Не откажусь, девочка
Шрифт:
— Почему ты отказываешься от лечения? — мне не хотелось обо всем этом говорить, но и согласиться на его предложение я не могла.
— Хочу прожить полгода, а не просуществовать год, — ответил он. — Поедем с тобой, куда захочешь. В любую точку мира.
Решил устроить себе медовый месяц перед смертью? Если бы на кону не стояла жизнь Арсена, да и моя тоже, я бы рассмеялась. Потому что чувствовала, как истерический смех накатывает на меня. Но я прекрасно осознавала, что теперь Ахшару нечего терять, тем он и опасен.
—
— Опять вопросы? Мне это не нравится, — холодно произнес он, медленно поглаживая пальцами обивку подлокотника. — Женщина должна молчать и соглашаться со своим мужчиной.
На языке так и вертелось – «ты не мой мужчина», но я благоразумно промолчала.
— Всегда была своевольной.
— Я не изменилась. Наверное, стала еще более невоспитанной, если судить через призму твоего менталитета. Последние дни тебе лучше провести с теми, кто тебя действительно любит.
— Я сам решу, как и с кем я буду жить, — оборвал он меня, поднялся на ноги и подошел к дивану. — Луна, мне не нравится, что ты споришь, — еще один шаг, он стоит надо мной. — Я положу на твой счет крупную сумму денег, вам с Тимуром хватит на безбедную жизнь.
Так и хотелось сказать, куда он может засунуть свои деньги. Я не соглашусь на рабство. Кто знает, что за тараканы роятся в его больной голове?
— Мы не можем уехать, Тимур в больнице. Я не готова думать ни о ком, кроме своего сына, — это был камень в его огород, и Ахшар это понял, глаза резко сузил, челюсть сжал.
— Ты хочешь сказать, что я плохой отец?
— Я этого не говорила, — поспешила ответить, потому что он уже занес руку для удара, но сам себя остановил. Еще одно доказательство того, что люди не меняются и не становятся лучше.
— Пока Тимур не поправится, я никуда не поеду, а ты останешься со мной.
— Я ведь еще не давала согласия.
— Дашь. А когда за тобой приедет полиция, сообщишь им, что по доброй воле пришла ко мне, — это была чистая угроза. Он схватил меня за подбородок и сильно сжал. — Ты меня поняла?
— А свидетели? Люди видели, как меня похищали, — Арсена специально упоминать не стала, чтобы его еще больше не злить.
— Все очень просто, ты скажешь, что тебе удалось сбежать, а потом ты пришла ко мне.
— В это никто не поверит, — тихо произнесла. Неужели он настолько отчаялся, что не понимает абсурдности своих действий?
— Сделай так, чтобы поверили, — сдавил пальцами подбородок с такой силой, что там наверняка останутся следы.
— Мне больно, — попыталась убрать его руку, но он лишь сильнее сжал пальцы.
— Будет еще больнее, если ты ослушаешься. Сейчас ты позвонишь своей подруге и скажешь ей, что остаешься со мной…
******** ********
Арсен
В какой-то момент остался один. Вокруг полно народу, бесполезные метания, шум, меня накрывает. Паника. Жуткая, пробирающая до костей. Сметающая разум. Ставящая
— Арсен, мои отзвонились, — подошел ко мне Сокол, крутя в руках телефон.
— Есть новости? — за последние несколько часов я уже раз сто произнес эту фразу. Ребята весь город по секторам разбили, скинули своим безопасникам данные по машине, а те искали. Все эти долгие гребаные часы.
— Есть. Давай сразу всем скажу, — крикнул пацанам.
Не прошло и минуты, как мы стояли в кругу, рядом Петрович, еще несколько полканов, готовых выслужиться перед Петровичем.
— Слушайте, — Сокол включает запись, где четко слышно, как какой-то урод отчитывается о проделанной работе.
«Девочку доставили. Клиент принял. Тачку сбросили...»
Не исключено, что речь не о Луне, но я хватаюсь за эту информацию, потому что тогда можно начать действовать, а не протирать подошву бесполезными метаниями.
— Люди Кабана, — уточняет Сокол. Меня немного отпускает, потому что есть след. — Мои уже пробили инфу по номеру телефона.
— Откуда информация? — интересуется Петрович. Ему не нравилось, что частники лучше отработали, чем его люди.
— Мой начальник безопасности в бывшем полковник РЭБа (радиоэлектронная борьба) при штабе армии, у них более серьезная аппаратура и люди. Попросил прослушать записи, они помогли.
Все наши разговоры записываются и хранятся в базе данных. Если сузить круг поисков, забить кодовые слова, можно прослушать небольшое количество сообщений и найти то, что ищешь.
— Я поеду к Кабану, — твердым голосом произнес Егор.
— Мы сами…
— Петрович, я тебя очень прошу, — перебил Егор генерала. — Не лезь. С этими людьми по-другому пообщаться придется. Если вы их повяжете, мы потеряем время, — посмотрел на меня. Без слов было понятно, что хотел сказать Егор. Каждая минута на счету, что может сделать этот урод Луне, пока менты будут выбивать инфу?
— Егор… — качнул головой Петрович.
— Я знаю, что делаю, доверьтесь.
И мы доверились. Потому что уходило время. Егор уехал со своими ребятами. Я хотел с ним поехать, но наткнулся на твердое:
— Ждите у Тигиевых. Позвоню.
В такие моменты он напоминал отца. А тот был страшным и опасным человеком. Что задумал Егор? Мне не хотелось вмешивать друзей в неприятности, но от помощи не отказался. На кону стояло две жизни — моя и Луны. Случится с ней что, не прощу себя. Дальше не будет жизни…
Я бы тоже поступил как Егор. Каждый из нас. Но за себя не страшно, а за друзей переживаешь. Егор старался держаться от дел отца подальше, а вот из-за меня влез…
Ждать… как же трудно и тяжело. Жилы выворачивало, голова болела, перед глазами красная пелена ярости. Если он пальцем к ней прикоснется… убью… Но тут же голос разума в голове: «как Тимуру в глаза смотреть станешь? А ведь придется… он сын Луны, значит, и мой».