Не делай добра
Шрифт:
– Хорошо.
– Облегчение Грея было почти ощутимым. – Лейквуд, это совсем другой район. Мерфи, вероятно, свяжется с ними. Скажет им, чтобы они уведомили его, если получат какие-либо сообщения о том, что ты оказываешь медицинскую помощь или выписываешь лекарства по рецепту, но...
– Они этого не сделают, - заверил его Чарли.
– Я не собираюсь навлекать на себя новые неприятности. Думаю, я приберегу рутину «Флоренс Найтингейл» (сестра милосердия) для неотложной помощи.
Грей сжал
– Ладно. Я не буду вам мешать. Остальные ждут отчета.
Джонас прикусил губу, раздумывая.
– Грей, подожди.
– Он догнал его в трех шагах от занавески в кабинке Чарли. Они стояли там, неловко глядя друг на друга. Но впервые после возвращения в Денвер Джонас не чувствовал, что неловкость была результатом их общего прошлого. Это был скорее выбор, как двигаться дальше.
– Спасибо тебе, - сказал Джонас.
– За все. Вмешиваешься вместе с Мерфи и приходишь мне на помощь вместе с Чарли.
– В любое время. Это была хорошая мысль - использовать твое старое стоп-слово. Я знал, что ты никогда не заговоришь об этом, особенно в присутствии Чарли. Если только не происходит что-то безумное.
– Я просто рад, что ты понял, что у меня проблемы.
Медицинский персонал суетился вокруг них, занимаясь своими делами, но никто не обращал на них внимания. Грей придвинулся немного ближе и понизил голос.
– Послушай, вы с Эйвери правы. Нет никаких причин, по которым это должно быть так сложно, как я это себе представляю.
– Его взгляд был прикован к занавеске, отделявшей их от Чарли.
– Я хочу для него самого лучшего. И если это означает, что ты...
– Он пожал плечами.
– Меня это вполне устраивает.
– Правда?
Грей ухмыльнулся ему.
– Эй, если бы ему пришлось влюбиться в чьего-то бывшего, ты был бы очевидным выбором. Я имею в виду, слава Богу, что это был не Стюарт. Этот парень был хуже всех.
Джонас рассмеялся.
– Нет, Рори был хуже всех. Он доставил столько хлопот всем нам.
– А как же Тэд? Однажды он превратил жизнь Чарли в ад. Я бы ни за что не позволил ему сделать это во второй раз.
– Его улыбка немного поблекла.
– А ты? Если быть честным с самим собой, то я не могу сказать ничего плохого, кроме того, что мы ссорились абсолютно из-за всего.
Да, ссорились. В конце концов, они начали ссориться друг с другом просто так, как это делают непослушные дети, потому что негативное внимание было лучше, чем его полное отсутствие.
– Мы были действительно ужасной парой.
Грей от удивления расхохотался.
– Боже, мы были вместе, да?
– Грей провел рукой по волосам, успокаиваясь.
– Это было нечестно с моей стороны. Я был последним одиноким парнем в группе, и я чувствовал, что мне нужен партнер. Думаю, я пошел на это по совершенно неправильным причинам.
– Я тоже так думал. И это,
Грей снова взглянул на кабинку Чарли.
– Знаешь, он только что подставился под пулю из-за тебя.
Казалось, что часть Грея все еще хотела разозлиться, но только потому, что он так заботился о Чарли. И Джонас не мог винить его за это.
– Я позабочусь о нем, обещаю. И я постараюсь уберечь его от неприятностей.
Грей рассмеялся.
– Да. Удачи тебе в этом. Уберечь его и Уоррена от неприятностей было одной из самых больших неудач в моей жизни. Но, благодаря тебе и Тейлору, я, может быть, наконец-то смогу спокойно спать по ночам.
– Я сделаю все, что в моих силах.
Еще одна неловкая секунда, и они оба одновременно подались вперед, заключая друг друга в объятия. Джонас обнаружил, что прижимается лицом к груди Грея, его запах и ощущение его рук все еще были странно знакомыми, но Джонас почувствовал только облегчение. Они могли бы стать друзьями. Поначалу это может показаться неудобным, но ради Чарли они справятся.
Грей поцеловал Джонаса в висок.
– Я зайду завтра и проверю, как вы оба, хорошо?
– Хорошо.
– Там все в порядке?
– Спросил Чарли, когда Джонас, наконец, отступил за занавеску.
– Вы ведь не ссорились, ребята?
– Вовсе нет.
– Джонас присел на край каталки, чтобы держать Чарли за руку.
– Это звучит безумно, но я думаю, что все это доказало нам обоим, что в жизни есть вещи поважнее, чем злиться друг на друга.
Чарли рассмеялся.
– Человек.
– Он покачал головой.
– Пути Вселенной неисповедимы.
– Что ты имеешь в виду?
– Ну, я все это время беспокоился о своем весе. На прошлой неделе я ругал себя за то, что так много пек, и за то, что позволил себе съесть это чертово печенье и набрать еще фунт или два. Но знаешь что?
– Он дотронулся до своего бока.
– Пуля прошла насквозь вот здесь. Вошла и вышла. Знаешь, куда она попала?
– Куда?
– Никуда, кроме жира. Доктор сказал мне, что небольшой избыточный вес, возможно, спас мне жизнь сегодня вечером. И то, что в меня стреляли, было отстойно, но теперь ты говоришь мне, что это каким-то образом принесло мир между тобой и Греем?
– Он снова покачал головой.
– Возможно, Вселенная все-таки поддерживает меня.
– Если кто и заслуживает хорошей кармы, так это ты.
Чарли заключил Джонаса в объятия.
– Я просто рад, что с тобой все в порядке. Не знаю, было ли мне когда-нибудь в жизни так страшно.
Джонасу было. В день операции он был напуган больше, чем когда к его лицу приставили пистолет. Но это не значит, что он совсем не боялся. Только дурак не испугался бы. Но с Джереми он, по крайней мере, чувствовал, что в какой-то степени контролирует ситуацию. Он мог взвесить все варианты. Он мог отправить сообщение.