Не трогай меня
Шрифт:
— Увести этих отбросов, — позвал Чонгук охрану и сказал им это. — Запомнить их и не впускать сюда больше никогда.
Я думала, что на этом все, но Чонгук поднял за шкирку одного из парней.
— Что мое — то не делимо, — сказал на ухо избитому парню Чонгук и ухмыльнулся. — Видишь ее? — указал на меня пальцем. — Это мое. Вы позарились на мое — как нехорошо. Довели ее до слез — вдвойне нехорошо. Ублюдки, вы у меня землю жрать, кровью писать, туалеты вылизывать будете! Я еще на вашей могиле станцую! — выкинул этих парней к охране, не забыв и про третьего.
Не знаю почему, но мне стало жутко приятно от этих слов. Подойдя ко
Почему мне кажется, что с ним я в полнейшей безопасности?
Глава 16. «Её боль — моя боль. Но с каких пор?»
Мы зашли в огромную комнату, в которой все было расставлено по высшему разряду, как говорится. Я до сих пор дрожала. Не знаю. Возможно, многие посчитают меня плаксой, но со мной впервые в жизни так обращались. Для меня это было настоящим шоком. Я до сих пор чувствовала мерзкие прикосновения рук к моему телу. Фу, ужас.
Чонгук привел меня в комнату поменьше и посадил на диван.
— Спасибо, что защитил, спасибо, что не оттолкнул, несмотря на то, что мы с тобой не в лучших отношениях, — все так же вжимаясь в его грудь, говорила я, — и прости за это, — указывая на свои руки, вцепившиеся в него мертвой хваткой, мотнула я головой. — Позволь еще чуть-чуть посидеть вот так, — выпрашивающим голосом сказала я.
— Ты не должна извиняться. Это я тебя сюда позвал. Скажи, ты первый раз в клубе? — шокировано спросил он. Я лишь кивнула головой. Он крепче прижал меня к себе так, что я буквально растаяла в его объятиях. Сейчас мне просто хотелось подольше ощущать тепло его тела, которое унимало дрожь в моем теле. Возможно, потом я опомнюсь, уверяя себя в том, что мы все еще враждуем, а пока я просто буду наслаждаться моментом.
— Что было бы, если бы я вовремя не вышел…
— Но ты вышел — это главное, — не дав ему договорить, перебила я его, обнимая с еще большей силой.
Парни вернулись в ВИП-комнату, присоединившись к Чонгуку и Сэ И.
— Что случилось, Сэ И? Расскажи нам, — почти хором спросили парни.
— Макнэ, она тебя там не задушила в своих объятиях? Вцепилась в тебя, будто кошка дикая, — смеялся Чимин.
— Я пришла вовремя, присела на диванчики, но ко мне начал приставать пьяный парень, подзывая к себе других. Я пыталась вырваться, но я все равно бы не пересилила троих здоровых парней. Воспользовавшись случаем, я ударила одного меж ног. К счастью, вы вовремя вышли. Увидев его, — Сэ И, придвинувшись к Чонгуку, продолжила рассказ, — я сильно обрадовалась. Честно говоря, я думала, что он меня оттолкнет.
— Ну, это итак понятно, — сказал Рэп Мон. — Чон, ты не предупредил ее о том, чтобы называла твое имя, если возникнут проблемы?
— Черт, я забыл совсем…
— Забыл он, блин, — возмутился Джин. — Сэ И, хочешь кушать?
— Хен, ты как всегда о еде, — смеялись Юнги и Хосок.
— Отец! Отец, не надо! Ты нужен мне! Я люблю тебя! Не оставляй меня!
Сэ И лишь отрицательно помотала головой. Она до сих пор сидела и сжимала в объятиях Чонгука, но, кажется, тот был не против этого.
Тэхен
Я решил немного подшутить над Сэ И, задав ей один вопросик.
— Как ты думаешь отблагодарить нас? В особенности, Чонгука?
Я был уверен, что она
— Да, я должна отблагодарить вас всех, — замешкавшись, сказала Сэ И.
Чонгук раскрыл глаза пошире, впрочем, как и мы все. Мы не думали, что она решится на такое. Но ее следующие действия заставили комнату, в которой мы находились, содрогнуться от нашего смеха: она дала Чонгуку спокойно вздохнуть, встала напротив нас, опустилась на колени и сделала традиционный корейский поклон, который делают лишь тогда, когда хотят выразить величайшее уважение и благодарность.
— Айгу-у-у, какая милашка, — хором сказали мы, не переставая смеяться.
Сэ И
Эти придурки начали смеяться. Что я не так сделала? Чонгук поднял меня с пола, потрепав по голове. Никогда не видела его таким. Рэп Мон, Юнги, Хосок и Джин вышли из комнаты, Чонгук, казалось, собирался выйти за ними, но остановился около меня.
— Я скоро вернусь, ничего не бойся, — после этих слов он поцеловал меня в губы очень нежно. Я тут же вспыхнула, как огонь. Горели даже уши и глаза. Я стояла неподвижно, пытаясь переварить ситуацию и трогая свои губы, на которых я недавно ощутила губы Чонгука.
— И все-таки какая же милашка, — потрепав меня по голове, сказали Чимин и Тэхен.
Чимин
Я никогда не видел нашего макнэ таким. Я ему завидовал, но больше, конечно, радовался за него. Ему повезло. Повезло с ней.
Мы сидели и разговаривали. Все шло хорошо, пока Сэ И не решила выведать у нас информацию о Чонгуке.
— Чимин, Тэхен, как его близкие друзья, вы, наверное, все о нем знаете, правда ведь? — состроив кошачьи глазки, спросила Сэ И.
— Даже не пытайся. Мы тебе ничего не расскажем, — состроив poker-face, ответили мы с Тэхеном.
— Так нечестно, — надув губы, расстроилась она.
— Йа, я не могу смотреть на такое лицо. Когда девушки надувают губы, у меня сердце не выдерживает, — нервно сказал Тэхен.
— Даже не смей. Молчи. Надо будет, он ей сам обо всем расскажет, — закрыл рот рукой Тэхену, чтобы он не взболтнул лишнего.
— Он все равно своему хену ничего не сделает, — ухмыльнувшись, сказал Тэхен.
— Ладно, Сэ И. Но если что, я не при делах. Меня тут не было. Я мимо проходил, — я отпустил Тэхена, и тот сел по-удобнее.
— Расскажите о нем побольше, пожалуйста, — опять эти кошачьи глазки.
— Хорошо. Чимин, начинай, — толкнул меня Тэхен.
— Сэ И, ты знаешь, почему Чонгук такой жестокий? Нет, не знаешь. Если честно, то это удивительно. То, что мы сегодня наблюдали, повергло нас в мощнейший шок. Никогда мы не видели нашего макнэ таким. Обычно он очень груб с девушками. Ни для кого не секрет, что он, как и мы все, поимели уже достаточное количество девушек, чем, безусловно, гордимся, — я улыбнулся. — Он не давал надежды ни одной девушке, с которой переспал. Он даже не заботился о своих партнершах в постели. Для него главное — получить удовольствие самому. Впервые в жизни, мы увидели, как он кого-то защищает. Если была бы другая девушка на твоем месте, я уверен, он бы, не задумываясь, отдал на растерзание ее тем парням без угрызений совести. Для него девушки — это мусор, то, что нужно для получения удовольствия, — не больше.