Навсегда моя

Маклафлин Хайди

— Ничего, — отвечает она, прочищая горло. — Значит, сегодня вечером мне ужин не приносить?

Несмотря на стоящую у меня на кухне запеканку, мне все равно хочется, чтобы она принесла ужин, потому что знать, что она у меня дома и не уйдет к кому-то еще, — великолепное чувство. Не могу дождаться, когда отнесу ее наверх, положу на кровать и никогда не отпущу.

— Я жду тебя на ужин, так что тебе лучше поторопиться.

Она смеется и обвиняет меня в том, что я пользуюсь ее безумными навыками готовки, даже если она заказывает

пиццу. Я этого и не отрицаю, но зато это прекрасный повод каждый вечер видеть ее на своем пороге.

— Скоро увидимся, — говорю я и вешаю трубку.

Снова заглядываю в гостиную. Они по-прежнему увлечены разговором. Я гляжу на то, как они общаются, и задаюсь вопросом, как она могла позволить Стерлингу так себя вести. Говоря с Ноа, она излучает волнение. Почему она не могла и со мной быть такой?

Глава 30

Джози

Ник отсутствует уже три недели. Он уехал в тот же вечер, когда сообщил о переезде. И я не знаю, куда он направился. В попытке отвлечься я на следующий день пошла на работу, предоставив Дженне в субботу выходной. Когда я вернулась домой, его вещей уже не было. У него вообще их не так много, в основном одежда, но я ощутила его отсутствие, войдя в ванную и увидев недостающие крем для бритья и зубную щетку.

Я скучаю по Нику. Скучаю по его смеху, поддержке и объятиям по ночам. Мое сердце не разбито. Я не сидела и не плакала, кроме той ночи, когда он ушел. То, что я чувствую, несправедливо по отношению к нему. Наверно, правильно, что он ушел. Так он спас нас. Мне лишь хочется знать, что с ним все в порядке.

Мы с Ноа проводим Рождество у Лиама в компании Кейтлин и ее дочек. Нашей увеличившейся семье придется справляться с потерей друга, мужа и отца — вместе. Кейтлин, девочки и Ноа с Лиамом сейчас украшают дом. Лиам хотел дождаться моего приезда, но я сказала начинать им без меня. Мне еще столько нужно сделать.

Если бы можно было вернуться назад, то я не стала бы отпускать Дженну. Дел у нас невпроворот. Не то чтобы я жаловалась по поводу покупателей, но дополнительная пара рук сейчас не помешает. К рождественским доходам моего курьера уж точно прибавятся чаевые.

— Счастливого Рождества, миссис Поттер.

— О, счастливого Рождества, Джози. Обожаю твой магазинчик во время праздников. Ты так замечательно его украсила гирляндами и цветами.

— Спасибо. Что я могу сегодня для вас сделать?

— Я надеюсь добавить немного контраста своей прихожей с помощью красных роз и белых калл.

— Разумеется, миссис Поттер.

Я покидаю женщину, пока та рассматривает пуансеттии. Другому покупателю я показываю цветы, которые он ищет, и ухожу в холодильную камеру. Я выбираю розы и каллы, а также несколько праздничных цветов и возвращаюсь в магазин. У кассы стоит высокая блондинка, в

руке у нее ничего нет, так что я улыбаюсь ей и говорю, что скоро к ней подойду.

— Здравствуйте. Простите, вы Джозефина Престон?

— Да, это я, — отвечаю я, расставляя в хрустальной вазе цветы для миссис Поттер. Она одна из моих постоянных клиенток, которая всегда любит иметь в доме свежие цветы. Новая покупательница просто стоит и ничего не говорит, так что я продолжаю работать. Я заканчиваю составлять букет для миссис Поттер и несу его к кассе, куда она добавляет еще несколько растений. Я пробиваю ей чек, а женщина оплачивает покупку, которую я потом помогаю отнести в машину.

— Спасибо, дорогая.

— На здоровье. Спасибо за покупку, для меня это очень важно.

Она целует меня в щеку, а потом садится в машину. Я торопливо возвращаюсь внутрь — на улице подмерзает. Чтобы согреться, я тру ладони друг о друга.

Затем я выбиваю чеки остальным покупателям и принимаюсь за следующий заказ, анализируя количество задержавшихся в магазине клиентов.

К прилавку подходит все та же блондинка и ставит на него сумку. Солнечными очками ее волосы убраны назад, и я бросаю быстрый взгляд в окно, в надежде увидеть хоть малейшие признаки солнца, но так и не нахожу. Туристов всегда можно с легкостью узнать.

— Чем могу помочь? — интересуюсь я.

— Я подумала, что мы могли бы поговорить, — произносит женщина. Мне снова приходится на нее взглянуть, чтобы понять, а не знакома ли она мне. Нет, не знакома.

— Вы хотели бы записаться на свадебную консультацию или у вас что-то другое?

При упоминании слова «свадебную» она улыбается — должно быть, она влюблена.

— Не думаю, что мой мужчина оценит, если я буду строить планы на свадьбу без него.

— Вы будете удивлены. Большинству из них даже все равно.

Мы смеемся. Она еще узнает, что парни обычно кивают и говорят: «Хорошо, дорогая, как скажешь». Я достаю свой журнал для записи консультаций и ищу свободное окно.

— Нам не нужно встречаться. Я просто хотела отдать вам вот это, — она протягивает мне конверт — желто-коричневый и довольно легкий. Я гляжу на обратный адрес. Какой-то адвокат из Лос-Анджелеса. Должно быть, это бумаги Ноа, что тот становится бенефициаром Лиама.

— Спасибо, — говорю, откладывая конверт в сторону.

— А вам даже неинтересно, что я вам только что дала?

Она облокачивается на прилавок, ее красные длинные ногти привлекают мое внимание. В кривой улыбке затаилась хитрость, как будто она замышляет что-то неприятное, а я являюсь концовкой этой шутки.

Я беру конверт и отгибаю клапан. Достаю из него бумаги и внимательно их читаю — под кожей закипает злость. Он сделал то, что обещал не делать. Я складываю бумаги обратно в конверт и убираю под прилавок, рядом со своей сумкой.

— Их можно было отправить и по почте. А то поездка вышла напрасной.