Не было бы счастья, да...
Шрифт:
Как же я ждала ответа. Ждала, когда она развеет мои подозрения, и мы сможем обсудить ситуацию, попытаемся найти выход. Попытаемся в любом случае. Я усмирю свой гнев, я не отвернусь, ведь мы не чужие люди. Но она по-прежнему молчала.
— Мама, пожалуйста, ответь.
Эта тишина звенела в ушах, давила. Она медленно повернулась в пол-оборота ко мне. На глазах слезы. Я поразилась. Равнодушие и холодность исчезли бес следа. Или это очередной спектакль? Я не знала, чему верить. Я хотела правды! Пусть горькой и болезненной, но правды.
— Ты
Комната поплыла перед глазами, заставляя ухватиться за столешницу. Я пожалела, что вообще спросила.
— Почему? Деньги? Та история про проигрыш, правда?
— Отчасти да. Только проиграла я. Его деньги.
Господи! Сколько же мерзости творится в этом мире из-за денег! Хотелось немедленно указать ей на дверь. Однако сдержалась. Ведь твердо решила поддержать и помочь.
— Почему бы тогда просто не одолжить? У того же Горского, например? Или рассказать мне и отцу. Мы бы нашли выход. Зачем было устраивать маскарад?
— Потому что я никогда не отличалась особым умом. Да и сумма велика. О такой не просят, когда знают — отдавать будет нечем.
— Но ты попросила? У Горского?
— Да. И совершила ошибку. Вся поездка в Австралию оказалась ошибкой. Энтони совершенно не тот мужчина, с которым я хотела бы провести жизнь.
— Да он уже, какой по счету совершенно не тот мужчина?
— Ты права. Но не перебивай. Я хотела уйти от него. Честно. Но и испробовать шанс заработать деньги тоже хотела. Не вдаваясь в подробности, деньги я взяла в сейфе без спроса. Энтони даже не знал, что мне известен код. Думала, верну, не заметит.
— Заметил, — вставила я.
— Да. Ведь в кабинете стояла камера, о которой я и не подозревала.
— Если ты вернула долг, почему Энтони прилетел с тобой, раз вы даже не женаты?
— Не все так просто. Денег я не получила. Пока. Горский не из тех, кто просто так разбрасывается деньгами. А я давно не та девчушка, кружившая ему голову когда-то. Он потребовал услугу.
— Убить отца?
— Что ты, нет, конечно. Иван скользкий тип, но моими руками убивать Олега ему было ни к чему. А вот заполучить кое — какие документы…
— Постой! Ты выкрала у отца важные документы?
— Нет. Не смогла. Энтони требовал возврат денег, Горский бумаги. Я думала вытеснить Киру. Таким способом убила бы двух зайцев: доступ к бумагам, а может и деньги, тогда Горский оказался бы не удел. И заодно вернулась бы в семью. Молодость уходит, мне нужен надежный тыл. Но твой отец колебался. Тогда в кабинете все вышло случайно. Я была на нервах. А он зачем-то решил похвастаться перед Энтони своим оружием. Мужчины, одним словом. Не знаю, что на меня нашло. Я просто от всего устала. Понимаешь? Сильно устала. И стрелять хотела не в отца.
Ничего я не понимала. С каждым маминым словом все больше погружаясь в зыбкое болото.
— Чем ты думала? — спросила я.
— Я не думала. Я нажала на курок. Кто же знал, что твой отец отпихнет Энтони в сторону и сам попадет под пулю. Не состоявшийся муженек
— Что ты натворила мама?
— Время вспять не повернешь, — смахнув слезинку, сказала мама. — А документы я обязана раздобыть. Горский обо всем догадался. В любом случае еще допросов я не вынесу. А когда Энтони найдут…
Она замолчала.
— Просто не мешай, Дина. А лучше помоги. Я ведь всё-таки твоя мать. Обещаю — после уеду.
Не мешай. Тоже говорил и Горский.
— Что именно за документы?
И снова молчание.
— Те самые, которые помогут утопить дело твоего отца.
Мы обе вздрогнули. Роман стоял в проеме дверей и смотрел на мать в упор.
— Ведь Горский не прощает обиды. А твой отец однажды перешел ему дорожку. Был и другой путь — выдать тебя за Диканова. Сомнительное решение конечно, да смотрю, твоя мать хваталась за все варианты, один глупей другого. Я позвонил следователю, разговор записал на диктофон. Не был, конечно, уверен, что вы Наталья заговорите именно сегодня, но, вам нужна была помощь Дины в поиске той самой заветной папки и вы собирались давить на жалость. Я прав?
Мама побледнела, схватилась за горло, будто ей враз стало нечем дышать.
— Дина! — она посмотрела на меня умоляющими глазами. — Пожалуйста!
В голове пронеслись все последние события, до мельчайших подробностей. Решение пришло само. По-другому просто не смогу.
— Почему ты не посоветовался со мной, прежде чем звонить? — повернулась я к Роману.
— Я не звонил Дина. Успокойся. Это твоя семья и тебе решать, как поступить. Но запись диктофонная действительно есть. И я прошу, обдумай все хорошенько.
— Она моя мать.
— Мать, которая не задумываясь угробит семью, спасая свою шкуру.
Да, Роман был прав. И все-таки я не могла. Сейчас я понимала — она запутавшаяся глупая женщина и я единственная могу ей помочь. Я и отец, когда придет в себя. За него, правда, я не ручалась.
— Ты, — я ткнула в нее пальцем, — откажешься от услуг адвоката, предоставленного Горским. Мы оплатим его услуги, и Павел Николаевич лично возьмется за твое дело. А еще ты, наконец, скажешь, какую сумму должна Энтони. Из дома ни ногой. Поняла?
Она кивнула и еще больше расплакалась.
— Горский так просто не отвяжется, — сказал Роман уже у меня в комнате.
— Отвяжется, — уверенно сказала я. — Та папка, про которую говорила мать. С ее помощью бизнес отца не потопить. А вот самого Горского вполне. И он знал об этом. Не уверена, что отец использовал бы грязный компромат, случайно попавший ему в руки, но чем черт не шутит. Меня он в свои планы не посвящал. И Горский не хотел рисковать. А тут моя мама подвернулась так удачно. Задурить ей голову не составило большого труда, как ты успел заметить, умом она действительно не блещет.