Не моя

Савицкая Элла

– Ты любишь острое, я помню. Крылышки, я ведь обещала.

– Да, отлично. И по-больше.

– Хорошо. Я пойду, а то Маша зовет кофе пить.

– Ладно. Больше чтоб не пропадала.

– Не буду. Хорошо тебе выступить сегодня.

– Спасибо. Целую, Насть.

– Целую.

– Я люблю тебя.

– Созвонимся, Стас. – И трубку положила, в очередной раз не ответив. Парень засунул телефон обратно в карман и бросил долгий взгляд в окно. Что-то не так было, нутром чувствовал. Если бы увидеть ее, он бы вытряс правду, а так по телефону это хрен сделаешь. Наверное, первый раз за все время у него на полном серьезе мысль об отмене концерта поселилась. Плюнуть, сорваться и к ней поехать.

С собой забрать и чтобы ездила с ним на все выступления. Мало ли что могло произойти. Может с фирмой отца опять что-то, а она не говорит, чтобы его не расстраивать. Снова достал телефон, и спрятал обратно. Не звонить же еще раз. Стаса позвали в зал, и парень, тряхнув головой, побрел на сцену.

***

Через неделю Виктор позвонил в Машину квартиру. Блондинка впустила его, пока Настя крутилась на кухне, готовя обед. За эти дни легче не стало. Она заметила только, что настроение более – менее докатывалось до нормальной отметки, когда звонил Стас. Ему удавалось вытянуть ее из болота постоянных размышлений. Шутками, рассказами, да и просто голосом. Когда она слышала его, решение казалось таким простым, лежащим на поверхности. А когда ложила трубку, ее снова затягивало обратно. В водоворот сомнений и самоистязаний.

– Любимая? – голос Виктора прозвучал так неожиданно, что Настя уронила тарелку с нарезанными помидорами на белоснежный кафель, так и не донеся ее до сковороды, и та разлетелась на мелкие осколки. Обернулась и встретилась с серыми глазами супруга. Машка за его спиной топталась.

– Маша, дай нам поговорить, – прозвучало как приказ, но по-другому он и не умел.

Подруга скорчила виноватое лицо, и поплелась в комнату. Виктор провел ее взглядом, а потом прикрыл дверь на кухню. Настя открыла дверцу под раковиной, чтобы достать щетку, но Виктор взял ее за запястье и потянул на себя, усаживая на стул. Сел напротив.

– Настя, послушай. У меня есть три дня, и я хочу провести их с тобой. Вдвоем.

– Витя, я не знаю.

– Пожалуйста, Настя. Ты поймешь, что теперь все изменится. Просто дай мне этот шанс. Поехали домой. Театр, выставки, что хочешь? Я готов на все, только давай попробуем еще раз. Пожалуйста.

Настя тяжело вздохнула, сцепив холодные пальцы. Но шанс решила дать. Не ему. Себе. Если девушка почувствует, что внутри есть еще чувства, и их можно возродить, то она ухватится за эту возможность.

Пара уехала домой. Виктор повез Настю в оперный театр, где в ложе не выпускал ее руки. Настя не любила оперу. Никогда. Драмтеатр да, балет, но не оперное пение, от которого закладывало уши. Ну, не понимала она этого искусства. Виктор наоборот восторгался талантами, игрой на музыкальных инструментах. Рассказывал ей о какой-то оперной диве, с которой познакомился в прошлом году. Настя слушала, стараясь сосредоточиться на нем. На его рассказах, стараниях. В ресторане Виктор пригласил Настю танцевать. Впервые за все эти годы он не был напористым. Уверенным, внимательным, но он настолько пытался произвести на нее впечатление, что это раздражало. Купил букет роз по пути домой. Недалеко играли уличные музыканты, и Настя остановилась, вспомнив вдруг, как Стас играл так же в Лос-Анджелесе.

– Не понимаю я этого. Как можно вообще разрешать захламлять улицы вот этим отребьем? – возмутился Виктор, подталкивая Настю под локоть к парковке.

– По-моему хорошо играют.

– Любимая, если бы они хорошо играли, они бы не стояли сейчас здесь на улице, а как минимум в клубе, или на дискотеке.

– Ну, нужно же с чего-то начинать. Возможно, это их первые шаги. – Больше из принципа начала заступаться за совершенно незнакомых ребят. Виктор не ответил. Раньше бы настоял на своей точке зрения, а

сейчас решил промолчать. Следующие два дня были самыми долгими в жизни девушки. Приторно – сладкими, как свежесобранный мед. Вкусный, но его сладость настолько выражена, что вызывала тошноту. Совместный просмотр фильмов, завтраки, обеды, ужины. Господи, раньше Настя об этом только мечтать могла. Она, как обделенный ребенок, ждала его внимания, а сейчас все события проходили мимо. Ждала минуты, когда супругу звонили, чтобы просто побыть наедине с самой собой, без его навязчивых рук, которые как никогда часто гладили ее ладони, колени. Но дальше так и не заходили. А Настя бы и не позволила. Она не хотела его. Никакой реакции тела и мозга. Холодное равнодушие.

Виктора было слишком много. Парадокс. Настя находилась в одной гостиной с мужем, а мыслями совершенно в другом месте. Со Стасом. И как бы не пыталась заставить себя переключиться, ничего не получалось. Все так или иначе возвращало ее мысли к нему. Она закрывалась в туалете, чтобы ответить на смс. Тайком проверяла телефон, улыбаясь очередному сообщению вместо того, чтобы сосредоточиться на фильме. А после отъезда Виктора поняла, что дело не в Стасе. Не стань его сейчас, их отношения с супругом никогда не вернутся в прежнее русло. Он так и будет чувствовать себя виноватым за то, что сделал с ней, а она за то, как поступила с ним. Если бы в их семье был ребенок, как правильно сказала Маша, все было бы иначе. Настя бы не смогла лишить его отца, так же, как и у Виктора отнять возможность каждый день видеть их малыша. Но природа их этим обделила. Так зачем сейчас заставлять себя жить с человеком, которого не любишь, и обрекать его на ежедневную ложь? Смотреть в глаза, отдаваться в постели, но при этом не чувствовать любви. Виктор такого не заслуживает. Он умный, привлекательный мужчина, который еще сможет найти ту, что способна одарить его любовью. Настоящей и искренней. Но это будет не Настя.

Девушка решила не говорить супругу о своем решении до его дня рождения. Осталось две недели, она подождет. Вина тяжелым грузом лежала на ее плечах. Какую боль она причинит любящему ее мужчине, но поступать так ни с собой ни с ним не могла. Она готова перешагнуть эту черту, чтобы узнать сможет ли снова быть счастливой. А она сможет. Да она уже счастлива. От одной мысли, что сможет быть с любимым человеком, Настю охватывал восторг. Она так соскучилась по Стасу. По его непосредственности, драйву. По тому ощущению, которое испытывала рядом с ним. Она чувствовала себя живой, настоящей.

Все приготовления ко дню рождения Свиридова были возложены на специальную фирму, занимающуюся организацией праздников. Все, что нужно было сделать – это предоставить список гостей и выбрать меню. Если список был отдан организатору еще три недели назад, то с меню нужно было разбираться прямо сейчас. Как бы Насте не хотелось оставаться в стороне, но оставалось совсем мало дней и они с Машей отправились в ресторан. Витя хотел, чтобы все прошло идеально, поэтому попросил Настю со всей ответственностью подойти к каждому блюду и тщательно попробовав, выбрать самые вкусные.

– Насть, а устрицы обязательно должны присутствовать? – скривила маленький нос Машка. Официанты не стесняясь, глазели на блондинку в черном обтягивающем платье до колен, а девушка, зная свое воздействие на них, только глаза закатывала.

– Витя хочет, чтобы стол ломился от деликатесов.

– Жуть. Я их пробовать не буду, даже не думай. Сама давай. – Настя покачала головой, но взяв одну устрицу, осторожно вылила себе ее в рот. В принципе к их вкусу она привыкла давно, но эта показалась ей странной. Горьковатой и с неприятным запахом. Взяла вторую на всякий случай. Тоже самое.