Навязанный рай

Леж Юрий

Сколько же времени прошло? Он, кажется, только-только вышел, спустился вниз, выпил рюмочку водки и присел за столик к морячку, а в номере уже – первозданная чистота и порядок и даже… вот это, в самом деле, странно – исчезли такие стойкие запахи табака, скисших фруктов, объедков…

И – уж совсем ни в какие ворота не лезет – на чистеньком столике появилась непочатая пачка его любимых сигарет…

На какое-то мгновение застыв в недоумении посередине гостиной, Сандер неожиданно понял, что ему просто необходимо как можно быстрее вернуться в буфетную, если он еще хочет застать там привычную компанию морячка с двумя девушками и бледнолицего

буфетчика за стойкой. Что может произойти, задержись он в номере еще на пару-другую минут, Сандер не знал, но чувствовал – приятного в этом будет мало. И еще, он точно также чувствовал, что ничего в номере трогать нельзя, даже прихватить с собой, в запас, непочатую пачку сигарет со столика. Это могло нарушить непонятный, но чрезвычайно хрупкий баланс, сложившийся в мире в эту самую минуту.

Сандер нервно, поспешно вышел из номера, быстро, насколько это было возможно, лишь бы не переходить на бег, спустился в буфетную и облегченно вздохнул. Кажется, за время его отсутствия ничего серьезного не произошло. Митраш, Виолетта и брюнетка сидели у столика, о чем-то оживленно переговариваясь, бледнолицый маячил призрачной тенью на своем месте…

– … а тут боцман лениво так говорит: «Ну, а куда ты денешься с подводной лодки, да еще в погруженном состоянии…» – услышал Сандер окончание давней байки в исполнении морячка.

Но девицы, как им и положено в такой ситуации, активно захихикали, а Виолетта даже слегка в ладоши похлопала от восторга и тут же подхватила свой бокал с уже ополовиненным дорогущим ирландским ликером.

– А мы тебя ждем, – заметив Сандера, категорично заявила брюнетка. – А то у Паши уже язык отсох нас развлекать…

Это было явным преувеличением, даже по выпитому спиртному было заметно, что Федор отсутствовал всего несколько минут. Но спорить с женщинами, тем более такими эффектными и готовыми на все – себе дороже. Он присел на свое место, и Виолетта тут же прильнула, почти впечаталась в его руку твердой маленькой грудью.

– Расскажи, – категорически потребовала она, дохнув на Сандера сладким спиртовым запахом.

– А чего рассказывать?.. – чуть удивился Федор. – Да и не умею я… Ты лучше разливай, Паша…

Послушный Митраш забулькал, наполняя стаканы и одновременно снова заговорив:

– А вот ведь, как получается… все здесь классно, как в раю… вот и водки полно, сигаретки опять же… а девчонки у нас какие классные, да, Федя?

– Классные, – машинально согласился Сандер, улавливая какую-то мелкую, как соринка, несуразицу в словах собутыльника.

Мелкую, но мешающую правильному восприятию, будто бы и всё правильно сказал морячок, а что-то не так, не искренне… черт, нет, именно искренне, не думая… но так не говорят…

«Совсем запутался, – подумал Сандер, решительно выпивая налитое безо всяких тостов. – Паранойя у меня, что ли, открылась на отдыхе…»

– …плохо только, телека здесь нет, да и газеток, – продолжал рассуждать охмелевший Митраш. – Хоть и врут все, но, однако, веселее было б, хотя – и так неплохо… вот нам тоже врали, вернее, просто правду не говорили: зачем, куда… но – на подлодке это положено, чтобы, значит, секретность… а потом, как ракеты выпустили…

– Зачем такие грустные мысли за веселым столом! – нарочито громко перебил его древней сентенцией Сандер.

Ему почему-то мучительно не хотелось, чтобы Паша рассказывал свою историю при посторонних, хотя девчонки – какие ж они посторонние?

небось, такой же обслуживающий персонал, как и буфетчик, и невидимки-горничные, прибравшие в номере…

– Давайте еще выпьем и чего-нибудь придумаем, как дальше-то…

– А чего придумывать? – удивилась Виолетта, отхлебывая изрядный глоток ликера и самостоятельно, не дожидаясь мужского внимания, вновь подливая себе в бокал. – Тут биллиард есть, сейчас вот и сходим, сыграем, а? Кто умеет?

– Я шары гонял, еще на гражданке, – гордо заявил морячок. – А что? У нас пэгэтэ, со столицей совсем рядом, а только – каждый день не наездишься, электричкой почти три часа, вот и убивали время, как могли… малолеток, конечно, в клубе к столам не допускали, но, как в возраст вошли – только там и пропадали… и танцульки, и шары покатать, и с девчонками…

Откинувшись на спинку стула, Сандер закурил, стараясь пропускать мимо ушей странную болтовню Митраша о каком-то «пэгэтэ», электричках и скудном быте его ранней юности. Перед глазами Федора возникла соблазнительная картинка, как Виолетта склоняется над зеленым биллиардным сукном, изготавливаясь для удара, далеко оттопырив остренький локоток правой руки с зажатым в ней кием. Шелк платья туго обтягивает её маленькую, такую аппетитную попку, а обнаженная спина зовет к себе, просит дотронуться, погладить, приласкать…

Отвлекаясь от грешных мыслей, Сандер перевел глаза на стойку буфета. Маячившая там фигура бледнолицего расплывалась, становясь временами почти прозрачной, как привидение, а потом вновь будто фокусировалась, собиралась в нужной точке… Федор отчаянно потряс головой, успев подумать, что и выпил-то для таких глюков совсем немного… или это еще вчерашнее наложилось? но в этот момент бледнолицый, все так же размыто-призрачно, переместился из-за стойки к столику и принялся ловко, не мешая сидящим, прибирать опустошенные тарелки, грязные стаканы, пепельницы, вилки и ножи, мгновенно заменяя их чистыми…

Виолетта торопливо допила остатки ликера, поднялась, опираясь на плечо Сандера, и взмахнула ручкой, подымая с места подругу.

– Мальчики, пойдемте все в биллиардную… только мы сначала заглянем попудрить носики, – пьяно высказалась девушка, шумно отодвигая из-под себя стул. – Таня, пошли же… А вы – не опаздывайте, не заставляйте девушек ждать, ладно?

Паша-морячок яростно закивал, соглашаясь с предложенной программой и слегка при этом помогая подняться со стула своей спутнице, брюнетке. А та, одернув совершенно неприлично задравшуюся юбчонку, хлопнула по плечу неожиданно подвернувшегося бледнолицего:

– Слышь, ты тогда нам туда еще принеси… ну, вина, фруктов… да, а Вильке её любимого «Бейлиса»… она всё беленькое любит…

Брюнетка захихикала над собственными словами и, пьяненько покачиваясь, застучала каблучками, присоединяясь к отошедшей от столика подруге. Сандер проводил их внимательным, сосредоточенным взглядом и обратился к морячку:

– Ну, и как всё закончилось? когда ракеты выпустили?..

– Вот ты о чем… – пьяненько погрозил собутыльнику пальцем Митраш. – Я так и думал, что… да и ладно… тут ведь всё равно… никто ничего не знал, сам понимаешь, разве будут офицеры с нами делиться?.. может, по городам стреляли, может, по эскадре вражеской или, там, по ракетным стратегическим шахтам… а так – очень надеялись, что по нашему же полигону… ну, вроде, учений… хотя, какие там надежды… боеголовки на боевом взводе…