Не судьба
Шрифт:
– Да, – ответила Ольга несколько нервно. В последнее время ничего-то хорошего она от телефонных звонков не ждала.
– Лялька, привет, – раздался весёлый голос Катюхи. – Ты у себя?
– А где ещё…
Пустовато.
И… нет, золота Ольге не надо, но и вправду ремонт не помешал бы. Потолок вон покрасить. И в целом-то освежить согласно новым веяниям.
– Ляль… тут такое дело… как бы это сказать… ты замуж хочешь?
Телефон пиликнул, выбросив смайлик от номера, который Ольга всё хотела удалить, да как-то
– Хочу, – решительно сказала она, подняв несчастную шубку. – Но кто меня возьмёт?
В зеркале отражалась она. Статная, как говорила тётя Нина. А мама морщилась и вздыхала, мол, в отцовскую родню, а там все такие, что прям на плакат о достижениях социалистической промышленности просятся. Или на худой конец в памятник. Памятником себя Ольга не видела. Но вот… чего им не хватает? Да… высоковата она. И плечи широкие. Ну так им грудь держать, которую не каждые плечи удержат.
А талия у неё имеется.
И задница вовсе даже не обвислая. Нормальная задница. Приличной даже округлости.
Из-за этих округлостей она когда-то шить и начала, потому что найти одежду, которая сходилась бы на талии и не трещала на заднице, оказалось нереально.
– Вот… в общем, у нас товар, у вас… точнее наоборот. Короче, Оль, тут купец приехал, который жениться хочет…
– Кать?
– Ну… ты ж на моей свадьбе не была?
– Извини… я просто… мне нужно было по делам… мне стыдно, честно. Очень стыдно. Но…
Потому что именно тогда затык и случился. Первый. Когда ей сообщили, что её заказ на меха, не единожды согласованный, сделанный под конкретный запрос, выпестованный и выбранный чуть ли не собственноручно, перехватили.
А значит, Ольга остаётся без сырья.
И почему-то казалось, что если она поедет туда, если лично посмотрит в глаза Кружковскому, то в нём проснётся совесть.
– Да не в этом дело. Я вот думаю, что если б поехала, мы б тебя на месте и сосватали… но, тут… в общем, ответь на пару вопросов? Дурацких?
Телефон вздрогнул в руке, выплёвывая очередное сообщение, с сердечком и шампанским. Вот ему букв жалко, что ли? Написал бы. А то эта наскальная живопись в современном формате Ольгу бесила.
– Давай свои вопросы.
– Скажи… ты ведь когда с Гремиславом общалась, он тебя не пугал?
– Чем?
– Или вот Ленкин муж…
– Не скажу, что красавец, но он не настолько страшный, чтобы пугаться.
– А вот ощущений там… тленности бытия, тоски и желания сбежать не появлялось?
– Катюх, не финти… у меня эти ощущения в последнее время сами по себе постоянно.
– Проблемы? – Катюха резко сменила тон.
– Да… обычное дерьмо. У тебя не будет денег занять? Миллиона два… может, три…
Сколько понадобится, чтобы всё перезапустить?
– Знаешь… а и будет, – спокойно ответила Катюха. – Но сначала я тебя с женихом познакомлю.
Снова
Кровать.
Сердечко.
И три розочки друг за другом.
– Знакомь, – Ольга сказала это со всею решительностью. – Я уже на всё согласная. В том числе на жениха.
– Значит, мы сейчас… только… Оль… тут… он выглядит немного странно… не в том смысле, что урод… просто… скажем так… у него там мода… своеобразная очень.
Многовековой давности.
Было время, когда Ольга, ещё наивная девочка, искренне мечтала о принце. Таком, чтоб как в старой сказке. Темные волосы, синие глаза и наряд престранный, принцевский.
В общем, мечта, хоть с опозданием, но исполнилась.
Причём в точности.
Принц был высок, даже выше Ольги, что само по себе достижение. Темноволос. При этом волос, что вороново перо, отливал то синевой, то зеленью, но не резко, не пошло. Как-то… естественно, что ли?
И с алым бархатом плаща контрастировал.
Мех, кстати, на оторочке интересный.
Такой вот с длинной остью и подшёрстком серебристого окраса. Причём цвет явно был естественным и получался не от смешения белого с чёрным, как обычно… потянуло потрогать.
– Ольга, – Катерина окинула принца печальным взглядом, будто заранее ему сочувствуя. – Это Раймонд.
– Седьмой? – ляпнула Ольга, заметив, что голову указанного Раймонда венчает корона. Точнее широкий золотой обруч с квадратным синим камнем в центре. Камень весьма гармонировал с голубыми очами, а сама корона – с отвратительно-аристократичною физией.
– Тринадцатый, если позволите, – ответил принц.
Ну да… Раймонд Тринадцатый.
– Владетельный герцог Ниссажа и окрестных земель.
– Не принц?
– Боюсь, что нет… – он несколько растерялся. – А надо?
– Нет-нет. Не стоит! – замахала руками Ольга. – Герцог – это тоже хорошо… очень-очень хорошо.
Ещё у него были стройные ровные ноги.
Ну, в чулках, которые эти ноги облипали второю кожей, кривизну было бы скрыть сложно. А так да… красиво. Чулки золотые. Над ними штаны, тоже в облипку и тоже золотые, но потемнее и с шитьём. Или это панталоны, если правильно? На каждой штанине – ну, или панталонине – сбоку бантик. А внутри бантика – камушек поблескивает. Надо полагать – драгоценный.
Выше – камзол из тёмной ткани, плечи обтягивает, задницу прикрывает, на груди расходится, позволяя разглядеть жилет с золотой цепочкою.
На поясе – клинок в ножнах, в руках – длинная трость с круглым набалдашником.
В общем, не герцог – мечта реконструктора.
– Раймонд – это Ольга… – сказала Катерина, озираясь с интересом. – А у тебя тут как-то… пустовато.
– Знаю…
Раймонд протянул руку, и Ольга неловко её пожала. Хотела. Но он как-то вот пальцы перехватил и руку поцеловал.