Не та невеста

Аристова Валерия

Впервые за долгое время она оказалась без всякого присмотра, без вездесущих глаз и ушей, шпионящих за ней. День был солнечный, ясный, и настроение ее тоже было такое же солнечное. Она шла, опираясь на парасоль, и улыбалась прохожим, когда зонтик вдруг выскользнул из ее руки и со стуком упал на камни. Кэрри хотела поднять его, но ее опередил молодой человек, ловко подхвативший красивую вещицу и вручивший ее с поклоном Кэрри.

— Ваша парасоль, миледи, — улыбнулся он, и Кэрри тоже улыбнулась ему.

— Благодарю.

— Роджер

Лейсон к вашим услугам, — он снял шляпу и снова поклонился.

Кэрри замерла, разглядывая неожиданного собеседника.

Это был совсем молодой человек, наверное, годами тремя-четырьмя старше нее самой, светловолосый и сероглазый. На нем был фрак жемчужного цвета и зеленый галстук, завязанный оригинальным узлом, от чего Кэрри решила, что мистер Лейсон прибыл из самого Лондона.

— Благодарю вас, мистер Лейсон, — сказала она, беря зонтик в руку.

Говорить на улице с незнакомцами ей не позволяло воспитание, но мистер Лейсон вдруг пошел рядом.

— Я не могу позволить вам ходить одной по городу, миледи, — сказал он, — разрешите проводить вас до вашей коляски.

— Мы не представлены, мистер Лейсон, — тихо проговорила она, — да и идти мне недалеко.

— Официально — не представлены, — отозвался он, — но никто не мешает вам назвать свое имя, а официального представления подождать несколько дней.

Кэрри рассмеялась.

— Меня зовут леди Кэролайн Фицжеральд.

Мистер Лейсон снова поклонился. Лицо его на секунду выразило разочарование, но он тут же снова заулыбался.

— Рад знакомству, миссис Фицжеральд.

Она улыбнулась. Наверное, за последние дни это были ее первые искренние улыбки. Вне стен дома ей дышалось намного легче, а молодой человек, что шел рядом, казался ей прямой противоположностью лорду Эдвину. Бывают такие люди, с которыми легко даже молчать. Роджер Лейсон был одним из таких людей. Они молчали, но у Кэрри вдруг стало легко и спокойно на душе.

Когда площадь Ратуши показалась в конце переулка, мистер Лейсон откланялся.

— Если вы позволите, миледи, я бы желал представить вас своей сестре, — сказал он.

Кэролайн ухватилась за эту возможность вновь увидеть его. Она уже позабыла, что они так и остались не представлены, что она впервые видит этого человека, но тепло его улыбки растопило ее сердце, столько долгих дней скованное холодом Остхилла.

— Конечно, мистер Лейсон, — проговорила она, — я буду рада познакомиться с вашей сестрой. Завтра я приеду на примерку и обязательно посещу кондитерскую на площади Ратуши. В это же время.

Он снова улыбнулся.

— Моя сестра будет рада видеть вас завтра, — сказал он.

Всю обратную дорогу Кэролайн ехала, как в тумане. Перед ее внутреннем взором стояли серые глаза мистера Роджера Лейсона и его теплая улыбка.

Завтра! Завтра она снова увидит его!

Глава 4. Приглашение

мисс Ромель

Мисс Анна Лейсон была ровесницей Кэрри или чуть старше, имела прекрасные манеры и пронзительный взгляд необычных фиалковых глаз. Золотистые волосы ее были красиво взбиты под соломенным капором, украшенным полевыми цветами. Вся ее тонкая фигурка напоминала леской колокольчик, хрупкий, изящный и скромный.

— Очень рада познакомиться, леди Кэролайн, — проговорила она, подавая ей руку с блеснувшим на пальце сапфиром, — мой брат вчера вечером только и говорил, что о ваших достоинствах.

Кэрри смутилась и опустила глаза, но в этот момент мистер Лейсон предложил дамам войти в кондитерскую, распахнув перед ними дверь, и она надеялась, что никто не заметил ее вспыхнувших щек.

Кэролайн остановилась у прилавка, разглядывая пирожные. Эмили любила вот эти, с малиновым кремом. Настроение ее резко испортилось, но мистер Лейсон отвлек ее вопросом, Кэрри встрепенулась, подняла на него глаза и в этот момент поняла, что пропала.

Вот она какая, любовь. Она пришла к ней слишком поздно в виде молодого человека с чарующим взглядом серых глаз. Возможно, Роджер не был так красив, как ее муж, и, видимо, не был так знатен, но его теплый взгляд растопил ее сердце, и оно забилось часто-часто, так, что ей стало трудно дышать. Роджер Лейсон совсем не такой, как лорд Эдвин. Роджер никогда не знал Эмили, и он не будет сравнивать ее с умершей сестрой. Она может быть с ним собой, она может улыбаться ему, говорить ему все, что пожелает, и он не оттолкнет ее, не вышвырнет из своей комнаты и своей жизни. Почему, почему она встретила его так поздно?

— Что вы пожелаете, миледи? — спросил мистер Лейсон, ничего не зная о ее переживаниях.

Кэрри выдавила из себя улыбку.

— Малиновое... малиновое пирожное.

Зачем она взяла малиновое, она не знала. Она не любила малиновый крем. Она не Эмили...

— Нет! — вдруг воскликнула она, когда кондитер уже положил пирожное на тарелочку, — нет, я передумала, извините! Я хочу шоколадное!

А потом они гуляли. Мистер Лейсон предложил пройтись по городку до самого парка, и Кэрри приказала кучеру ждать ее там, а лакея отправила с кучером. Ей не хотелось, чтобы за ней следили, ведь все ее приключения будут доложены лорду Эдвину. Она соврет, что мисс Анна — ее давняя приятельница, с которой она знакома еще с тех пор, как ездила в гости... к кому же? К Лоресонам... да, к Лоренсонам, и что она случайно встретила ее и ее брата около кондитерской.

Но лорд Эдвин ничего не спросил. Он вообще не выходил со своей половины, оставив на вечер Кэрри в покое, впрочем, как всегда. Сейчас, когда ей было о чем подумать и что скрывать, ее радовало его равнодушие. Что он делал, сидя перед камином, о чем думал, что читал? Вот пусть и занимается этим дальше. Теперь ей, Кэрри, тоже на него наплевать.

Кэрри встала к окну. Как хорошо, что она встретила такого человека, как мистер Лейсон. Как они смеялись сегодня, как спорили по пустякам, пока мисс Анна собирала цветы около речки. Как легко и хорошо ей было рядом с ним! А перед тем, как она села в коляску, Роджер склонился к ее руке и коснулся губами ее трепещущих пальцев.