Не было бы счастья, да...
Шрифт:
Вот это оперативность! Смогла сделать звонок, да еще кому! Неужели и вправду подумала, я могу оставить ее без адвоката?
— А вы я смотрю, бросили все свои дела и тут же примчались спасать мою мать? Неужели до сих пор питаете к ней нежные чувства? Ваша жена не против?
— Я вдовец и уже давно. Что на счет чувств это вас не касается, а помогать Наталье или нет сугубо мое личное дело. Такой ответ вас устроит? — Почти грубо вырвалось у мужчины.
— Тогда зачем приехали ко мне? Нанимайте кого хотите. Я здесь причем?
В его
— Я хочу, чтобы вы не лезли.
— В смысле не лезла?
— Вся эта история вас абсолютно не касается. Поэтому побудьте в стороне. Мой вам совет.
Рука Романа больно сжала коленку. Я физически ощутила, как он весь напрягся после этих слов.
— Это не совет. Это угроза, — буквально прорычал он.
Горский тоже напрягся. Одутловатое лицо слегка покраснело, а в глазах мелькнул злой огонек. Ситуация похоже накалялась.
— Я не знаю, кто вы молодой человек и знать не хочу. Но и вам советую не лезть. Наталья ошиблась, с кем не бывает. Я всего лишь хочу помочь. Ваша задача не мешать.
— Дина и не мешала, Наталья ее мать. И плохого своей матери она не желает, вам так не кажется? — Роман не думал отступать.
— Конечно, вы правы, и я полностью с этим согласен. Вот только иногда можно навредить из самых лучших побуждений. Случайно, так сказать.
Я сидела как на иголках и уже ничего не понимала. Почему этот Горский так защищает мать? И чем я могу навредить? Разве только… Страшная догадка, от которой тут же бросило в жар, осенила внезапно. Не хочу в это верить, не буду.
Видимо Горский, наблюдавший за мной, догадался об этом. Его глаза так и впились в меня, так что стало совсем не по себе.
— Надеюсь на вас, Дина. Скорейшего выздоровления Олегу, Кире и малышу. Всего доброго.
Слово "малыш" он произнес особенно, странно я бы сказала. И от этого стало еще хуже. Я уже почти задыхалась от волнения и страха.
Лишь только когда за ним захлопнулась дверь, смогла перевести дух.
— Дина, что у вас здесь творится?
Роман увел меня на кухню. Заварил чай. Потом передумал и нашел бутылку вина.
— Я бы и сама хотела знать, что здесь происходит, — ответила я, выпивая залпом целый бокал. Даже вкуса не почувствовала. — Но мне кажется, это не Энтони стрелял.
— А кто?
— Мама.
Мне не верилось, что я смогла озвучить свою страшную догадку. Сказала и замерла.
— Ты же слышал, Горский сказал, моя мать совершила ошибку. Он тоже в курсе.
— Эти слова могли означать и другое. Например, ошибкой была свадьба с Энтони. Почему ты об этом не подумала в первую очередь? Интуиция? Или я чего не знаю?
— Интуиция, — на автомате повторила я.
На следующий день, после больницы, я отправилась на фирму отца. Как оказалось, меня ждали раньше. Все накинулись с расспросами, и Павел Николаевич еле увел меня в кабинет, отмахиваясь от остальных сотрудников.
Усадил за стол. Идеальный порядок вокруг, никаких лишних и ненужных безделушек, обычное офисное помещение, а все равно здесь царил уют.
Взглянула на фотографию, стоящую рядом и слезы обожгли глаза. На ней отец, Кира и я. Сразу вспомнился тот день, когда мы с Кирой нашли-таки общий язык. Отец быстро настроил фотоаппарат и, установив его прямо на кухонном столе, прижал нас к себе. "Мои девочки", как выразился тогда он.
Конечно, получились на фотографии мы нелепо. Не накрашенные, одетые по-домашнему, я с ужасным растрепанным хвостиком на голове, а Кира в фартуке. Но от того момент казался более живым, теплым, наполненным нашими эмоциями.
— Конечно, работа отлажена, но пока Олег в больнице именно ты Диночка должна взять на себя управление, — отвлек Павел Николаевич, которого я почти не слушала.
— Я?
— Да ты. Не волнуйся. Все будет хорошо.
— Просто я не в курсе всех дел и боюсь ошибиться, — замялась я. — У меня опыта мало.
— Не ошибетесь.
У помощника отца было больше уверенности, чем во мне самой. Я с удовольствием поменялась бы с ним местами.
— Хорошо, сделаю все, что в моих силах.
— Вот и отлично. Осмотрись пока. А я скоро вернусь и обсудим что да как.
Я кивнула, радуясь возможности побыть немного одной. Откинулась на спинку кресла, выдохнула. Хотел отец моего участия в делах фирмы, так и вышло, горько подумалось мне.
Мама появилась на пороге к вечеру. Молча прошла в гостевую комнату, где стояли собранные чемоданы. Мы с Романом только переглянулись так же молча. Быстро Горский вытащил ее. Обсудить дела на фирме придется позже, когда рядом не будет лишних ушей. Стоило попытаться еще раз с ней поговорить, но я решила подождать.
— Ты останешься? — с надеждой в голосе спросила, убирая тарелки в посудомойку.
— Останусь, правда, отлучусь и возможно буду поздно. Задолжал другу, — виновато развел он руками.
— Ладно, тогда не забудь взять ключи.
— Главное не ссорьтесь. Проблем и так выше крыши. Ненужные склоки ничего не дадут.
— Постараюсь.
Стоило Роману уйти, как мама спустилась на кухню. В халате, с мокрой головой.
— Твой этот ушел? — спросила она.
— Не этот, а Роман, — поправила я.
— Без разницы. Мне он сразу не понравился.
— Зато понравился Диканов? Племянник Горского. И Роман в первую очередь должен нравиться мне, а не тебе.
— Уже не важно, ты упертая, вся в отца. Смотрю в этом доме мне не рады.
— А ты как хотела после всего? Почему Горский тебе помог? Сейчас мы одни, можешь рассказать.
Она подошла к окну. Обняла себя за плечи.
— Ты много не понимаешь Дина. Жизнь сложная штука.
— Так объясни! — вскипела я. — А лучше скажи, что не ты стреляла! Скажи мама!!!