Не та девушка
Шрифт:
О да, мистер Картрайт имел свойство появляться в самое неожиданное время и это время, помимо всего прочего, оказывалось обычно ещё и самом неподходящим. Я как-то подумала, что это может однажды погубить вредного старика, однако понятия не имела, что попаду однажды в точку. У миссис Дарем действительно не было никакого особенного мотива убивать старого Картрайта, это верно, однако в итоге оказалось, что пожилой джентльмен сам создал для родственницы преподобного Дарема этот мотив.
— Я не уверена, что именно Картрайт подумал, за кого он меня принял. По всему
Всё верно. В итоге вышло бы именно так. Викарий бы сразу понял, о чём идёт речь, и предпринял определенного рода меры. Конечно, отправить на костер невестку он бы не смог, не те времена. Никто бы не поверил, что она и в самом деле пособница нечисти, хотя бы потому что в нечисть не верят. Однако, преподобный всегда бы мог спровадить жену брата в лечебницу для душевнобольных. Капитан Дарем был бы только за и наверняка бросился бы собирать драгоценной супруге вещи в дорогу. Тоже неплохой способ избавиться от ненужной родственницы.
— Это так омерзительно, что вы можете без всякого стыда и сожаления отнять чужую жизнь, — процедил преподобный Дарем.
Никогда и ни на кого ещё на моей памяти священник не смотрел с таким омерзением.
— А что же моя бедная домоправительница миссис Хайнс? — обратился мужчина к миссис Дарем.
Женщина развела руками.
— Что поделать? Слишком многое замечала, слишком привязалась к вам. Я пыталась её подкупить, но миссис Хайнс предпочла не связываться со мной.
Если смерть мистера Картрайта не вызвала во мне особого душевного трепета, то гибель миссис Хайнс, особенно после того, как она удостоилась от своей убийцы таких высоких похвал, казалась мне поистине жестокой и несправедливой.
— Однако, старушка была настолько простодушной, что не отказалась выпить чаю в моем обществе, — ухмыльнулась от уха до уха Сьюзан Дарем.
О своих злодеяниях женщина говорила с несомненным удовольствием, как будто именно они делали ее особенной, выдающейся.
Сочувствие? Раскаяние? О таком и вспоминать не стоило в присутствии с Сьюзан Дарем, урожденной Денби.
Да уж, совершенно беспринципная бессовестная стерва, которая, не моргнув глазом, отправит на тот свет абсолютно любого, хоть ребенка, хоть женщину, хоть старика. Сомневаюсь, что на всей земле шуту удалось бы найти для себя лучшую пособницу.
Пока мы вели с миссис Дарем светские беседы, ее супруг просто стоял, потеряно глядя прямо перед собой. Определенно, его можно было назвать самым несчастным человеком из всех нас. Ведь именно он в итоге оказался в самом невыгодном положении.
— А что же с мистером Кином? — не удержался от того, чтобы не затронуть эту поистине важную для себя тему преподобный.
О да, викарий обожал подозревать приезжего актера в потустороннем происхождении и теперь пытался хотя бы напоследок убедиться в собственной правоте.
Я была только рада такому упорству преподобного: сейчас счет шел
— Джордж, конечно, хорош, однако зачем довольствоваться хорошим, если можно получить в итоге лучшее? — пожала плечами убийца.
Наверное, в этот момент у капитана Дарема все-таки отказали его многострадальные нервы, а заодно и дала о себе знать мужская гордость, которая мучительно страдала все годы брака.
— Да что ты такое несешь, Сьюзан?!
В этот момент я услышала то, чего уж точно не ожидала.
— Знай свое место, Джордж Дарем, — отчеканила с издевкой миссис Дарем, которую сейчас бы никто не осмелился бы назвать серой тенью супруга. — Я держала тебя при себе ради собственного удовольствия. И ради него же могу в любой момент уничтожить.
Каждое слово Сьюзан Дарем было пронизано властностью, которую никак не ожидаешь от кого-то вроде этой бесцветной женщины. Она владела своим мужем как какой-то вещью и открыто наслаждалась своей властью над другим человеком.
— Впрочем, как только это жалкое создание начало увиваться вокруг нашей милой Бет Эверс, оно сразу потеряло для меня всякую привлекательность.
И Джулиан для нее тоже был только вещью, которой можно пользоваться для собственного удовольствия.
— Я могла бы дать ему все, а он в итоге променял меня на какую-то потаскуху, — удрученно пробормотала миссис Дарем.
Тяжело вздохнув, а отозвалась.
— Да-да, никто и никогда не ценит красоты души, — поддакнула я, а после все-таки ударила по злодейке заклинанием.
Глава 18 Вопрос без ответа
Самое смешное было в том, что я… попала. У меня вообще все получилось, хотя я в жизни не использовала боевых заклинаний в реальном бою. Вот только эффект оказался совершенно не тем, какой можно было ожидать и какой хотелось ожидать.
Внезапно миссис Дарем завизжала от боли и принялась трясти руками, на которых проявились прежде невидимые кольца — несколько из них тут же осыпались серым пеплом. Но вот парочка уцелела. На наше с мистером Даремом несчастье.
Значит, осталось только два заклятья. Если нам двоим повезет каких-то жалких два раза — все закончится раз и навсегда.
Я вылетела из-за спины преподобного со смелостью, которой сама от себя никак не ожидала. Мистер Дарем пытался схватить, снова спрятать за собой — вот уж точно джентльмен, однако я увернулась. Фэйри благословил меня, так неужели же это не принесет свои плоды хотя бы теперь?
«Ну что же, шут, второй после Неблагого короля, пришло время посмотреть, чего стоят твои милости», — именно эта мысль промелькнула в моей голове, когда с пальцев Сьюзан Дарем сорвалось алым всполохом еще одно заклинание. Добраться до злодейки я не успела, меня буквально снесло ударной волной в сторону, однако все-таки милость фэйри сработала так, как и нужно.
Невестка преподобного потратила заклинание, однако убить меня так и не смогла. Это ли не победа? Спасибо нечистой силе хотя бы за это.