Не покидай
Шрифт:
Когда пришелец появился в гаремном зале, там уже все бурлило.
— Старший, ну ты же разрешишь нам поиметь эту инопланетную куколку? Судя по всему, его надо обучить правилам поведения.
— Госпожа сказала мне, что любой, затеявший драку в гареме, будет отправлен на продажу. На инопланетнике не должно быть ни одной царапины.
— А мы не будем его царапать, Рийчард, мы ласково! Ему даже понравится!
— Кажется, это вы меня обсуждаете. Зря надеетесь, на «ласково» я тоже не согласен, — инопланетник подошел к Старшему. — Вы не представляете, как я не хочу
Гарем как гарем. Большой зал, высокие потолки, кажется, витражи наверху. Привычная картина — старшие мужчины за кальянами; правда, расслабленными они не выглядели, наоборот, все были какими-то взбудораженными.
Кристиана ощутимо потряхивало. Вот сколько бы их ни было, этих новых гаремов, а все рано пробирает! Все равно себя добычей чувствуешь!
Посреди ночи в дверь кто-то поскребся, а потом осторожно зашел. Зайти к ней мог только Крис, удивительно только, что он разбудил ее среди ночи. Выныривая из сна, Анита некоторое время всматривалась в темноту, потом все-таки включила свет.
— Госпожа, простите, что я вас разбудил… Пожалуйста, не поднимайте шума, — Крис был бледно-зеленый, даже говорил с трудом.
— Кто это тебя?
— Я думал, что днем договорился. Ошибся. Пожалуйста, не зовите никого.
— Ты … ты живой вообще?
— В порядке. Я после выступления буду об этом думать.
— Ты в своем уме? В таком состоянии ты собрался выступать?
— А вот это я сделаю в любом случае. Иначе будут считать, что я сдался. А я вас не подведу. Я так готовился!
Крис
Договорился. Да, видно, не совсем.
Я начал просыпаться от каких-то шорохов. Еще не успел прийти в себя, как мне вывернули руки, заткнули рот и вытащили в коридор. Реакции у меня со сна какие-то замедленные, я даже толком среагировать не успел — ни вырваться, ни рассмотреть тех, кто меня тащил. В комнате темно было, а в коридоре мне на голову сразу что-то накинули.
По ощущениям — их было человека три или четыре. Молчали, твари, хотя вряд ли я бы их по голосам распознал. Кто же эти мстители ночные, кому не спится? Старший, что ли, с которым я так невежливо поговорил? Или там еще нашлись обиженные? Дергаться я по дороге все-таки дергался, ногами несколько раз кому-то прилетело. Потом буду по синякам опознавать.
Меня где-то сгрузили. В гаремном зале, что ли? Да нет, вряд ли, не такие они идиоты. Наверное, кладовка или еще что.
На самом деле мне было очень страшно. Все, что я себе представлял, когда со Старшим разговаривал, сбывалось. Провидец, б-ть. Вот тварей я этих только не предвидел. И дверь ведь я все-таки на ключ закрывал. И, главное, я не ниндзя ни разу, у меня с заломленными руками и слепым драться не получается.
Драться и не потребовалось. Я просто получил то, от чего так старательно уклонялся. В процессе, конечно, не обошлось без пинков по ребрам, почкам — там, где не видно; по лицу они старались не попадать. А потом все-таки по голове стукнули профессионально.
Пришел в себя действительно
Выбрался из кладовки я без проблем, оказалось, что все еще ночь, времени немного прошло. Пошел в свою комнату, впрочем, если быть честным, пополз… И вообще, наверное, в коридоре по дороге следы остались. Но для меня сейчас было главное самому там не завалиться и не обеспечить всем остальным утреннее развлечение.
Анита все равно узнает. Утром полутруп в моей комнате найдет…
Да что я вру сам себе, просто не смогу сейчас один оставаться.
Анита и Кристиан
— Ты уверен, что до завтра доживешь? А то вид у тебя такой, что даже чтобы в гроб положить, надо немного подгримировать.
— Все хорошо, госпожа. Я за ночь и полдня отлежусь. Помните, я хвастался вам, что живучий? А если лекаря сейчас позовете — все узнают. Если завтра не выступлю — все тем более узнают и позлорадствуют. А я им такого удовольствия не доставлю.
— Ладно, что же с тобой делать. Я почему-то и не сомневалась, что ты так ответишь. Только на ночь останешься в моей комнате.
— Спасибо, госпожа. На это у меня точно возражений нет.
— У меня что, задница медом намазана? Может, надо сразу себя предлагать, и понастойчивее, тогда желающих поменьше будет?
Анита вгляделась в угол: Крис свернулся в комок, насколько это может сделать взрослый мужчина. Возможно, невпопад, но она ответила то, что уже давно хотелось сказать:
— Знаешь, иногда шлюхой и шалавой женщину или мужчину называют именно потому, что они ими не являются… Иди-ка ты ко мне поближе!
— Не надо, правда, мне кажется, что вы об меня запачкаетесь.
— Глупый мальчишка. Надо было тебя сразу в мою комнату взять.
— А это мне урок, госпожа, что не надо оставлять за спиной нерешенные проблемы.
Анита была уверена, что Крис уже все предусмотрел, но все равно волновалась так, как будто это ее выступление. Причем она вовсе не боялась, что Кристиан не справится и опозорит ее перед местными госпожами, просто понимала, что для него это очень важно и неудачу он будет переживать гораздо сильнее, чем она.
В назначенное время ее мужчина, проглотивший для верности пригоршню таблеток, напоминал ожившую эротическую мечту. Причем континентальных или венговских женщин — без разницы.
Они вместе решили особо не мудрствовать с костюмом: темные брюки, белая рубашка с высоким воротом и черный бархатный пиджак, слегка поблескивающий отделкой на лацканах. Вид стал… какой-то аристократический и, в то же время, у Аниты руки непроизвольно потянулись — забрать себе и не отпускать! И плевать на концерт, плевать на этих женщин, жадно ждущих его выступления! Ага, как раз на них-то и не плевать — стоит только представить себе их взгляды!