Навсегда в моём сердце
Шрифт:
– Что? Не понял, что? – мысли Сергея витали где-то в небесах, далеко от этой комнаты.
– Убей меня, пожалуйста… – все так же тихо произнес кто-то.
Сергей со страхом оглядел комнату и… О ужас: в старом кресле, стоящем возле елки, повалившись набок, сидел Паша!
Сергей сполз с дивана и, не отрывая взгляда от сидящего, быстро натянул трусы и джинсы.
«Когда
Сергей пристально, почти в упор смотрел в лицо сидящему. Но нет, Паша спал, никаких сомнений: склоненная голова, отвисшая челюсть, слюна, текущая изо рта.
– Убей меня, – опять послышалось ему.
Сергей резко обернулся, обводя комнату взглядом.
– Кто здесь? Кто? – с ужасом спрашивал Сергей.
Спрятаться в почти пустой комнате было невозможно. Пройти неслышно, как это сделал Паша, – да, но затаиться – нет, нет и нет!
– Убей… Убей… Убей… – монотонно повторял чей-то голос.
Парень схватился за голову, закрывая уши ладонями. Но это не помогало. Этот же голос, казалось, на уровне ультразвука проникал в каждую клеточку мозга, угрожая расплавить его.
– Хватит! Пожалуйста, хватит! – взмолился Сергей.
Голос стих. Парень нерешительно опустил руки. Тишина. Он подошел к дивану с безмятежно спящей на нем девушкой. Нагнувшись, всмотрелся в ее спокойное бледное лицо.
Вдруг, как ему показалось, ее губы дрогнули. Он нагнулся ниже, почти касаясь ухом её рта, и услышал:
– Убей меня!
Сергей отпрянул.
«Неужели она не спит? – с ужасом подумал он. – Неужели она все чувствовала?»
– Убей меня! – опять резануло по ушам.
Но Сергей пристально смотрел на лицо девушки и с уверенностью мог сказать, что ее губы едва шевельнулись.
Парень стоял рядом и дрожал. Нет, не дрожал. Его трясло! Он не понимал, что происходит: не могла Даша, не открывая рта, еле
Он опять несмело приблизился к ней и нагнулся над лицом. И случилось то, чего он никак не ожидал: Даша медленно открыла глаза и посмотрела на него. И не было в ее взгляде ни ненависти, ни страха, лишь всепоглощающая, душераздирающая тоска!
– Пожалуйста, убей меня, – очень тихо повторила девушка, и глаза ее наполнились слезами.
– Нет! Не надо! Пожалуйста, не надо! Прости меня! Прости! – Сергей в беспамятстве бросился в прихожую, схватил с вешалки пуховик, оборвав петлю, натянул на ноги ботинки и, не зашнуровав их, вылетел из квартиры.
Он бежал не разбирая дороги в полной темноте дворами. Редкие прохожие шарахались от него в сторону, всматриваясь во тьму и пытаясь понять причину столь странного поведения.
На улице было морозно, но Сергей, в распахнутом пуховике, незашнурованных ботинках, без шапки, то ли где-то оброненной, то ли забытой в квартире, не чувствовал холода. Перебегая дорогу, он не смотрел по сторонам и даже надеялся, что какая-нибудь машина собьет его, только обязательно, непременно насмерть, чтобы раз и навсегда покончить с его никчемной жизнью и тем позором, с которым он дальше не сможет жить!
Но немногочисленные машины либо притормаживали, либо объезжали ополоумевшего пешехода.
«Зачем? Зачем я пошел туда? Зачем я сделал с ней это? – в гневе и страхе спрашивал себя парень. – Ведь она действительно чудесная, милая девушка! Она видела меня пару раз, а вела себя так, как будто мы знакомы целую вечность. Ну что же, Сережа, отблагодарил ты ее по полной, сволочь! Секса захотелось? Дурак! Твой уровень – Юлька, местная шалава, возомнившая себя королевой красоты! Господи, что же теперь со мной будет? Какой позор!»
Пробегая по незнакомому двору и не глядя под ноги, Сергей споткнулся и упал лицом на выброшенную новогоднюю елку. Ему показалось, что миллионы иголок впились ему в кожу. Встав на колени, он провел ладонью по лицу. Крови не было, лишь саднило лоб.
Конец ознакомительного фрагмента.