Навсегда в ее сердце
Шрифт:
Лейла хотела найти оправдания и уйти в спальню, но мама вышла, чтобы открыть дверь, и вернулась вместе с человеком в форме, который держал в руках большой конверт для документов.
Странно, но в комнате воцарилась тишина. Курьер явно нервничал.
– У меня письмо для наследников сэра Виктора Грендина-старшего, – сказал он.
– Это я. Где расписаться? – Отец Лейлы сделал шаг вперед.
Бен Латтимор, лучший друг отца, подошел к нему.
– Что такое? Поздновато для официальной доставки.
Виктор
– Кто-то заявляет права на нефть на обоих ранчо.
– И кто же? – спросила Челси, пытаясь заглянуть Виктору через плечо.
– Хит Турстон, – прочитал он дальше.
– Почему нет копии для меня? – нахмурился Бен.
– Может, потому, что ты не у себя дома. – Виктор изучил документ. Нужно было принести его в другое время.
– Может, так просто совпало. – Бен Латтимор, очевидно, волновался. – Если кто-то решит претендовать на нефть, он разрушит почти все, что мы построили.
Вик подошел к отцу.
– Разве у нас есть нефть? Может, это просто злая шутка, – поинтересовался он. – Не переживай, пап. По крайней мере, пока мы не узнаем что-то еще.
– Это квитанция, – сказал Виктор. – Я знаю частного детектива, Джонаса Шоу. – Он прищурился. – Но сначала поговорю с мамой.
Лейла покачала головой:
– Нет, папочка. Она убита горем и так слаба сейчас. Поговорим с ней, только если это будет крайне необходимо.
Очевидно, отцу не нравилось, когда ему возражали. Но он кивнул.
– Полагаю, – нехотя сказал он. – Но ты… – Он указал на брата: – Мне понадобится твое согласие, Дэниэль.
– Завтра я возвращаюсь в Париж.
– Никто не покинет Ройял, пока мы не встретимся с юристом.
Лейла могла бы сказать, что Дэниэлю эта идея не понравилась. Но он лишь что-то недовольно пробормотал.
– Все это очень подозрительно, – заметил он.
Семьи разбились на маленькие группы и начали обсуждать странное происшествие. Лейла удивилась, что Хит Турстон решил выкинуть нечто подобное. Она знала, что он честный человек. Но если они с братом решили, что имеют права на нефть, то, возможно, сделали единственный логичный шаг.
Но то, что Турстон заявил о правах на нефть на обоих ранчо, выглядело подозрительно. На что ему претендовать?
Лейла заметила, что Алекса Латтимор забрала сумочку, легкую куртку и направилась к выходу. Лейла уже говорила с ней сегодня, но только коротко.
– Подожди, Алекса. Я соскучилась. – После окончания колледжа старшая дочь Латтиморов больше не жила в Ройяле.
– Я тоже скучала, Лейла. Мне очень жаль насчет помолвки. Я хотела приехать домой и морально поддержать тебя, но не смогла вырваться с работы.
Лейла вздохнула:
– Не очень-то весело быть плодом трудов Ройяла. Не думаю, что Ричард разбил мне сердце, но он точно попал по гордости. – Она потянула подругу к
– Да?
– Я надеялась, что ты останешься дома подольше. Думаю, Кейтлин была бы рада побыть с тобой, и, кроме того, твои юридические знания могли бы нам пригодиться. Обеим семьям.
Алекса закусила губу, не глядя Лейле в глаза.
– Не знаю, Лейла. Я пришла на похороны, чтобы уважить твоего дедушку, но это лишь короткая поездка. Теперь мой дом в Майами. В Ройяле мне не место.
– Насколько я знаю, мисс Трудоголик, у тебя уже миллион отпускных дней. По крайней мере, подумай об этом.
– Подумаю, – сказала Алекса.
Даже услышав ответ, Лейла не была уверена, что Алекса говорит правду. Алекса держалась подальше от Ройяла и, кажется, не хотела участвовать в затяжном кризисе.
Наконец-то Лейла смогла уйти в спальню и отдохнуть от долгого, неприятного дня. Она сняла траурное платье и быстро приняла душ. Затем надела удобные черные штаны для йоги и толстый бирюзовый свитер.
Свернувшись калачиком на подоконнике, она горько заплакала. Она сдерживалась весь день. А теперь громко всхлипывала. Она больше никогда не увидит дедулю, никогда не услышит его ласковый голос.
С уходом дедушки она почувствовала себя брошенной.
В конце концов, ей пришлось умыться и заново нанести тушь. В семь тридцать семья соберется на обед. У Грендинов так было заведено, а старые традиции не принято нарушать.
Через четверть часа она должна была спуститься, но для начала решила проверить телефон. Вся семья и друзья сегодня дома, так что ей, скорее всего, никто не напишет.
Но Бертрам сказал, что вечером с ней свяжется Джордан.
Так глупо чувствовать себя обиженной и неуверенной. Она знала Бертрама. Возможно, он прямо сейчас заставляет сына пойти с ней на концерт. Так стыдно… Бертрам хотел бы, чтобы один из его сыновей женился на дочери Грендинов. Ему было все равно, на какой. Он продолжит попытки, если в этот раз не сработает.
До концерта оставался день. Если Джордан не свяжется с Лейлой в ближайшие несколько часов, то она покончит с этой ситуацией. Может, она уже давно влюблена в Джордана, но, честно говоря, эти чувства больше походили на любовь к рок-музыканту или восходящей кинозвезде.
Во время помолвки она поняла, что ее чувства к Джордану были поверхностными. Тем не менее идея провести ночь в городе не казалась такой ужасной.
Лейле позавидуют многие женщины в Ройяле, штат Техас.
Что в этом такого? Она слишком долго вела себя серьезно, боялась жить.
Джордан Бенкс не был ее родственной душой, но он привлекал ее чем-то необъяснимым. И она точно помнила, что он умел веселиться.
А сейчас ей просто необходимо развеяться.