Не должен
Шрифт:
Мужчина переключился на центр возникшего сыр-бора — Сору. Она тем временем пребывала в несколько шокированном состоянии. Этого человека она уже видела и встречала ранее, и в скором времени припомнила, где именно. Демон Азазелло из забегаловки! Вот чего она точно не ожидала. Впрочем, в следующую секунду девушка себе в очередной раз напомнила цель поездки. Большую и ответственную. И чтобы достигнуть её скорейшим образом, лучше бы оставить свои предрассудки и прочие нехорошие качества здесь.
Ровно в полночь белый высокоходный самолёт взмыл в ночную синь, оставляя светящийся яркими огнями
Тогда она ещё не догадывалась, что зовёт их вовсе не Австралия, а место начала и конца.
Оно ждёт замыкания цепи или её продолжения.
========== Глава 32. Рубеж. Миттельшпиль ==========
Первый полёт на самолёте — это такое же неповторимое ощущение, как первая езда на гидроцикле или же прыжок с парашютом. Ты примерно представляешь, как работает такая конструкция: двигатели, топливо, управление, но когда земля, деревья и здания остаются внизу, задумываешься над реальностью происходящего.
Сора просто не могла спать, хотя была ночь. Они летели в бесконечном синем небе. Иногда самолёт заныривал в такие пушистые, кучные облака, в другой раз словно скользил по идеальному льду над игривыми перистыми. Лунный и звёздный свет частично отражался от них, из-за чего создавалось впечатление, будто облака тоже светятся, мерцают. Казалось, волшебнее быть уже не может, но в подобного рода вещах нет предела. Через полтора часа полёта далёкая, темнеющая бурым цветом земля сменилась сверкающей поверхностью.
Океан. Настоящий ночной океан простирался внизу. Его безмерно большие волны ударялись друг об друга, рассыпались в брызгах, плясали гребнями. Поверхность воды в полной мере отражала всё ночное небо, вместе со всеми его бесчисленными звёздами, и Сора потеряла правильность восприятия. Ей показалось, что они летят вверх ногами, удаляются в чернеющий и такой загадочный космос.
— Кейджи, гляди, — заворожено прошептала она, нащупывая его плечо рядом.
Послышалось короткое, чуть недовольное мычание. Сора повернула голову и обнаружила, что брюнет спит, сложив руки на подлокотниках и откинув голову на спинку. Но он всё-таки разомкнул глаза и прищурено посмотрел в иллюминатор.
— Красиво, — выдохнул Широми, протянув средний слог, на который пришёлся зевок.
Потом развернулся и по-хозяйски закинул руку на талию Кимуры, пристраивая голову на её плече. Заколотые волосы вкусно пахли ромашками, перемешиваясь с её собственным запахом. Девушка улыбнулась и обхватила его ладонь своими двумя, продолжая смотреть в окно. Одно лишь начало было уже незабываемым.
Сора уснула где-то лишь в пятом часу, а в семь стали ходить стюардессы, предлагая еду и питьё. Она была очень сонной и не выспавшейся, в отличие от Кейджи. И даже так, Кимура не жалела о том, что потратила всю ночь на рассматривание пейзажей. Ещё один раз лететь обратно, а потом и неизвестно, полетят ли они ещё куда-нибудь.
В Сидней самолёт прибил в восемь. Кейджи подметил, что аэропорт здесь сильно отличается от того, из которого они вылетели. Похоже, рейсов в Австралию
Не успел Кейджи попытаться сориентироваться, с регистрационной стойки вернулся Оливер. Сора покосилась на неизменную пластиковую коробочку с киви в его руках.
— Будете? — проследив её взгляд, предложил он.
Киви девушка очень любила, но отказалась бы, если бы не хотела пить — кислинка перебивает жажду. Однако после первой же дольки поморщилась.
— Они же незрелые, — проговорила она, будучи уже не уверена, что ей не подсунули лимон в камуфляже.
На что Оливер с непроницаемым видом ответил, что зрелые фрукты сейчас вообще сложно достать. Предложил и Кею, но тот благоразумно воздержался.
— Вас приехал встретить глава здешнего штаба. Он уже ждёт, идёмте, — уведомил он, на этот раз чуть менее подхалимским голосом.
Кею это показалось странным, а Сора немного занервничала, но виду не подавала. Они миновали багажное и контрольное отделения, прошли рядом с парой аэропортовских кафешек, а потом вышли в город. Уже сейчас довелось подметить некоторые здания немного нестандартной формы. Красивые. Необычные. Чувствовалась изобретательность и творчество людей, строивших их ещё до апокалипсиса.
Оливер провёл их на стоянку, где было всего-то пару машин. К всеобщему удивлению, они последовали не к дорогому серебристому кабриолету, а к праворульному чёрному внедорожнику с тонированными окнами. Кейджи потом отметил, что они пуленепробиваемые. Когда трое подошли, с водительской стороны вышел молодой араб лет сорока и открыл дверь салона. Оттуда показался второй мужчина, одетый в идеально выглаженный смокинг. Сложно было сказать, каким образом он не запаривался ходить в нём. Пока Оливер их представлял, Сора внимательнее рассматривала этого человека.
Тоже немолодой, лет пятидесяти. Его звали Велор. И если Оливер при первой встрече напомнил девушке демона Азазелло, то этот человек ассоциировался с самим Воландом. Непонятный. Непроницаемый. Каждый видел его по-своему — тому же Кейджи мужчина показался внешне очень знакомым. Сора с ужасом отметила разноцветные глаза, но потом выяснилось, что он просто потерял одну линзу по дороге сюда.
— Вы будете жить в гостиничном номере во время прибытия здесь. Прямо сейчас вас отвезут в местный исследовательский центр. Свободным временем вольны распоряжаться как хотите, но советую проявлять во всём осторожность. Слухи быстро разносятся в этих краях, — ровной интонацией сказал он. — Оливер будет вашим гидом.
Обращался Велор по большей мере к Кейджи, как к представительному лицу Альберта. Сора не печалилась и решила этим временем расспросить у водителя некоторые полезные вещи. Например, в какой стороне находится океан, можно ли сейчас купаться, какая одежда подходит для такой погоды. Араб отвечал односложно. К слову, имечко было у него замысловатым — Мухаммадкарим, но все его звали просто Мухой, за исключением того же Воланда. Теперь было понятно, почему водитель словно воды в рот набрал. Он опасался произносить что-то лишнее. Все решения принимает Велор. В лексиконе этого человека нет понятия «компромисс». Если где-то оплошаешь, Велор всё равно узнает. Генерал Альберт в плане контакта нравился Соре в гораздо большей степени.