Навсегда
Шрифт:
— Это, сэр, — сказал он наконец уклончиво, — будет зависеть от… э… того, какого рода помощь вам требуется.
— Мне бы хотелось знать, куда направилась мисс Смит после того, как она выехала из отеля. Видите ли, мы договорились, что она будет ждать меня здесь. Она наверняка оставила мне записку или письмо.
— К сожалению, она ничего не оставляла. Может, она забыла?
— В таком случае я просто должен разыскать ее.
Директор вздохнул.
— К сожалению, правила отеля не позволяют нам
— Но послушайте, это очень важно. Мне просто необходимо разыскать ее.
— Насколько я понимаю, это вопрос жизни и смерти? — чуть улыбнувшись, спросил директор.
— Да, именно так. Ее отец очень болен, а я не хочу сообщать ей об этом ни по телефону, ни телеграммой. Улыбка исчезла с лица директора. Он втянул щеки.
— Понятно. В таком случае, сэр, мне кажется, я могу сделать исключение. Но я не уверен, окажется ли полезным то, что я смогу вам сообщить.
— Я буду благодарен за любые сведения.
— Очень хорошо. Она сказала, что выезжает из отеля и будет жить в Будапеште у кого-то из своих друзей.
— У друзей? Здесь? Она так сказала? У кого именно?
Директор отрицательно покачал лысеющей головой.
— К сожалению нет, сэр. Но она попросила нас заказать билет на самолет для еще какой-то своей подруги.
— Да? — произнес посетитель, подумав про себя: «Похоже, у Аманды Смит бесчисленное количество друзей». — Вы случайно не помните имя этой подруги? Может быть, я у нее смогу узнать…
— По-моему, мисс Холли Фишер.
— Холли… Холли… А, ну конечно, Холли. Это ее школьная подруга. А куда же мисс… Холли собиралась лететь?
— В Зальцбург, сэр, надеюсь, эта информация хоть немного поможет вам?
— Несомненно. Я не могу выразить, как я вам благодарен.
Через два с половиной часа он уже был на борту самолета, направлявшегося в Вену, где собирался пересесть на рейс до Зальцбурга.
Неудивительно, что у него было необычайно хорошее настроение. «А почему бы и нет? — спрашивал он себя. — Несмотря на все усилия, она оставляет за собой такой хвост, что даже слепой смог бы его разглядеть».
А именно так он и хотел следить за ней. Легко и просто…
8 АвстрияЗальцбург — Сант-Вольфганг, Зальцкаммергут
Зазвонившие одновременно телефон и маленький дорожный будильник вырвали ее из сна. Утихомирив будильник, она нащупала телефонную трубку.
— Алло?
— Послушай, детка, — в трубке был голос Сэмми Кафки, — это единственное, что я могу сделать, чтобы успевать следить за твоими перемещениями.
— Дядя Сэмми! Ты знаешь, который час?
— Девять часов по среднеевропейскому времени, три утра по восточному. — Сэмми хихикнул. — Петушок
— Ну как можно чувствовать себя бодро в такую рань? — простонала Стефани.
— Если хочешь, я перезвоню позже. Тебе, наверное, надо заказать завтрак?
— Нет-нет, — вздохнула Стефани. — Фрейлейн уже проснулась. — Она отбросила подушку и села в постели.
— Ну, расскажи, детка, как там дела, на Восточном фронте?
Стефани поведала ему о визите к мадам Балац, о кошках и о странном разговоре на балконе с видом на Дунай.
— Ты можешь в это поверить?
— Гм… Ну, в общем, да.
— Но вот в чем вся штука, дядя Сэмми. Предположим, что Лили Шнайдер действительно жива. Тогда, если верить мадам Балац, нам, возможно, — я подчеркиваю, возможно, — надо искать вовсе не старушку.
— Не понял, повтори-ка еще раз.
— По словам этой свихнувшейся леди, Лили обнаружила источник молодости еще в середине сороковых.
Трубка молчала.
— Кроме того, — продолжала Стефани, — Балац страстно ненавидит Лили за то, что та не поделилась с ней секретом вечной молодости. — Помолчав, Стефани тихо добавила: — Ты знаешь, она почти убедила меня, что этот секрет существует.
— Выжди немного, пусть у тебя в голове все встанет на свои места, — посоветовал Сэмми. — И не отвергай никаких предположений.
— Именно это я и пытаюсь делать.
— Кстати, ты ведь знаешь, что я никогда не дочитываю газеты до конца и, когда наконец добираюсь до них, мне приходится читать новости прошлой недели — или даже позапрошлой.
— Д-да? — насторожилась Стефани.
— Помнишь, ты мне рассказывала о звонке некой Винетт Джонс?
— И что?
— Если это та самая Винетт Джонс, то она умерла в тот самый вечер, когда звонила тебе.
— Что? — Стефани вскочила. — Что случилось?
— Смерть наступила в результате передозировки наркотиков.
— Боже. Мне она показалась абсолютно нормальной.
— Я говорю тебе, так напечатано в газете. Я позвонил в полицию, и они сказали то же самое.
Стефани почувствовала, как по спине поползли мурашки страха. Голос ее задрожал.
— Дядя Сэмми! Как ты думаешь, может быть, кто-то уколол ее? Специально! Чтобы убить!
Сэмми не отвечал.
— Я помню… пока я ждала… она — она кричала! А потом, еще до того как повесили трубку, клянусь, ее взял кто-то другой! Дыхание… это было не ее дыхание!
Сэмми вздохнул.
— Кто знает, детка, кто знает? Одно могу сказать: будь осторожна. Предельно осторожна!
— Ты знаешь, дядя Сэмми, Винетт сказала, что познакомилась с дедушкой в вашингтонском отделении ПД — «Поможем детям». Знаешь эту организацию? Она еще занимается подыскиванием приемных детей?