Не покидай

Тимофеева Анюта

Публика скоро, по-моему, его выкрадет, и буду до конца полета его разыскивать и из чужих рук выручать.

А Эмиль узнавал соотечественниц по взгляду, от которого ему инстинктивно хотелось опуститься на колени. Но он оглядывался на меня и давил эти желания в зародыше.

Эмиль

Эта планета как будто грязная, серая. Вперемешку машины, садящиеся и взлетающие аэрошки и везде большие серые дома, просто огромные. И совсем нет садов, деревьев, даже газонов или клумб. А мужчины здесь…

У нас на таких ни одна госпожа бы не посмотрела.

Если госпожа меня спросит, как мне здесь понравилось, я ведь буду вынужден ответить, и она расстроится. А если солгать, сказать, что очень нравится… За эту ложь спина должна быть в лоскуты. Это что же, я теперь как инопланетник думаю, пытаясь решить за госпожу, что может ее огорчить? Госпожа, лучше не спрашивайте меня ни о чем…

Но, видимо, Матерь Всего Сущего не услышала меня. Госпожа все-таки спросила меня:

— Эмиль, как тебе здесь? Вижу, что не очень.

— Госпожа, мне хорошо везде, где вы рядом. Мне здесь интересно, но непонятно.

Госпожа проследила за моим осуждающим взглядом вслед особенно непривлекательному, неухоженному мужчине и объяснила мне:

— Понятнее всего будет, если я скажу, что все эти мужчины — спецы. Кто-то из них лучше, кто-то хуже как спец, но женские глаза их вид не радует, это точно.

Анита

Земля. Наконец-то. Уже несколько месяцев нас здесь не было, нас с Крисом. Интересно, кого ожидают увидеть мои друзья и коллеги: амазонку в звериных шкурах и с луком? О Венге и живущих там женщинах каких только историй не ходит, и в основном это сплошные байки. Я-то знала многое о планете из рассказов бабушки, а потом мамы, правда, она об этом не очень любила говорить, и все равно после приезда удивлялась очень многому.

А, может, они ожидают принцессу с гаремом из великолепных мужчин? Принцессой мне не быть, хотя иногда очень хочется. Но разве принцесса приведет к себе домой раба, чтобы потом просто его лечить и заботиться о нем? И вовсе я не рассчитывала тогда, что потом он будет обо мне заботиться, и я уже ни на кого его не променяю. Хотя из всего ожидаемого великолепные мужчины точно присутствуют.

Впрочем, думаю, что наши общие знакомые больше переживают за Криса: понятно, что женщине на Венге живется совсем неплохо, особенно если есть деньги, а вот когда мужчина добровольно отправляется практически на заклание… Борис его даже предупреждал и несколько раз просил хорошенько подумать, прежде чем принимать решение.

В общем, вот оно, главное развлечение сезона: венговка «из своих», ее муж, который должен рассказать про разные ужасы, которые проделывают с мужчинами и, а вот об этом я специально не предупредила, второй муж! Причем родом с Венги, классический местный уроженец. Повеселим народ, сплетнями обеспечим на год вперед.

К нам, в мою бытность на этой работе, иногда заходили поболтать бывшие сотрудники — кто-то переехал в другой город, а иногда даже в другую страну, а здесь оказался проездом и захотел навестить знакомых (читай — похвастаться), кто-то работает уже в другом месте и в гости

заглянул с той же целью — пообщаться. Так что меня здесь точно ждут, тем более с такими экзотическими рассказами.

Наш визит я подгадала к послеобеденному времени, да еще и в пятницу. Думаю, вряд ли кто на меня обидится, если рабочая неделя закончится так оригинально и весело. Позвонила подружкам, предупредила: «Ждите!», узнала, что наш Сан Саныч как раз на месте. Точно будет весело, юмор у него простой, солдатский, а по вытряхиванию из тебя жизненных подробностей он главный специалист.

Мое появление вместе с двумя красавцами производит необходимый эффект. Причем нас вдвоем с Крисом еще могли ожидать, а вот кто третий… Крис прячет усмешку, Эмиль абсолютно спокоен, по крайней мере, внешне. Нет, объяснять сейчас по дороге ничего не буду, дождусь общего сбора.

Заглядываю к девчонкам, машу им, чтобы присоединялись. Миг изумления, потом восторженные вопли и, точно, Кристиана рады видеть живым и здоровым еще больше, чем меня. Ну, вот здесь я точно не ревную, только радуюсь его способности очаровывать всех вокруг.

Народ начинает собираться в комнате отдыха, Крис уже быстро расстилает скатерть — самобранку: экзотические фрукты, закуски, он сварил тайшу — попробовать; вино мы купили уже здесь, не зря его на Венгу завозят, а не вывозят. Но главное блюдо — это мы втроем.

Не дожидаясь остальных, к Крису буквально прилипает Даша:

— Живой, надо же! Мы уже и не ожидали тебя увидеть, про вашу планету обычно такие ужасы рассказывают! Дай, хоть потрогаю тебя, что ли, — она виснет у него на шее.

Кристиан делает очень серьезное и скорбное лицо, чувствую, сейчас будет очередное представление.

— Даш, вот ты сейчас до меня дотронулась, а по нашим законам моя жена и госпожа должна меня теперь убить, причем медленно и мучительно. — Дашка растерянно смотрит на него, потом переводит взгляд на меня — неужели это правда, что же она наделала?

Крис, не давая ей опомниться, продолжает:

— Мужчины обязаны ходить в полностью закрытых одеждах, лицо тоже закрыто, только глаза видны. Не дай бог открыть свое лицо перед чужой женщиной — сразу казнь, медленная и мучительная. Здесь мы с Эмилем просто очень странно смотрелись бы в таком виде, поэтому мы в привычной вам одежде. А там положение обязывает. Вот, Эмиль, подтверди!

Эмиль смотрит на меня, видимо, у него в голове идет борьба между абсурдностью утверждения и привычкой подчиняться приказам. К тому же, если Старший говорит, а госпожа не опровергает, значит, это для чего-то нужно? В общем, Эмиль тоже кивает, подтверждая.

До коллег, так и прилипших к стенкам с открытыми ртами, и до главной виновницы этой сцены медленно доходит:

— Да ты гонишь! Блин, а я ведь купилась, уже и не знала, что Анютке предлагать, чтобы тебя спасти!

— Здорово я придумал? — бессовестно ржет Крис.

Я тоже уже не могу сохранять серьезное лицо, давлюсь от смеха:

— Вот теперь вы представляете, как я живу? Как на пороховой бочке, поставленной на минном поле — не знаешь, откуда рванет.

Крис отсмеялся, вытирает слезы: