Навсегда моя
Шрифт:
Приняв душ и выпив чашечку кофе, предоставленную отелем, она была готова. Сара могла бы доехать на автобусе, но решила прогуляться. Она хорошо знала здесь каждую улочку. Натянув на себя несколько слоев одежды, сапоги и шапку, Сара вышла на улицу и вдохнула прохладный воздух Флагстаффа. Улыбнувшись, она вспомнила, как они с Сидни исследовали каждый уголок их города. Идти было относительно недалеко, и прогулка успокаивала ее нервы.
Сара прибыла в женскую колонию «Коконино» в десятом часу. Она не взяла с собой ничего, кроме документов и денег. Пройдя проверку на пункте безопасности,
Все было ужасно мрачным. На столах стояли только коробки с бумажными салфетками.
Железные двери открывались и закрывались с жутким грохотом, от чего и без того натянутые до предела нервы Сары грозили ее подвести. Каждый раз, когда сквозь двери проходил заключенный, Сара задерживала дыхание. Наконец, после очередного грохота в комнату вошла ее мама. Она казалась маленькой и хрупкой. Ее прекрасные волосы были собраны в жалкий хвостик, а под глазами залегли черные тени.
Сара ахнула, но все же заставила себя улыбнуться. Она была здесь не для того, чтобы ее мама чувствовала себя еще хуже. Сара пришла только потому, что скучала по ней и отчаянно в ней нуждалась.
Мама не сдержалась и, оказавшись рядом, крепко обняла Сару.
– О, милая, я так по тебе скучала.
Сара не желала отпускать маму. Возможно, она была чересчур эмоциональна, но ей было наплевать. Сара, не скрываясь, плакала.
– Я тоже по тебе скучала, мама.
Мама прижала ее к себе еще крепче, прежде чем отстраниться и посмотреть в лицо дочери. Пальцами она стерла слезы с щек Сары.
– Пойдем, сядем.
Они сели друг напротив друга за один из столов. Сара переживала, что ее мама расстроится из-за того, что она пришла на свидание. Она всегда говорила, что не хочет, чтобы Сара видела ее в таком состоянии. Теперь Сара поняла почему. Но мама, похоже, не сердилась, она протянула руку и положила свою ладонь на ладонь Сары.
– Никто не сказал мне, что ты приедешь.
– А никто и не знал.
Мамины глаза сузились.
– Кто тебя привез? Энжел?
Сара покачала головой, глядя на их руки.
– Я приехала одна, на автобусе.
Лицо ее матери становилось все более обеспокоенным.
– Тетя Норма знает, что я Флагстаффе. Я просто не сказала ей, что поеду к тебе. Я не хотела, чтобы она начала меня отговаривать.
Сара все никак не могла прийти в себя от того, как выглядела ее мама. Множество раз, когда Сара была маленькая, и они были вынуждены переехать, ее мама казалась уставшей и печальной, но никогда она не выглядела настолько плохо. Сейчас она еще и сильно похудела.
– Ты сегодня собираешься обратно?
Этого вопроса Сара боялась больше всего. Она знала, что ее мама не обрадуется решению Сары переехать в Аризону.
– Нет, мам. – Усталые глаза мамы искали в лице Сары ответы. – На праздники я останусь у Сидни.
– А что насчет Энжела? Я думала, вы неразлучны.
Комок в горле Сары чуть не задушил ее. Она только успела помотать головой
– Расскажи мне.
– Сара вытерла свободной рукой слезы. Она злилась на саму себя. Разговор должен быть не о ней. Последнее, чего она хотела, – заставлять маму переживать еще больше. Но та настаивала:
– Поговори со мной, малышка.
Взяв себя в руки и глубоко вздохнув, Сара начала:
– Он узнал о Сидни.
Сара догадывалась, что ее мама не поймет, о чем она, и ее выражение лица это подтвердило.
– Я никогда не говорила ему, что Сидни...
Сара почувствовала себе глупо. Она рассказывала маме об Энжеле все, что могла. Но их телефонные разговоры были настолько коротки, что Сара не успевала посвятить ее во все детали.
– Что Сидни?.. Продолжай, милая.
Сара огляделась по сторонам, а затем снова посмотрела на маму.
– Ты когда-нибудь встречала людей, которые не верят в дружбу между парнями и девушками?
В то же мгновение растерянное выражние на лице ее матери сменилось понимающим, и она кивнула.
– Я все испортила, мам. – Говорить об этом с мамой было настоящим облегчением.
– Значит, он не знал о Сидни? – Мама отпустила руку Сары и потянулась к коробке с бумажными салфетками, чтобы передать одну дочери. – Вытри нос, малышка.
Сара высморкалась и продолжила:
– Не совсем.
Она рассказала маме обо всем. О том, что Энжел считал, что Сидни – девушка, как она сама собиралась сказать ему правду миллион раз и как ужасно было, когда он обо всем узнал. А затем Сара позвонила ему, чтобы сказать, что уезжает, и его голос был таким холодным... И Энжел сказал ей быть счастливой.
– Значит, он думает, что ты останешься в Аризоне?
Сара прикусила губу.
– Ну, вообще-то, об этом я тоже хотела с тобой поговорить.
Мама удивленно подняла брови.
– Мам, – сказала Сара почти шепотом. – Я не могу вернуться.
Мама покачала головой, но выражение ее лица было мягким. Сара отвернулась.
– Дорогая, ты знаешь, что я желаю тебе только счастья. Посмотри на меня.
Сара подняла взгляд на маму. Глядя в ее усталые глаза, Сара понимала, что не будет с ней спорить. Когда она только приехала в Калифорнию, Саре было наплевать, что мама будет думать об ее возвращении в Аризону. Но увидев ее сегодня, Сара почувствовала, что не расстроит маму ни за что на свете, как бы ей самой ни было плохо.
– Послушай, родная. – Мама взяла ладонь Сары в свои. – Я знаю, сейчас это кажется концом света, и мне ужасно жаль, что я не могу быть рядом, когда это происходит. Но дай этому время. Все наладится. Энжел поймет... – Возможно, она замолчала из-за выражения лица Сары. Она даже притвориться не могла, что все изменится к лучшему. Так или иначе, ее мама перевела разговор над другую тему. Она наклонилась, и на ее губах появилась небольшая улыбка. – У меня хорошие новости.
– Какие?
– Ну, я не хотела ничего говорить, пока это не точно, но ты кажешься такой несчастной. – Ее мама сделала вид, что дуется. – Мои адвокаты нашли хорошую зацепку в деле.