(не) Предал тебя
Шрифт:
– Нет у меня никаких веснушек. Тебе показалось.
После чего сразу отворачивается и начинает спускаться вниз.
Иду за ней, раз уж она согласилась быть моим экскурсоводом. Понять не могу, что именно училка от неё хотела. Разве можно заблудиться в этой микроскопической школе?
– Вон там столовая, – девчонка указывает куда-то в конец коридора, когда мы спускаемся на первый этаж. – Рядом со столовой спортзал и раздевалки.
Резко свернув направо, ускоряет шаг.
– В этом крыле кабинеты черчения и английского.
– О, круто! Ты мне жизнь спасла! Теперь я не заблужусь! – не скрываю сарказма.
Ева резко останавливается, и я сходу в неё врезаюсь. Хватаю девчонку за плечи, потому что она начинает падать. Но тут же отпускаю, когда к ней возвращается координация. Повернувшись ко мне лицом, Ева выпаливает:
– Ты спас меня сегодня, но почему-то сразу убежал! Я пыталась поблагодарить тебя, но ты чётко и ясно донёс до меня, что не нуждаешься в моей благодарности. Так что... – она вновь надевает маску пай-девочки и, растянув на губах искусственную улыбку, говорит уже спокойно: – Так что, давай оставим всё как есть.
– А как есть? – уточняю с усмешкой.
– Ты не очень доброжелательный, и явно ищешь проблем на ровном месте. Я не нуждаюсь ни в каких проблемах. Поэтому покажу тебе школу – и всё. Но если тебе вдруг понадобится моя помощь – я, конечно, помогу. Потому что...
– Я тебя спас! – заканчиваю за неё. – Если бы не я... Так и вижу, как тебя размазало бы по асфальту.
И тоном, и словами пытаясь намекнуть, что она теперь мне обязана.
Ева это отлично улавливает и тут же вспыхивает от недовольства. Маска пай-девочки вновь трещит по швам.
– Мы можем уже идти дальше? Сейчас перемена закончится, – с раздражением говорит она.
Спрашиваю с улыбкой:
– Какой сейчас предмет?
– Физкультура.
У меня с собой нет формы, я не планировал играть в их долбаный футбол. Кажется, все здесь немного помешаны на этом виде спорта. А уроков физры столько же, сколько, например, алгебры.
Когда Ева отворачивается, собираясь идти в сторону зала, я хватаю её за плечи, разворачиваю и притягиваю к себе вплотную. Она так ошарашена моим поступком, что даже не вырывается. Лишь голову вскидывает вверх и упирается взглядом в моё лицо.
– Эй, девочка с веснушками!
Сейчас наверняка вновь прижмёт ладонь к носу. Но пока она не успела этого сделать, я наклоняюсь и заговорщицки шепчу напротив её губ:
– Давай-ка, лучше прогуляем физру!
И нет, я не спрашиваю. Я уже решил, что мы туда не идём!
– Несмешно! – фыркает она и пытается отстраниться.
Но я держу очень крепко.
– Я и не смеюсь. У вас пятидесятипроцентная посещаемость. Кто-то заметит наше отсутствие? Правильно! Никто.
– Может, твоё отсутствие никто и не заметит, – язвительно бросает она.
Но мне уже пофигу. По-прежнему удерживая Еву за плечи, веду её по коридору. И она
– Мы не выйдем из школы, – усмехается она. – Охранник не выпустит.
– Я тебя умоляю!..
Приближаемся к охраннику. Тучный мужик в форме, и правда, преграждает нам путь.
– Куда? – глухим голосом спрашивает он.
Отпускаю плечи девушки и хватаю её за руку, переплетая наши пальцы. Она почему-то вздрагивает от этого.
– Так физра же на улице, – заявляю, уверенно глядя на охранника. – Сейчас все остальные подтянутся.
Он оглядывает нас с ног до головы, определённо, не наблюдая наличия спортивной формы. Да и рюкзаки у нас на плечах.
Сто процентов не верит.
Обращается к Еве:
– Это правда?
– Конечно, нет, – выдыхает девушка.
Чёрт бы её побрал!..
– И куда же вы тогда собрались? – охранник криво ухмыляется, явно воодушевлённый моим проколом.
– Да он новенький, – говорит Ева, покосившись на меня.
Всё это время она не оставляла попыток незаметно высвободить свою руку.
– Ему нужно покурить, – добавляет вдруг. – Попросил показать, где это можно сделать.
Моё лицо, должно быть, вытягивается от изумления.
Что она только что сказала?
Охранник прокашливается. Вновь проводит по нам взглядом. И отступает, освобождая путь к двери.
– До звонка три минуты, – говорит негромко.
И это звучит как «конечно, пусть идёт травится».
Я в шоке... Что это за школа такая дебильная? В моей прежней школе нельзя чадить на территории. Да и мажоры, с которыми я учился, включая моих друзей, педантично следят за своим здоровьем. В общем, мы за спорт и против курева и алкоголя.
Хотя мой брат думает иначе, считая нас торчками. Типа дичь, которую мы творим, можно совершать лишь под действием какой-нибудь хрени.
Мы с Евой выходим во двор, и она резко выдёргивает свою руку. Шагаем к воротам и под трель звонка на урок покидаем территорию школы. Отойдя метров на сто, девушка останавливается и укоризненно качает головой:
– Ты здесь всего второй день – и от тебя уже столько проблем.
Ха-ха... Смешно.
Приблизившись к ней вплотную, смотрю сверху вниз. Она задирает голову и упирается взглядом мне в лицо.
– Это я создаю проблемы? – я искренне удивлён. – Ты вообще соображаешь, что ты только что сказала охраннику?
Она пожимает плечами.
– А тебя так сильно волнует твоя репутация?
Да!
Чёрт...
Вообще-то, нет.
– Дело в другом. Почему он вообще нас выпустил?
– Потому что не станет бодаться с выпускниками, – спокойно поясняет она и нехотя добавляет: – И с теми, кто имеет отношение к футбольной команде.
А-а... Вот, в чём дело! Долбаный футбол! Видимо, какой-то особенный статус в этой школе имеют не только члены команды, но и их близкие. К примеру, сёстры...