Навсегда
Шрифт:
Лицо графа побледнело, но он все еще делал вид, что ничего не понимает.
— Почему ты пришла ко мне? Я ничего не знаю о делах Бейли. Она недоуменно посмотрела на него.
— Я слышала, он иногда работает на вас, но если нет, тогда, я думаю, вещи принадлежат моему папе. — Она присела в реверансе. — Спасибо, сэр.
— Подожди, — рявкнул граф. — Я предполагаю, ты говоришь о контрабандных товарах. Ты знаешь, какое тебе грозит наказание? Лучше расскажи мне, а я позабочусь, чтобы все было хорошенько припрятано.
— Очень
Граф, встав, оперся руками о Край стола и внимательно посмотрел на Холли. «Неужели я переигрываю?» — подумала она.
Внезапно граф, казалось, обмяк.
— А не та ли ты девчонка, с которой путался Беркли? — спросил он.
Кровь прилила к щекам Холли. Ей хотелось запустить в него чем-нибудь тяжелым. Беркли так и не удалось «попутаться» с ней, хотя он настойчиво пытался это сделать и, к сожалению, мог преуспеть. Но Холли не собиралась обсуждать это с графом, особенно когда увидела маслянистый блеск его глаз.
Она наклонила голову, чтобы он не увидел ее злого лица.
Его голос стал ласковым.
— Мой долг — помогать арендаторам. Скажи мне, где спрятана контрабанда, и я прослежу, чтобы ее оттуда забрали. Я не хочу, чтобы кого-нибудь из моих арендаторов схватили и выслали из страны.
— Но ведь вы подвергнете себя огромному риску?
Он пожал плечами.
— Я договорюсь с властями.
— Вы очень добры, сэр, а как насчет Тима Бейли и вознаграждения для моего папы?
— Об этом я ничего не знаю, — отрезал граф. — Я делаю тебе одолжение, спасая твоих родных от ссылки в Австралию.
Ее охватила ярость. Он решил обмануть ее отца. Он использовал его, а теперь нашел предлог, чтобы не платить.
— Место? — напомнил граф.
Холли переступила с ноги на ногу. «Нельзя сразу говорить ему».
Его голос стал еще ласковее.
— Я хочу помочь тебе и твоим родным. Они были хорошими арендаторами, и я не могу допустить, чтобы с ними что-то случилось.
— Я… должна спросить папу.
— Для этого нет времени, — нетерпеливо прервал ее граф.
— Пещера у Келл-Пойнт, — проговорила она, словно нехотя.
— Расскажи мне о людях, которых ты видела.
— По просьбе папы я стояла на страже и увидела, как на вершине скалы появился мужчина и поглядел вниз, а позже я видела, как он разговаривает с другими людьми. Поэтому папа пришел следующей ночью и… все перенес.
— Как выглядел этот человек?
— Низкий… плотный, — Холли подбирала самые неподходящие определения.
Граф опустился в кресло.
— И никто не видел, как вы переносили груз?
Она покачала головой.
— Я же опять стояла на страже.
Он уставился в какой-то документ.
— Убирайся, девочка, и держи рот на замке. Передай отцу, чтобы делал то же самое.
— Хорошо, милорд.
Он
— Вашей семье не стоит беспокоиться.
— Но…
— Больше не хочу ничего слышать об этом деле, — тихо сказал граф. — Иди домой и скажи отцу, чтобы осторожнее выбирал себе друзей.
Холли слегка присела и убежала, чувствуя одновременно гнев и торжество.
Глава 8
Холли чуть было не рассказала отцу о том, что произошло. Но он был так доволен жизнью. Его часть работы сделана — и теперь он ждал Тима Бейли с деньгами.
Ей не хватало мужества сказать, что его надежды напрасны. Поэтому она молчала, радуясь тому, что они с братом почти все время проводят в поле. Они возвращались слишком усталыми, чтобы задавать вопросы.
Ей хотелось повидаться с Джастином, но матери стало хуже, и пришлось остаться дома. Джастин наверняка уже знал, какой разговор был у нее с графом в поместье, — Денни должен был сообщить ему все подробности, и она не сомневалась, что солдаты уже ведут наблюдение за пещерой.
Ей приходилось себя сдерживать, хотя она жаждала повидаться с Джастином и снова почувствовать его объятия. Но надолго ли? А мысль о том, что она может никогда не увидеть его, наполняла ее отчаянием.
— У тебя очень странный вид, — сказала мать через два дня после того, как Холли посетила графа. — У тебя, случайно, не появился молодой человек?
— Нет. — Холли не кривила душой. У нее не было молодого человека. У нее был взрослый мужчина, который нес на себе тяжесть прошлых лет, мужчина, который дал ей понять, что в его жизни нет места женщине.
Мать всплеснула руками.
— Больше всего на свете я хотела бы, чтобы ты вышла замуж за любимого человека. Как я.
Холли взглянула на нее. Она видела, как дорого обошлась ей эта любовь. Бедность. Разочарование. А теперь и проклятая болезнь. И все же отблески том любви были заметны. Как и неяркое мерцание надежды.
Но вдруг Холли поняла, как счастлива была ее мать.
— Не бойся любви, — прошептала мать, взяв Холли за руку. — Борись за нее.
Казалось, мать знает о Джастине.
— Хорошо, — пообещала Холли. Мать улыбнулась.
— Тогда иди, доченька. Я хочу отдохнуть.
— Я буду в соседней комнате.
— Нет. Тебе нужен свежий воздух. Сходи к скалам. Я знаю, тебе там нравится.
Холли помедлила, наклонилась и поцеловала мать в лоб. Он был холодным — лихорадка спала.
Открыв дверь, Холли увидела на востоке серые облака — на море ожидался шторм, и воздух потрескивал от электричества.
Шторм не только заставит всех попрятаться в дома, но и вынудит графа начать действовать. Сильный ветер разметает песок, вода зальет тайник и вынесет на поверхность бочонки с коньяком. Может даже разломать их.