Не дрогни
Шрифт:
Звонит мобильный. На экране – 911.
– Джейнс.
– Иззи, это Пэтти снизу. Только что позвонил кто-то, кто утверждает, что он твой серийник. Хотел узнать твой добавочный, если ты на месте. Я дала…
Настольный телефон Иззи загорается.
– Отследи звонок, Пэтти, – говорит она и завершает вызов. Затем берёт трубку.
– Детектив Джейнс у аппарата. Кто говорит?
Когда Иззи была на первом году работы в качестве детектива, Билл Ходжес сказал ей, что будет удивлена, как часто этот простой вопрос выбивает из человека имя.
Но только не в этот раз.
– Билл
– Какого рода…
– Я знаю, как вы тянете время. Если хотите фото – дайте номер. Не хотите – я кладу трубку и отправляю его Бакайскому Брэндону.
Говорит взрослый мужчина, без явного акцента – по крайней мере, Иззи не улавливает. Возможно, лингвист-эксперт на записи услышит больше.
Иззи называет свой номер. В следующий раз – если он будет – она запишет разговор.
– Спасибо. Я отправляю фотографию, потому что хочу, чтобы вы увидели имя ещё одного человека, который содействовал убийству Алана Даффри. До свидания.
И всё – он разъединяется, но через несколько секунд телефон Иззи издаёт сигнал. Пришло сообщение. Она открывает его и видит фотографию: крупным планом – женская рука. Весь фон серый. Возможно, бетон.
Тротуар?
На руке женщины, печатными буквами, написано имя: Коринна Эшфорд. В деле Алана Даффри она была присяжной №7.
Триг завершает звонок с «горячего» телефона (в бардачке и в отделении с инструментами его Тойоты лежат ещё три таких). Не утруждает себя тем, чтобы вытащить SIM-карту. Пусть попробуют отследить местоположение, если смогут. Он находится на парковке у «Аудитории Минго», где в эту пятницу проходит шоу кастомных автомобилей с участием кантри-группы Ruff Ryders.
Основная стоянка забита машинами, на многих – стикеры вроде «Подумай дважды, потому что я не буду» и «Девчонки тоже любят оружие».
Триг подходит к ближайшей мусорной бочке, протирает телефон и бросает его внутрь. Возвращается в машину, заводит двигатель, уезжает. Возможно, телефон найдут (а может, его заберут утренние мусорщики в субботу). Даже если не найдут – по IMEI (уникальному «отпечатку» устройства) можно будет определить, где покупали телефон, – а это была забегаловка в Уилинге, штат Западная Вирджиния. Куплен он был за наличные, более двух месяцев назад. Если запись с камер наблюдения за тот день ещё существует – что маловероятно, – на ней будет видно: белый мужчина среднего роста в кепке с логотипом «Денвер Бронкос» и в солнцезащитных очках от Foster Grant.
Триг считает, что предусмотрел всё, но понимает: что-то он всё равно мог упустить. Как, например, тогда – забыл табличку автостопщика. Которая до сих пор лежит в багажнике.
Он, возможно, серийный убийца (и уже почти смирился с этим званием, хотя и не радуется ему), но уж комплексом бога точно не страдает. Если он продолжит – а он собирается – его в конце концов поймают.
Разговор с оператором 911, а затем с Джейнс – был рискованным. Отправить ей фотографию – ещё более рискованно, но Триг не может позволить себе просто так списать
Эшфорд должна узнать.
Он мог бы сообщить Джейнс местоположение тела, но тогда каток «Холман» стал бы местом преступления, а он хочет приберечь его для того, что теперь сам называет гранд-финалом.
Хотя, конечно, тело наркоманки могут найти и раньше – он это понимает. Это частично зависит от того, появятся ли рабочие, которым будет нужно зайти в каток в течение следующей недели. Он думает, что нет. Здание ведь признано аварийным.
Но городские службы – не единственная угроза. Даже если пока наркоманы туда не проникали, это не значит, что в будущем они не доберутся. Вполне возможно, что не он один знает про фокус с «кодом сантехников». Кто знает – может, там уже бывали, просто ничего не оставили после себя. Кто сказал, что все наркоманы – свиньи? Есть вероятность, что какой-нибудь торчок не заявит о находке, но скорее всего он сделает анонимный звонок (предварительно обыскав труп в поисках наркотиков или денег).
Есть и ещё один вариант: в зависимости от жары в ближайшие дни, кто-то может почуять запах разложения и отправить кого-нибудь из работников парка на проверку. А было бы жаль – Триг хотел снова использовать каток.
Если тело найдут – придётся пересматривать планы.
Как гласит вековая мудрость: дерьмо случается.
Холли выводит их через южный холл Макбрайда сразу после выступления Кейт, оставляя охотников за автографами у сцены с носом. (Позже она поймёт, что так легко будет не всегда.)
Книжный магазин выделил седан. Кейт, всё ещё на подъёме после шоу, даже не жалуется, что им предстоит ночёвка в «Холидей Инн».
– Хорошо прошло сегодня, да? – спрашивает она.
Корри говорит, что всё прошло отлично, Холли соглашается. Но на самом деле, когда Кейт вошла в раж, у Холли почти не осталось сил, чтобы оценить её остроумие и праведную ярость. Её ясность. Будь она в зале, она бы этим наслаждалась – и ясностью, и речью, и реакцией.
Но она здесь не для того, чтобы наслаждаться и восхищаться. Она передаёт Корри несколько распечатанных кадров – скриншоты, которые она заранее попросила у менеджера сцены. Это снимки с камер, направленных на публику, показывают первые три ряда центральной секции. Из-за света со сцены лица получились достаточно чёткими – они обращены вверх, на Кейт.
– Видишь кого-нибудь, кто похож на ту женщину, что напала на тебя в Рино?
Корри пролистывает снимки и качает головой:
– Всё произошло так быстро. И шёл дождь. Не могу сказать, есть ли она здесь или нет.
Холли забирает фотографии обратно.
– Это была авантюра.
Кейт их не слушает.
– Вам правда понравилось, да? Только честно.
Корри в очередной раз уверяет её, что да, понравилось. Холли вновь – в четвёртый или пятый раз – оглядывается, проверяя, нет ли машин слежки. Но сейчас уже темно, и кто разберёт – за спиной просто силуэты в свете фар.