерзания воды. Я бы предпочел узнать причину столь острого скачка основного климатического фактора.

Стены каюты задрожали, рождая в своих недрах приятный ледяной звон. Корабль входил в атмоферу Гольшлиря.

– Нет причин для беспокойтва: все процессы внутри корабля под контролем.
– Объяснил

компьютер по окончанию первого приступа палуботрясения.
– Температура на планете на шесть градусов выше нормы. Для вашего же удобтва было решено повысить и температуру на "Экваториальном айсберге", чтобы в амплитуде мы получили отрицательное число. А минус это всегда хорошо, правда?

Корабль снова тряхнуло - от потолка оторвался кусок льда и упал рядом с челоидом. Тот вздрогнул, неуклюже обернулся и кивнул - от этого шерсть на его подбородке пошла волнами.

– Правда, смиренный Мозг Машины, - ответил Рольнеть, - Только гнусные, похотливые, безверные и слатолюбивые асилдиане не могут познать потаенных глубин этой истины. Они зато познают глубины клоак и вагин, даже не догадываясь, что это чистого льда святотатство. Ведь процесс Перехода Душ, который они столь глупо именуют "размножением", - на девяносто процентов духовный и лишь на одну десятую - физический, но никак не на все сто...

Вот они и страдают демографическими взрывами и моральным кризисом, потому что поставили размножение на место церкви и плодятся, - да, именно плодятся!
– а не передают души.

Ноздри Рольнетя раздувались, обнажая густой волосяной покров изнаночной стороны.

– Смирение, мой брат, только смире...

В этот раз корабль тряхнуло так сильно, что морозильные опоры в противоположном углу не выдержали и целый пласт ледяного потолка рухну на пол, погребя под собой коллоидную ванну. Благо, в ванне не было геля, а то бы пришлось сейчас влажно и скользко. Осколки разлетелись удачно, ни один не попал в Рольнетя.

Челоид приготовился к новым атмосферным взбучкам, но таковых не последовало.

На мягком луче гравиотражателя "Экваториальный айсберг" сел на поверхность планеты.

– Вынужден признать свою ошибку, - откликрулся компьютер, когда все опасности остались позади.
– Если бы вы приняли коллоидную ванну, вас, брат мой по духу и пути, наверняка бы не было в живых. Низко преклоняю свои оптоволоконные колени перед вашими талантами. Но гнев отнюдь не красит челоида.

– Понимаю, смиренный Мозг Машины, но мой напарник в Клонмонтажном Центре - асилдианин. Каждый божий день я вынужден созерцать эти животные издержки...

– Ничего, сегодня вы отдохнете на славу. Снаружи все готово, можно выходить.

Дверь каюты в сопровождении приятного скрипа открылась.

Пройдясь по пустынному коридору, - остальные члены экскурсии еще выбирались из коллоидных ванн, - Рольнеть спутился по трапу и, ступив на ледяную твердь, вдохнул полной грудью свежий воздух. Поднял глаза к горизонту и удовлетворенно кивнул.

Над белой равниной возвышалась голопроекция надписи:

"НЕ ТРОНУТО ЛОЖНОНОЖКАМИ АСИЛДИАН".