Навсегда в моём сердце
Шрифт:
«Интересно, что ей снится? – размышлял Сергей. – Говорят, что человеку, когда он спит, можно внушить что угодно, как под гипнозом. Может, и мне это удастся?»
– Даша, я тебя люблю, – полушепотом произнес Сергей, пытаясь придать своему голосу уверенности. – И хочу, чтобы ты всегда была со мной! Я исполню любую твою просьбу! Клянусь! Я твоя «лестница в небо»!
Закончив торжественную речь, Сергей наклонился и поцеловал спящую девушку в лоб.
«Да что это я? – тут же испугался он. – Матушка говорит, что в лоб только покойников целуют!»
И поцеловал девушку в губы. Ему вдруг
– Даша? – тихо позвал он.
Девушка не реагировала. Тогда он обхватил ее подбородок и слегка потряс. Сомнений не было: Даша спала. Сергей не знал, радоваться этому или огорчаться. Он тяжело вздохнул и, встав с дивана, осмотрел комнату.
В тускло-красном свете торшера зал, покинутый гостями, представлял собой жалкое зрелище: вилка, кем-то оброненная на пол, сдвинутые стулья, стол, заставленный грязными тарелками, пустыми бутылками и салатниками с остатками закуски. И этот тошнотворный запах горелой пластмассы вперемешку с запахом заветренных, недоеденных салатов! Дополняли невеселую палитру красные блики на отражающих поверхностях посуды.
«Прямо этюд в багровых тонах!» – пришло в голову Сергею.
Лишь елка, стоявшая в стороне у стены, украшенная немногочисленными игрушками и нитками дождя, оживляла тоскливую картину.
Гость прошел на кухню. Паша спал в той же позе, навалившись корпусом на стол и похрапывая.
Сергей открыл кран в мойке, подождал, пока сбежит вода, и жадно сделал несколько глотков.
Вернувшись в зал, присел на диван в ногах у спящей девушки. В ее позе тоже ничего не поменялось: вытянутые стройные ноги, левая рука, свисающая с дивана, волосы, разбросанные по подушке. Нижняя часть блузки, ранее заправленная в юбку, задралась, обнажив небольшой участок мерно вздымающегося при дыхании живота.
Сергей несмело положил ладонь на открывшуюся часть тела. Погладил. Приятная истома наполнила его тело. Он подсел ближе – и уже вторая рука лежала на ее животе.
Парень от удовольствия зажмурился. Осмелев, он расстегнул пуговицы блузки, кроме верхней, над которой была завязана на бантик черная тесемка. Он хотел развязать и ее, но дрожащие руки лишь сильнее затянули узел.
«Ну и ладно!» – подумал Сергей, распахивая блузку.
Грудь девушки скрывал белый бюстгальтер.
«Странно, – подумал парень, – зачем ей лифчик? Сисек же почти и нет! Когда мы танцевали, и она прижималась ко мне, вроде были! Вот у Юльки, что в вертикальном положении, что в горизонтальном – все на месте! – Сергей, чтобы удостовериться, обеими руками помял плотную ткань чашек бюстгальтера. – Да нет, на месте, – с удовольствием подумал он. – Так даже лучше – аккуратно в ладонь помещаются!»
«Ну а что у нас с ногами?» – Сергей сдвинулся назад.
Обеими руками провел по бедрам спящей девушки сверху вниз. Но вместо того, чтобы плавно скользить по гладкой поверхности капрона, его грубые, обветренные ладони, покрытые ссадинами и царапинами, ежесекундно цеплялись за ткань.
«Ладно, давай попробуем по-другому!» – сообразил он и, найдя под юбкой пояс колготок, потянул их вниз. Стягивая колготки, он не сводил глаз с лица Даши.
Но
– Вот и молодец! – обращаясь непонятно к кому, прошептал Сергей.
Когда же молодой человек перевел взгляд с лица девушки на свои руки, он понял, что вместе с колготками стащил с нее и трусики!
Его сердце бешено колотилось. Он провел ладонями по своему лицу. Сейчас стоит только приподнять юбку и… И он это сделал!
Теперь, когда Даша лежала перед ним обнаженная, не считая мелких, уже ничего не значащих деталей одежды, он гладил ее, пощипывал, мял везде, где только мог себе позволить! А позволить он мог все, пользуясь ее беспомощностью и своей безнаказанностью.
«А не на это ли мне намекал Паша? Заинтересуй ее, говорил, будь смелее! Он прямо сватал ее мне. А Даша? Походу, и она в меня втюрилась. Как она висела на мне весь вечер! Спать хотела? Уж не намекала ли она? Может, со мной спать? Заботливая: вон, про зуб вспомнила. Ужин специально для меня приготовила! Рок любит, музыкантов поименно знает. Любую иностранную песню, говорит, для тебя переведу! И вообще, ты настоящий мужчина, не то, что этот Паша!»
Чем больше Сергей вспоминал и додумывал события прошедшего вечера, тем больше ему казалось, что все было подстроено ради него!
«Даша умница, все учла, вечеринку устроила для меня. Гости – так, для отмазки. Поняла однажды, что Паша – не вариант: нытик, скучный, до приторности сладкий. Таких, как он, мутными называют!»
Он еще раз осмотрел девушку с ног до головы и понял, что джинсы ему стали ну очень тесны! Дрожащими руками он окончательно стянул с девушки колготки и бросил их за подлокотник дивана. Снятые с себя джинсы он аккуратно сложил и разместил рядом. Трусы просто сбросил на пол.
Но самое неприятное его ждало впереди, потому как заниматься сексом на узком диване со спящей оказалось не таким простым делом. Он пробовал и так и сяк: то раздвигал ей ноги, то сгибал их в коленях, то пытался положить девушку поперек дивана. Наконец, он нашел наиболее приемлемую позу и у него получилось!
«Вот видишь, Даша, все как ты хотела! Да? Ты же об этом мечтала? А я докажу тебе, что ты не ошиблась в выборе! Потому… что… я… тебя… люблю… Я… сделаю… твою… жизнь… незабываемой… Я… выполню… любую… твою… просьбу… или сдохну! Клянусь! Да-а-а-ша-а-а!»
Сергей уловил тот момент, когда разумно было завершить акт дружбы между «красавицей» и «чудовищем»! Он встал над девушкой на колени и в ту же секунду «выстрелил» в нее тугой струей спермы, которая попала девушке на лицо, шею, грудь, и последние капли – на живот.
Сергей хищно возвышался над девушкой, глубоко и часто дыша, запрокинув голову к потолку. Пот ручьем стекал по его лицу и шее под свитер, который он забыл снять в порыве страсти.
«Ну вот и все. Теперь ты, Даша, моя лестница в небо! И как бы дальше ни сложилась твоя и моя жизнь, я буду твоим исполнителем желаний! Все, что будет в моих силах, любое твое желание для меня – закон! Стоит тебе только намекнуть – в лепешку расшибусь, но исполню!»
– Убей меня, – произнес кто-то шепотом, еле слышно.