Не та цель
Шрифт:
— Ты говорила, что завтра будет очень мало времени, поэтому я решил придти к тебе сейчас… Ба, дай мне какую-нибудь фотографию... Где я с мамой и папой.
Спицы замерли на мгновение, чтобы потом вновь продолжить своё занятие, а бабушка не менее удивлённым голосом коротко спросила:
— Зачем тебе это, Нев? У тебя же уже есть такое фото, и оно висит у тебя в спальне.
Я показушно потупил взгляд, и как будто собираясь с духом ответил:
— Она не для меня… Завтра мы едем в Сент-Мунго, и я хочу подарить её маме. Может быть… Если она будет видеть нас
В комнате в тот же миг стало оглушающе тихо, лишь часы на стене мерно отсчитывали время. Наконец бабушка аккуратно отложила вязание и сняла с себя очки, после чего вновь посмотрела на меня, и уже гораздо мягче спросила:
— Ты уверен, что это хорошая идея, внук?
Я на это энергично закивал, и тут же пояснил:.
— Ну конечно! Я прекрасно знаю, что она не всегда узнаёт меня, когда мы приходим, но… Вдруг это поможет ей делать это чаще?
После этих слов в глазах Августы промелькнуло что-то, напоминающее гордость, после чего она с видимым усилием поднялась из кресла и направилась к старинному комоду в углу комнаты. Открыв верхний ящик, она достала оттуда небольшую фотографию в красивой резной рамке.
Приняв из рук Августы этот дар, я тут же увидел, что на этой фотографии изображена молодая пара — Фрэнк и Алиса Лонгботтом. Они стояли в гостиной этого дома и улыбались, а Алиса держала на руках маленького Невилла.
— Спасибо, бабушка… — прошептал я, завороженно рассматривая, как люди на фотографии активно мне машут и улыбаются.
— Иди спи, уже… — ответила мне Августа, снова возвращаясь в своё кресло. — Завтра важный день.
Я на это только кивнул и сразу же вышел, крепко прижимая полученную фотографию к груди. Не знаю почему, то ли тело ребёнка так на меня влияет, то ли просто проникся жалостью к старому человеку…
Но когда я видел, как едва уловимо дрожат руки Августы, в то время, как она смотрела на фото в своих руках — я понял, что сделаю всё возможное и не возможное, чтобы вот эта вот пожилая женщина, которая тянет на себе просто гигантский воз проблем и забот, благодаря которой я получил возможность начать вторую жизнь, хотя бы в старости получила награду за все свои труды.
В идеале было бы конечно неплохо восстановить здоровье Фрэнка и Алисы, но я весьма здраво смотрел на вещи, и прекрасно понимал, что если медицинские светила уже столько лет безрезультатно бьются над решением проблемы, то куда уж мне… Маглу в теле волшебника, который даже «люмос» зажигать не умеет…
Под эти мысли я спустился на кухню, и проникнув в убежище Симми, провёл с ним очередную передачу магии, после чего потрепал это маленькое создание по его ушастой голове, и со спокойной душой направился спать.
***
Ночь промелькнула с такой скоростью, словно её и не было. Просто р-раз! И уже надо вставать под не прекращающееся ворчание Августы:
— Говорила же, что надо встать пораньше… Нет, бестолочь маленькая даже будильник не поставил! Невилл вставай! Мы уже опаздываем!
Резко подорвавшись с кровати, я спросонья уставился на спину уходящей бабушки,
— У тебя пять минут, внук. Если через пять минут я не увижу тебя в зале, то пеняй на себя!
Проникшись полученной угрозой, я резко вскочил с кровати, и тут же начал одевать тот комплект одежды, который в прошлый раз мне посоветовал верный Симми.
После этого мысленно порадовавшись тому, что благодаря привычкам из прошлого мира я собрался с вечера, схватил свёрток, где лежала фотография и мои бумажки, я словно ошпаренный выскочил из комнаты, и через несколько секунд уже сбегал по лестнице в сторону зала.
Августа уже одетая на выход сидела за столом, и немного скривив губы, при виде моего внешнего вида, заметила:
— К твоему сведению, внук, и я тебе об этом уже тысячу раз говорила, что в обществе волшебников не принято часто появляться в одном и том же. К твоему счастью мы сейчас слишком спешим, поэтому переодеваться я тебя не заставлю, но знай, что я очень недовольна твоим выбором. Ешь садись!
Подходя к своему месту, я как мне показалось справедливо заметил:
— Но бабушка! Зачем такие сложности, ведь в прошлый раз мы ходили за палочкой, а в этот раз идём в совершенно другое место! Встретить там кого-то из тех, кого мы видели в прошлый раз практически невозможно, и никто даже не узнает, что я вышел в той же самой одежде!
— Невилл! — возмущенно воскликнула Августа, после чего нравоучительным тоном продолжила:
— Не важно узнает кто-то об этом, или нет! Важно, что об этом знаешь ты!
Мысленно посетовав на эти изжившие себя предрассудки, я вдруг с замиранием сердца обнаружил рядом с рукой Августы небольшой конверт, и всё бы ничего, но этот конверт был усыпан до безобразия знакомыми блёстками!
— Бабушка, что-то мне подсказывает, будто сегодня мне пришло какое-то письмо? — спросил я, завороженно глядя на конверт.
Августа верно растолковала мой взгляд, но вместо ответа хлопнула ладонью по столу, и нервно воскликнула:
— Невилл Лонгботтом! Садись и немедленно ешь! Если бы ты встал вовремя и не пререкался со мной, то уже бы знал, что написала тебе дочь Ксено, однако ты решил наплевать на моё предупреждение и всё проспал! В наказание письмо ты получишь только после возвращения!
«Вот ведь… Тяжело быть ребёнком.» — с грустью подумал я, и решив не гневить бабушку пуще прежнего, сел на стул, и начал быстро поглощать несколько остывшую овсянку.
После быстрого приёма пищи, бабушка схватила меня за руку и потащила в направлении выхода из дома. Когда мы переступили порог — я неожиданно вспомнил о словах домовика по поводу цветов для мамы, и только хотел остановить бабушку, чтобы выполнить обязательный ритуал по их добыче, как заметил аккуратный букетик из фиалок, ждущий меня на перилах крыльца.
Ночью был дождь, и благодаря этому я отчётливо увидел на несколько размокшей земле чёткие следы небольших ножек, которые однозначно указывали на то, что букетик в моих руках — это дело рук Симми.