Не тронь гориллу

Дациери Сандроне

– Если это та, о которой я говорю, то ей для этого нужно немного похудеть. Слушай, мне эта фотография нужна срочно.

– Уф… ладно, пошлю экспресс-почтой. Не волнуйся, заплачу я, а за это ты прекратишь делать из меня гонца по особым поручениям.

Я на секунду задумался:

– Нет, экспресс-почтой слишком долго. Мне надо получить ее как можно раньше, на это у меня есть причины.

– Рассчитываешь, что я возьму билет на самолет и привезу ее тебе лично? Не надейся!

– Это был бы шикарный жест. Но нет,

не стоит. – Мне в голову пришло решение. – Ты ведь издатель, верно?

– Лучший на этой поляне, тебе не говорили?

– Нет. Ты думаешь, я знаком со всеми, у кого мозги не в порядке? Значит так, в твоем офисе наверняка есть сканер – одна из тех штуковин, что преобразует фотографии в цифры…

– Мне уже однажды рассказывали, что такое сканер. И я даже умею им пользоваться. Ну, сканирую я ее, и что дальше?

– Ты пошлешь мне ее электронной почтой. На мой адрес. У тебя есть, чем записать?… Отлично. Пиши: sandrone – собака – ecn.org. Записал?

Я слышал, как он вздыхает.

– Тоска зеленая! Уговорил, речистый, завтра все сделаю, обещаю.

– Альберто, это то же самое, что послать ее почтой. Сделай это сейчас же.

– Совсем сдурел? Ты что, не понял, со мной здесь космическая телка, которая сгорает от нетерпения! – взвыл он.

– Заставь ее смириться и подождать. С твоими способностями это не проблема. Женщинам нравятся властные мужчины… Ты сейчас в своем офисе?

– Да, но…

– Тогда какого хрена ты тратишь время на болтовню? Давай действуй! Я пошлю тебе в знак благодарности пачку презервативов с запахом клубники.

– Тебе известно, что ты самый настоящий козел? – уныло выговорил он.

– Я очень долго тренировался. Будь молодцом, и спасибо. Чао-чао!

Я положил трубку, допил пиво и вышел из бара. На улице было уже темно. Несколько минут я стоял, рассматривая ярко освещенную площадь Дуомо и размышляя, куда бы мне пойти, чтобы принять информацию от Альберто. Домой нельзя, квартиры Алекса, Слона и Вале отпадали, оставалась только Сильвия, ее компьютер имел выход в Интернет.

Вечер подходил к концу, а мне предстояла еще одна встреча. Я давненько ничего не слышал о Патти – гуру зверопанков, представительнице моих экс-клиентов. Пришло время перекинуться с ней парой слов.

Я стал звонить в их берлогу на улице Монтеверди и был приятно удивлен собственным ангельским терпением. Того, кто постоянно снимал (и бросал) трубку, кажется, до икоты развлекала мысль о существовании дяди Пеппино.

– Кто это? – наконец-то услышал я голос Патти. Девушка едва ворочала языком.

– Это дядя Пеппино. Если ты пьяна, я перезвоню тебе в следующий раз.

– Не-ет, какое, к черту, пьяна, – медленно пробормотала она. – Просто я только что проснулась.

– Поздравляю. Нам нужно увидеться. Приведи себя в порядок и подожди меня… – Я назвал бар в ее районе. – Скоро приду,

не выпадай в осадок.

– Что значит – приведи себя в порядок? Ты что…

Я положил трубку.

Патти с сердитым лицом ждала меня у дверей бара. По случаю нашей встречи на ней был собачий ошейник с металлическими заклепками, какие надевают обычно на доберманов.

– Почему ты не села за столик и не заказала себе выпить за мой счет? – спросил я удивленно.

– Меня оттуда выгнали. Один придурок завопил, что я порчу ему аппетит своим видом.

– Бывает с некоторыми. Пошли и не беспокойся, ты со мной.

Мы уселись за первый же свободный столик. Официант немедленно вырос рядом:

– Шутим? Ну-ка вон отсюда! Марш!

Он схватил меня за плечи и попытался поднять со стула. Я перехватил его руку, вывернул кисть внутрь, нажимая пальцами на ладонь. Официант взвыл от боли и согнулся до уровня моего лица.

– Послушай, паренек, мне не нравится, когда меня лапают. Постарайся быть любезнее с клиентами, договорились?

Официант мелко затряс головой, по его лицу тек пот.

– Извините, я не хотел вас обидеть, – прохрипел он.

– Вот и хорошо. Тогда прими заказ. И помни, что это твоя обязанность и ты должен обслуживать любых клиентов. Даже тех, кто носит ошейники, как моя подруга. – Я отпустил его и откинулся на стуле.

– Что… что вы будете заказывать? – выдохнул официант, держась от нас на изрядном расстоянии.

– Два пива, гарсон. И советую принести хорошо охлажденного.

Его как ветром сдуло.

– Ну ты и фрукт – полный отпад! Уверена, он побежал звонить в полицию. – Патти наслаждалась покоем.

– Он просто ошибся, я выгляжу достаточно респектабельно. И я не фрукт, поверь. Я в прошлом вышибала и сыт по горло дурным отношением. – Я посмотрел ей в глаза, надеясь, что она трезвее, чем старалась казаться. – При расследовании убийства Алисы всплыл один тип, который, кажется, имеет к нему прямое отношение, но я никак не могу найти никого, кто бы его знал. Его зовут Рене, или Ренато. Он из Рима, ему лет двадцать. Ты никогда с ним не встречалась, может, слышала о нем от Алисы?

Патти надолго задумалась.

– Нет, – сказала она наконец.

– Подумай получше, он наверняка был дружком Алисы.

Официант пришел с нашим пивом и с грохотом поставил его на стол, ожидая, когда я заплачу. Что я и сделал, бросив деньги рядом с кружками.

– Я хорошо подумала, я не дура, – сказала Патти, когда он отошел. Одним глотком она опустошила кружку и рыгнула. – Упс, извини. Я знала всех друзей Алике.

– На всех мне наплевать. Ты даже не вспомнила, что видела Раффаэле.

– Ты что, глухой, братишка? – Она положила ноги на свободный стул, вызвав косые взгляды присутствующих. – Я говорила тебе о друзьях, а Раффаэле просто кусок дерьма.