Шрифт:
ГЛАВА ПЕРВАЯ
— Ты помнишь Розалинду, не так ли? Майкл застыл. Измученный многочасовым перелетом, он стоял у окна, растирая ноющие шею и плечи. Когда в дверь позвонили и Эмма пошла открывать, он как раз думал о том, остались ли у него силы, чтобы взять напрокат машину. Он даже и представить не мог, что простой звонок в дверь может разрушить его жизнь, старательно выстраиваемую им в течение последних пяти лет.
Очень медленно он опустил руки и повернулся, все еще надеясь, что неверно расслышал
Розалинда.
Розалинда с длинными волосами цвета осенних листьев. Розалинда с зелеными глазами и улыбкой, воспоминание о которой преследовало его во сне до сих пор. Розалинда, которую он всеми силами пытался забыть.
— Привет, Майкл, — сказала она.
Только эта бестия могла вести себя так — с непоколебимой уверенностью в собственной красоте и способности получить все, что ей хочется. Она стояла с таким видом, будто ждала, что он бросится перед ней на колени.
Пожалуй, ей придется этого долго ждать, ухмыльнулся про себя Майкл. Он уже побывал у ее ног, о чем было мучительно и горько вспоминать, и, разумеется, у него нет никакого желания повторять эту глупость.
Взбешенный, он обвиняюще посмотрел на сестру, но та, улыбаясь, перевела взгляд с него на Розалинду, и в этом взгляде можно было прочесть только удовольствие от неожиданной встречи и искреннее удивление, что Майкл не разделяет ее радости.
— Должно быть, прошли годы с тех пор, как вы виделись последний раз, — ласково проворковала Эмма. — Почему бы вам не возобновить дружбу и не поболтать немного, пока я приготовлю кофе?
Розалинда испуганно посмотрела на Майкла. Она так нервничала перед этой встречей, так боялась увидеть его снова, что сперва испытала облегчение, увидев, что он совсем не изменился. Те же спокойные черты лица, те же внимательные светло-серые глаза. Та же подтянутая фигура. То же чувство уверенности и самодостаточности, которое одновременно и интриговало, и пугало ее.
Но все-таки он не был прежним Майклом. Глаза сузились и смотрели на нее настороженно, губы твердо сжаты.
— Эмма, я не думаю, что это хорошая идея, — начала было она.
Но та была уже у двери.
— Майкл никогда меня не разочаровывал, — бросила она на ходу с доверительной улыбкой. — Ты только все объясни. А насчет Джейми не беспокойся — я присмотрю за ним.
И ушла, закрыв за собой дверь и оставив Майкла и Розалинду один на один в полной тишине.
Невозможно было представить, что они когда-то смеялись вместе и любили друг друга. Розалинда физически ощущала, как враждебность, излучаемая Майклом, создает невидимый и непреодолимый барьер между ними. А ведь в прошлом было достаточно одной улыбки, взгляда или прикосновения — и Майкл оказывался полностью в ее власти. Но сейчас все изменилось. Розалинда поняла это, как только увидела безмолвную настороженную фигуру у окна. Вся его поза говорила, что он настроен против
А если все-таки попытаться?..
— Как ты провел эти годы, Майкл? — тихо спросила Розалинда.
— Все было прекрасно.
Она стояла, нервно закусив нижнюю губу. По правилам хорошего тона теперь он должен был бы спросить, как она поживала, но Майкл определенно не собирался продолжать обмен любезностями.
— А твои исследования? — Розалинда решила не сдаваться. — Ты работаешь над какой-нибудь необыкновенной археологической находкой?
Майкл сунул руки в карманы и заносчиво произнес:
— Я не думаю, что тебе это интересно.
Действительно, его работа никогда не интересовала ее раньше. Розалинда призналась себе в этом. Она никогда не понимала, что находит Майкл в археологии, точно так же как и он не мог поверить, что она может быть счастливой без работы и карьеры.
Еще один пример того, насколько разными были их жизни, насколько разными они оставались до сих пор. Иногда ей казалось, что все, что было у них общего, — это только невероятное физическое влечение. А сейчас нет даже этого, подумала с тоской Розалинда. Майкл намеренно держал между ними дистанцию.
Он ничего не сказал и не сделал, но атмосфера в комнате накалилась до предела. Надеясь хоть немного разрядить атмосферу, Розалинда подошла к дивану и присела.
Лучше бы она этого не делала! Майкл проигнорировал жест, приглашающий его расположиться рядом. Она не могла даже спокойно откинуться на спинку дивана, пока он стоял там, у окна, — далекий, непреклонный человек, который не собирался сделать для нее даже самой малости — изобразить радушие.
— Как прошел полет? — все-таки спросила она.
— По правде говоря, отвратительно. Долгий и абсолютно некомфортабельный. К тому же мне пришлось оставить экспедицию в самый неподходящий момент. — Он помолчал. — Розалинда, у меня нет настроения просто болтать с тобой. Почему бы тебе не перестать притворяться, что мы вежливые незнакомцы, и не сказать, чего ты хочешь на самом деле?
— Мы теперь действительно незнакомцы. — Розалинда взглянула на него и тут же отвела глаза. Она не должна была позволять Эмме втягивать ее в этот план! Говорить с ним бесполезно. — Ты изменился, — горько бросила она.
— Зато ты — нет! — жестко отрезал Майкл. — Давай, Розалинда, скажи мне прямо, чего ты хочешь?
Она вся сжалась из-за тона, которым это было произнесено. Но ей тоже ни к чему обмениваться любезностями.
— Хорошо, — проговорила она, — я действительно кое-чего хочу.
— И что же ты теперь хочешь? Найти кого-нибудь, кто бы разбивался в пух и прах ради тебя? Или стелился бы ковриком у двери, чтобы ты могла вытирать об него ноги?
Он не простил ее — в этом нет никаких сомнений! И не знает, как она казнит себя за то, что так обошлась с ним. Но сейчас говорить об этом не стоит. Настоящее — вот что важно для нее… и, конечно, Джейми.