Не шутите с ведьмой!
Шрифт:
Она посмотрела на него очень сурово и сказала, что считает очень крутым, что я свободно выражаю свою индивидуальность и бросаю вызов общественным нормам, требующим, чтобы я сделала выбор между платьем и джинсами.
Мама из принципа не разрешила мне вернуться домой, чтобы переодеться, и уверенно повела меня вперёд по улице, дав совет держать голову высоко поднятой и быть «достойной» своего наряда. Не знаю, в чём там было дело, то ли в том, что мне удалось справиться с этой задачей, то ли в щелчке маминых пальцев, но целые
Мама говорила, что с тех пор он больше никогда не насмехался над окружающими.
– Теперь время подарков? – спрашивает Дора, хлопая в ладоши так громко, что будит Мака, который дрых без задних лап всё это время. Он вскакивает и начинает лаять на пустоту.
Мерлин в восторге:
– Прервали твой сон красоты, Мак? Не сомневаюсь, тебе он очень нужен.
Мерлин превращается в гиену и заливисто хохочет, катаясь по кухонному полу. Все возмущённо смотрят на него, а я обхватываю голову руками. Мак вздыхает, превращается в обезьяну и запрыгивает на плечо Доры, обвивая хвостом её шею.
– Дашь разрешение поставить Мерлина на место, Дора?
– Боюсь, что нет, – отвечает она. – Сегодня день рождения Морган. В любой другой день я была бы не против.
– На мой счёт можно не беспокоится, – жизнерадостно произношу я.
Мерлин перестаёт смеяться, зло смотрит на меня, превращается в большого бурого медведя и усаживается прямо мне на колени, буквально размазывая меня по стулу своим весом.
– Слезай! – кричу я сквозь забивающий мне рот мех.
– Нет, пока не извинишься, – фыркает он.
– Ты меня раздавишь!
– Тогда не тяни. Извиняйся! – повторяет он, виляя задом, так что у меня кости начинают хрустеть.
– Ладно! Извини!
Он превращается в чёрного кота и сворачивается уютным клубком у меня на коленях, глядя снизу вверх большими зелёными глазами с абсолютно невинным видом. Я открываю рот, чтобы высказать ему всё, что думаю, но тут замечаю, что мама с Дорой едва сдерживают смех.
– Знаете, вы так его ещё сильнее подзадориваете, – мрачно произношу я, а потом, сама того не замечая, чешу Мерлина за ухом.
– Так на чём мы остановились? – спрашивает Елена. Она запрыгивает на стол в обличье бенгальской кошки и начинает элегантно вылизывать лапу, абсолютно игнорируя присутствие Мерлина. – Разве мы не собирались дарить подарки?
– Да, спасибо, Елена. – Мама улыбается. – Дора, давай начнём с тебя?
– Да! – Дора достаёт из сумочки криво упакованный подарок и толчком отправляет его мне по столу. – Я так рада, что ты сдала ЭЮВ, Морган! Уверена, что это пригодится тебе в школе.
– Спасибо, Дора. – Я широко улыбаюсь и разрываю обёртку. Внутри оказывается нечто совершенно несуразное. – Ого! Это… Эм…
– Тебе нравится?
Я держу в руках огромный рюкзак, разрисованный мётлами, чёрными котами и ведьмовскими шляпами.
– Правда,
– Ух ты! Спасибо! Как здорово! – восклицаю я со всем энтузиазмом, на который способна. – Правда, так я могу случайно выдать, что я ведьма. Может, на всякий случай не стоит носить его в школу?
Дора со смехом качает головой.
– Но в этом вся шутка! Все будут говорить: «Смотрите, там Морган с её крутым ведьмовским рюкзаком», а ты и на самом деле ведьма!
– Ха-ха, да, очень забавно, – говорю я с застывшей улыбкой. – Наверное. Спасибо, Дора!
– А ещё она может себе на спину прилепить записку: «Пожалуйста, посмейтесь надо мной», – бормочет Мерлин, но мама и Дора так увлечены рюкзаком, что не слышат его.
– А теперь, – говорит мама, когда они наконец-то заканчивают восхищаться подарком Доры, – моя очередь.
Она щёлкает пальцами, и из шкафа выплывает плоская, прекрасно упакованная коробочка, а затем опускается прямо передо мной.
– Спасибо, – бормочу я, развязывая красивый бант.
Внутри оказывается небольшая подарочная коробка. Я снимаю крышку и ахаю от изумления, увидев невероятной красоты кулон на тонкой золотой цепочке. Я осторожно поднимаю его и рассматриваю вставленный в изящную оправу камень цвета морской волны, который переливается на свету, словно волнующийся океан.
– Нравится? – нетерпеливо спрашивает мама. – Я получила его от мамы, когда мне исполнилось шестнадцать. Я думала подождать, когда тебе будет столько же, но ты так старалась, чтобы сдать экзамен, и… Кажется, сейчас тот самый момент.
– Мама, – говорю я тихо, – я в восторге. Он такой красивый!
– Примерь, – предлагает Елена, её жёлтые кошачьи глаза блестят от слёз.
– Давай помогу, – говорит мама. Она осторожно берёт цепочку за концы и застёгивает у меня на шее. – Готово. Тебе очень идёт.
– Ох, Морган, – всхлипывает Дора, а Макс, всё ещё в образе обезьянки, нежно гладит её по плечу.
– Какой трогательный момент, – брюзжит Мерлин. – Есть у кого-нибудь платочек?
– Что это за камень? – спрашиваю я маму, не обращая на него внимания. – Такой необычный.
– Не думаю, что он дорого стоит, – отвечает мама, щелчком пальца включая чайник. – Но для нашей семьи он бесценен. Насколько мне известно, его подарил твоей прапрабабушке колдун, который был отчаянно в неё влюблён. С тех пор он передаётся от мамы к дочери.
– Моя прапрабабушка была влюблена в колдуна?
Мама выглядит абсолютно шокированной таким предположением.
– Нет! Разумеется, нет. Ведьмы никогда не связываются с колдунами. А вот они часто влюбляются в ведьм, ведь мы для них совершенно неотразимы.