Навлекая беду
Шрифт:
Волосы Мэри трепал ветер.
— И мне. Но Бенни не хотела, чтобы мы оставались, все время торопила. Там небезопасно. Она с другой линии позвонила копам, и они уже в пути. А нам придется вернуться в офис, чтобы ты встретилась с Гилом. Мы и так опаздываем.
Энн перегнулась через переднее сиденье.
— Интересно, как они будут его брать. Наверное, устроят засаду рядом с мотелем, чтобы он, вернувшись, не заметил.
— Точно.
Джуди нажала на акселератор. Машина достигла самой верхней точки моста, откуда открывался вид на
— Джуди, скажи мне, что они его поймают!
— Они его поймают, — ответила Джуди. — Он умный, но не настолько. Будет задействована полиция и Филадельфии, и Джерси. Даже федералы поучаствуют. Если они этого не сделают, ими займется Бенни Росато.
Энн почти согласилась.
— И все же может случиться миллиард вещей. Хотелось бы остаться… Я чувствовала бы себя лучше. Такой, знаете, завершающий штрих.
Посмотревшая в заднее зеркальце Джуди встретилась с ней взглядом. Затем они перебрались на крайнюю полосу, чтобы ехать в город.
— Когда его схватят, это попадет во все новости. Бенни обещала позвонить нам на мобильник, как только Кевин окажется под замком.
Мэри обернулась:
— Ты будешь наконец-то свободна, Энн. Действительно свободна.
— Уау-у! — завопила Джуди, и Энн улыбнулась:
— Наверное, вы правы. Просто в это так трудно поверить…
Она вдыхала свежий воздух с реки. Джуди шарила по полу машины, не выпуская руль, так что «жук» покинул полосу и приближался к краю моста. Обеспокоенная Энн вцепилась в сиденье — чтобы не упасть.
— Джуди, что ты делаешь?!
— Дамы, не пропустите! — пропела та. Она перестала рыться и вытянула руку в окно, держа красные платформы за ремешки. Они кувыркались на ветру. Машина неслась к городу. — И я свободна!
— Джуди, не делай этого! — закричала Энн.
— Стой! Нет! — вопила Мэри, но было слишком поздно.
— Прощайте, жестокие туфли! — завопила Джуди и подбросила их в воздух. Туфли разлетелись в разные стороны, словно от ракеты отделилась первая ступень, и устремились ввысь; потом, вспомнив, что они всего-навсего туфли, описали прощальную дугу через поручень моста имени Бенджамина Франклина и, пролетев двести футов, упали в реку Делавэр.
— Ты убила их! — сказала Энн, но Джуди только радостно загоготала.
Мэри высунулась в окно:
— Зачем ты так, Джуди! Это были очень хорошие туфли!
— Ну их в задницу! — орала Джуди. — Единственное, о чем я сожалею, что не видела, как они пошли ко дну. Как и у Энн, у меня нет ничего, ничего.
Энн вдруг заметила, что смеется, на душе у нее стало легче.
— А уж мойка какая была! — сказала она и тоже принялась издавать
К ней присоединилась Джуди, и за две минуты они заплевали всю переднюю панель «фольксвагена».
Мэри не удержалась и улыбнулась.
— Ничему-то вы не учитесь… — сказала она, однако ее слова потонули в общем шуме, когда они скатились с моста и въехали в переливающуюся огнями Филадельфию.
— Энн! — воскликнул Гил, входя в комнату для совещаний у «Росато и партнеров». Он разглядывал Энн сверху вниз: изучил каждую звезду на ее топе, потом его взгляд задержался на шортиках и платформах. — Да чтоб мне!.. Какая ж ты… А туфли — так просто…
— Будь добр! — сказала Энн. Лицо ее горело и было под стать шортикам. Они так опаздывали на встречу, что она не успела переодеться. Мысль: отправляясь на встречу с клиентом, склонным к супружеским изменам, не одевайся как потаскуха.
Гил, усевшись наконец на стул перед ней, все ухмылялся:
— Никак не привыкну! Женщина, посмотри на себя! Ты такая красивая — обалдеть! Всегда была такой!
— Хорошо. Спасибо.
Она выложила перед собой блокнот, чтобы придать обстановке хоть какую-то официальность, и тут заметила, что Гил (он был в пиджаке и при галстуке) держит в руках картонный конверт.
— Ты принес доказательства? Отлично! Могу я на них взглянуть?
— Они у меня в штанах!
Гил засмеялся, хотя Энн к нему не присоединилась. Он тронулся? Почему он так с ней разговаривает? Прежде подобного не случалось. Ей не нравилось, как он ей улыбался, и тут Энн почувствовала легкий запах алкоголя.
— Ты был на пикнике или что-то вроде этого?
— Или вроде этого. Вечеринка. — Гил будто забыл о конверте, лежавшем на столе между ними. — Должен сказать тебе, Энн, что работать с тобой было замечательно! И ты тоже замечательная!
— Спасибо.
— Ты потрясающий юрист! Ты такая… — он застыл, подбирая нужное слово — отважная. Жесткая. Пробивная. Для столь красивой женщины… — Его глаза сверкнули. — Очень красивой. Я всегда так считал, с тех пор как мы вместе учились.
— Великолепно.
Энн позволила Гилу лепетать и дальше, а сама потянулась за конвертом и пододвинула его к себе. У нее не было лишнего времени, она теряла терпение, беспокоилась. Им все еще не сообщили об аресте Кевина. Бенни с остальными сидели у телефона. Она подняла конверт:
— Можно открыть?
— Конечно! — махнул Гил рукой. — Знаешь, мы с ребятами… Помнишь ребят из общаги, которые играли в покер?
— Конечно. Играли в покер.
Энн понятия не имела, о чем он там бормочет. Она расстегнула медную застежку и залезла внутрь.
— Мы все от тебя просто балдели! У меня была твоя фотография. Я всегда считал тебя самой клевой женщиной из всех, что встречал за свою жизнь!
Энн шарила в конверте, но никаких бумаг там не было — только что-то тонкое и твердое.